Роман Русаков - Дыхание драконов (Россия, Китай и евреи)

В следующем году в США было организовано Еврейское общество, которое собрало средства в помощь китайским соплеменникам, однако Тайпинское восстание, а также разразившаяся в США гражданская война свели на нет все эти усилия. В 1864 г. Еврейское общество было организовано и в Лондоне. Оно хотело отправить в Кайфэн экспедицию, но из-за смерти руководителя экспедиции эта идея была вскоре[73] Американский миссионер Мартин, побывавший в Кайфэне в 1866 г., вновь живописал плачевное положение тамошних евреев и сообщил, что три года спустя он «отправил письмо редактору «Джуиш Таймс» в Нью-Йорк, в котором изложил приведенные здесь наблюдения и предложил устройство еврейской экспедиции в Китай. Предложение мое вызвало даже некоторые прения в еврейском обществе, но не привело ни к какому результату, если не считать, впрочем, полученных мною некоторых писем на еврейском языке с просьбой отослать их к китайским евреям, т. е. к народу, забывшему язык своих предков».[74] Как видим, иудеи из внешнего мира не очень торопились помочь своим собратьям: первым еврейским визитером в Кайфэне оказался австриец Либерман, которого в 1867 г. послала в Китай Англо-еврейская ассоциация. Он уже не нашел синагоги, поскольку она была разрушена в середине века и не реставрировалась из-за недостатка средств, но с удовлетворением отметил, что некоторые из 400–500 еврейских семей, сохранившихся в Кайфэне, еще владеют отрывками текстов на иврите и соблюдают субботу.[75]

В конце XIX века крупный еврейский деятель Моисей Монтефиоре вместе с членом лондонского дома Ротшильдов снарядил еще одну экспедицию, которая должна была заняться ознакомлением с еврейскими общинами в Китае и их нуждами. Экспедиция пришла к выводу о бедности китайских евреев, о том, что общее их число составляет 80.000 душ, живущих преимущественно по р. Янцзы в провинции Хэнань,[76] однако реальной помощи им по-прежнему не оказала, хотя у Ротшильдов для этого было достаточно возможностей.

Лишь в 1900 г. возникло Общество по спасению китайских евреев, причем организовала его молодая еврейская колония Шанхая. Общество послало в Кайфэн письмо на китайском и древнееврейском языках, а ответ пришел только на китайском и был весьма осторожен: возможно, из-за неприязненного отношения к иностранцам среди китайцев после «боксерского» восстания. По настоянию Общества, несколько евреев из Кайфэна были снова посланы в Шанхай. Например, в 1901 г. туда приехал пожилой еврей Ли Цзиншэн с двенадцатилетним сыном Ли Цзунмаем, а затем еще четверо. В то время в кайфэнской общине будто бы осталось всего 140 взрослых, которые отличались от китайцев лишь тем, что не поклонялись идолам и не ели свинину. Кроме того, они не пользовались музыкальными инструментами во время свадьбы и всячески противопоставляли себя мусульманам.

Согласно отчету Перлмана, который изучал прибывших, их черты лица оказались совершенно китайскими: узкие глаза, широкие скулы, желтый цвет кожи. Только у одного молодого человека лицо имело нечто схожее с еврейским типом лиц. Лбы их были побриты, они носили косу и одевались как обыкновенные китайцы или маньчжуры. Женщины так же сдерживали рост ступней, как и китаянки. Никто из кайфэнцев не умел ни читать, ни писать на иврите, не соблюдал субботу и обрезание, но все они пожелали подробнее узнать о религии предков.

В Шанхае их научили читать по-древнееврейски и познакомили с основами иудаизма. Сыну Ли Цзиншэна сделали обрезание, дав ему имя Израиль. Затем Общество по спасению китайских евреев решило восстановить синагогу и послать в Кайфэн учителей. Однако необходимую для этого первоначальную сумму (5 тысяч фунтов стерлингов) собрать не удалось, даже обратившись к евреям во всех странах мира. Причиной этого сионисты называют то, что мировое еврейство только что оказало крупную финансовую помощь своим соплеменникам в России и Румынии.

