Путь к блаженству - Патриция Гарфилд

к новому началу, к возрождению, ведет сквозь раскрытые лепестки этих цветов. Они раскрываются нам навстречу, чтобы нас обнять. Подобно тому как я прохожу сквозь отверстие в экране и чувствую себя заново «рожденной», тибетский буддист — в своем воображении (во время медитации) или в физическом смысле (в ходе посвятительной церемонии) — проникает в сердцевину раскрытого цветка. Именно здесь, в центре последнего круга, находится то место, где рождаются наши боги.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ. Страна ветра и света

В ДЛИННОМ, неосознанном сне я держу на коленях завернутого в одеяло кота. Кот запеленут как младенец, и видна только часть его мордочки. Я даже думаю: не слишком ли тесно в одеяле, может ли он свободно дышать? Развернув одеяло, я расстраиваюсь, обнаружив, что тело кота покрыто мелкими шишечками, как при кожной болезни. Я вижу, что кусок шкуры сползает с кошачьей головы, и возвращаю его на место.

Позже в этом запутанном сне я блуждаю по огромному помещению, похожему на магазин. Там продается много чудесных вещей: красивая мебель, орган с клавиатурой из перламутра и другие диковины, которые я рассматриваю…

Внезапно у меня появляется странное ощущение, что в следующей комнате что-то происходит. Чувствуя, что надо спешить, я быстро заворачиваю за угол. Я вижу проникающий из-за двери комнаты свет и думаю, что, может быть, обнаружу его источник. Когда я вхожу, оказывается, что комната очень просторная, окна со всех четырех сторон открыты, и в них устремляются яркие потоки солнечного света. Длинные легкие занавески раздуваются ветром. Волна восторга захлестывает меня, и я понимаю, что вижу сон. «Волшебная страна ветра и света!» — кричу я, счастливая.

Стоя в центре этого воздушного светового пространства, я вижу женщину, одетую в красное платье (красный цвет). Ветер обдувает мое тело и лицо (мотив холода). Я начинаю чувствовать, что у меня слегка кружится голова (мотив головокружения), и поднимаюсь в воздух. Теперь мое тело трепещет от «звукоощущения». Это не то осязаемый шум, не то слышимое прикосновение — или то и другое вместе. Жужжание-зуд отдается в каждой клетке.

Такое звукоощущение мне знакомо, оно часто появляется в осознанных снах. Однако сейчас, в этом осознанном сновидении, паря в воздухе, я замечаю, что центр вибрации сместился ниже, чем обычно: вибрация сильнее в ногах, чем в голове. Во внезапном озарении я сознаю, что мои ноги все еще «гудят» после сеанса акопунктуры, на котором я была в тот день. И тут мне становится все понятно! Я облекаю свою интуитивную догадку в слова: «"Гудение" от акупунктуры и вибрация в моих осознанных сновидениях — это одно и то же! Только слышать и ощущать ее я могу лишь тогда, когда она достигает определенной высоты. А ощущение одно и то же!!»

В восторге от сделанного открытия, я перевожу свое интеллектуальное возбуждение на язык физических состояний. Я блаженно кувыркаюсь в воздушном пространстве и взрываюсь в мощном оргазме (Клубничная Дама). Когда я снова «прихожу в сознание», я оказываюсь в том же магазине. Помня о том, что сплю, о моем открытии и обо всем, что случилось, я с любопытством наблюдаю за проходящей мимо группой туристов. Решив, что мне лучше записать все эти интересные события, я ищу в сумочке ручку — и тут же просыпаюсь, чувствуя себя удивительно хорошо. Мои ноги гудят в полную силу.

(«Страна ветра и света», 2 ноября 1976 г.)

Открытие, сделанное мною в этом сне, ошеломило меня. К моменту, когда он приснился, я видела длинные осознанные сновидения уже в течение нескольких лет. Я привыкла к приятному ощущению вибрации тела, часто посещавшему меня в этих снах. «Жужжащая светлая точка», блуждавшая вокруг моих ягодиц в сне «Дерево Синих Птиц», была одним из вариантов этого жужжания-зуда, после которого я всегда чувствую себя бодрой и обновленной. Когда в «Рубиновой Птице» вибрация исчезла, я испугалась: ее отсутствие встревожило меня. Я всегда чувствую себя хорошо, знаю, что я в безопасности, и бываю приятно возбуждена, если во сне мое тело вибрирует. Когда недавно, в связи с каким-то недомоганием, я проходила курс акупунктурного лечения, похожее ощущение стало появляться у меня и наяву. Интересно, что именно мое сновидческое сознание уловило тождество двух ощущений — вибрации в моих осознанных снах и моей физиологической реакции на иглоукалывание. Я убеждена, что это открытие, до меня никем не сделанное, имеет важное значение для понимания природы и происхождения сновидений. Однако, прежде чем продолжить разговор о его возможной ценности, я хотела бы более полно описать ощущение вибрации, характерное для осознанных сновидений.

В течение длительного времени я замечала, что осознанные сновидения отличаются от обычных не только интенсивностью ощущений и красок, но и характером прикосновений и звуков. Дело не просто в том, что осязательные и слуховые впечатления в осознанных сновидениях более красивы (шелк кажется еще более приятным на ощупь, музыкальные тона — более изысканными), — сверх этого звуки и ощущения могут приобретать особые, специфические для осознанных сновидений формы.

Например, звук ветра, проносящегося мимо моего лица, типичен для осознанного сновидения. Этот ветер я не только слышу, но и ощущаю. Поначалу подобные образы не привлекали моего внимания. В сновидении «Большой руль», когда я ощущала на своем лице ветер и солнце, это казалось совершенно естественным. Когда летишь в воздухе, что естественнее, чем звук ветра? И когда в своих снах я камнем устремлялась к земле, чувствуя, как ветер дует в лицо (например, в сне «Сквозь загороженное экраном крыльцо»), звук и ощущение ветра тоже были вполне уместными. Я не задавалась вопросом, почему, когда я ныряла во сне в водоем, чтобы поднять со дна какие-то камешки, в ушах у меня стоял шум воды. И когда, пролетая в своих снах вдоль морского берега, я слышала рокот океана, то принимала это как нечто само собой разумеющееся.

Однако постепенно, сон за сном, я приходила к осознанию того факта, что звуки и осязательные ощущения ветра и воды в моих снах являются образами звукоощущения, которое исходит из меня самой. Это звукоощущение порождалось не ветром или водой, даже не образами ветра или воды в моем сознании — нет, оно в буквальном смысле было частью меня самой. Я сама порождала это мерцающее звукоощущение, а мое сновидческое сознание трансформировало его в образы ветра и воды! Чтобы объяснить звук и ощущение, присутствовавшие в моих осознанных снах, я создавала в своем воображении «картинки», визуально