Когда кайфэнские евреи поняли, что идее восстановления синагоги не суждено скоро сбыться, они потеряли к шанхайцам всякий интерес и вернулись домой. Правда, Ли Цзиншэн с сыном остался в Шанхае. Несколько лет спустя он умер и был похоронен на еврейском кладбище. Но его сын проявлял к иудаизму все меньше внимания, работал в одной еврейской шанхайской фирме и умер в 1948 г., вернувшись в Кайфэн.[77]

В последнее время кайфэнские евреи после длительного перерыва вновь начали напоминать о себе. Одни подают заявления на выезд в Израиль, другие официально обращаются к правительству Китая за разрешением именовать себя в документах, удостоверяющих личность, евреями. Начата кампания за признание китайскими властями статуса «кайфэнцев» одним из национальных меньшинств КНР. Об этом, в частности, сообщалось в материале, опубликованном «Российской газетой»,[78] который, насколько нам известно, стал первым сообщением о евреях в Китае в прессе России после октябрьского переворота 1917 года. Правда, уже его название, как это обычно бывает в материалах, касающихся подобной проблематики, затушевывает существо проблемы. На самом деле, не «китайцы захотели стать евреями», а китайские евреи сочли ситуацию по определенным и, видимо, весьма серьезным основаниям, достаточно созревшей для того, чтобы часть из них вышли из состояния криптоевреев (то есть евреев тайных), в котором они пребывали, по некоторым сведениям, более 100 лет, и открыто заявили о своей принадлежности к еврейству.

Что касается требования «кайфэнцев» о предоставлении им статуса национального меньшинства, то оно пока властями КНР, насколько известно, отвергнуто. Но главное не в этом. Главное — что еще в одной стране мира создана проблема, которая, безусловно, станет предметом разносторонней заботы «международного сообщества».

Новые общины

Сразу же после Опиумных войн, навязанных английскими колонизаторами Китаю в 1840 и 1860 гг. «некоторые евреи, пользовавшиеся покровительством англичан, переехали в Шанхай и Гонконг, где они занимались перевозкой опиума и хлопка».[79] Именно отстаивая их интересы, как считает И. Бакони,[80] английское правительство и затеяло эти войны. Среди подобных еврейских коммерсантов оказался, например, Илия Давид Сассун из Бомбея, который в 1850 г. создал филиал своей фирмы в Шанхае. Родился Илия в Багдаде, где его отец был банкиром турецкого правительства. Затем, уже находясь в Индии, Илия специализировался на продаже опиума Китаю, поскольку судьба китайского народа на фоне крупных барышей его абсолютно не беспокоила. В Шанхай его сопровождал другой богатый багдадский еврей — Кадури, с которым Илия создал совместную фирму «Сассун и Кадури», а также построил в Шанхае синагогу. Новая еврейская община там вплоть до 1905 г. состояла в основном из сефардов, т. е. евреев афро-азиатского происхождения.[81]

За три поколения своего существования Сассуны стали самым богатым еврейским кланом в Китае. Интересно, что их совместная с Кадури компания по-китайски называлась «Заморские лекарства», что звучит поистине издевательски, если вспомнить, что речь шла об опиуме. Одним из ведущих наркоторговцев был также еврейский коммерсант Эзра. Нажившись на наркотиках, эти предприниматели в дальнейшем отмывали свои деньги при производстве шелка и других товаров, строили в Китае здания и «богоугодные» заведения.[82]

Первая еврейская школа в Шанхае была создана в 1902 г. английскими евреями Абрахамом и Соломоном. Главным предметом считалось изучение иврита и Ветхого Завета. Преподавание велось на английском, китайском, французском и русском языках. Количество учащихся доходило до 650, потом (после революции 1949 г.) снизилось до 100. Закрыта эта школа была только в 1951 г. Сейчас в ее здании — Шанхайский городской отдел просвещения.[83]

В том же городе в 1904 г. начала издаваться первая в Китае газета для евреев на английском языке, которая называлась «Еврейской газетой» или «Посланцем Израиля». Выпускала ее Организация шанхайских сионистов.[84] Вообще, начиная со второй половины XIX века, в деятельности международного еврейства все явственнее проступает политико-идеологический оттенок. Застрельщиками новых контактов с Китаем выступили именно сионисты. Еще в прошлом столетии они писали, что западные «державы заинтересованы в создании еврейского государства, которое будет посредником между Европой и конечными частями Азии».[85] Европейские колонизаторы, в частности английские, вполне поддерживали сионистов, заявляя: «Божественное провидение расположило Сирию и Египет на пути Англии к наиболее важным районам ее колониальной внешней торговли — Индии, Китаю, Индонезийскому архипелагу и Австралии».[86] В результате этой совместной деятельности на рубеже XIX–XX веков сложилась целая империалистическо-сионистская сеть, охватывающая практически весь мир.