Трампизм в Америке: полдень консерватора - Георгий Эминович Асатрян
Манхэттен считается центром Нью-Йорка, главным и самым богатым боро, гордо носящим имя «Сити». В 1968 году Трамп окончил университет и в 1971 году переехал жить в элитный район в Сити, на Верхний Ист-Сайд. Здесь нет бомжей, людей, просящих милостыню. Здесь вообще очень мало людей. Это район миллионеров и миллиардеров. Дома здесь высокие, статные, каменные. У каждой входной двери есть швейцар. Машин на улицах мало, местные жители здесь предпочитают иметь водителей. Пожалуй, это всегда был лучший и самый богатый район Манхэттена и всего города. Пожалуй, это место старых денег Нью-Йорка.
Следующим шагом богатого молодого и крайне амбициозного парня из Сити стало попадание в сливки общества города – Le Club. Это был закрытый элитный клуб где-то в Мидтауне острова. Но, чтобы туда попасть, нужна была рекомендация члена клуба. Трамп никого там не знал. Но он так хотел подняться выше, попасть в элиту города, что много раз звонил в этот клуб, пытаясь в него попасть. На третий раз он придумал хитрость, сказав, что у него посылка для президента клуба. Трампу повезло. Везение всегда является частью успеха. Он встретился с президентом клуба в баре, где тот напился. Трамп, в свою очередь, никогда не употреблял и не употребляет алкоголь. Он совсем не пьет. Об этом дне он писал, что вспомнил отца, который был «всегда, как камень», он был «солидным». «Если в Сити все так пьют, то у меня есть серьезное преимущество», – подумал Трамп. И в этом он весь. Каждый его шаг, каждое действие направлено на одно – стать единственным, обогнать всех, переиграть всех, быть лучше, важнее и богаче.
Попав в Le Club, Трамп существенно поднялся в обществе Нью-Йорка. Как он сам признавался, этот шаг дал ему толчок – как социальный, так и профессиональный. Поначалу он посещал это место каждый вечер, там он завел свои первые знакомства с богатыми и успешными людьми: адвокатами, банкирами, бизнесменами, чиновниками, моделями и биржевыми брокерами.
В описании своих первых шагов в Сити проявляется также и консерватизм Трампа. Здесь и начинал выкристаллизовываться трампизм как консервативная политическая идеология. Ему не понравилось, и он был очень поражен, что в таких элитных клубах, куда простому смертному не попасть, где появляется высшее общество самых богатых и успешных, «воруют жен». И тут он начинает вспоминать свою семью, свою мать, которая «была, как камень, так же как его отец». Хотя принято считать, что Трамп – «нью-йоркский плейбой», все же разница между пятью боро этого современного Вавилона очень большая. По крайней мере, она всегда была таковой. Трамп из очень консервативной и традиционной семьи. И это сказывалось на его биографии. Его появления в прессе, в телевизионных шоу, его громкие свадьбы и жены-модели – лишь часть имиджа и эпатажного характера. Но в нем всегда был консерватор, человек, которому важна семья и традиционные ценности. Хотя он и, по всей видимости, иногда, а может быть, и нередко, отходил от этих догм и правил, назвать его либеральным все же почти невозможно.
В 1973 году мэром Нью-Йорка был избран Абрахам Бим, с которым у Фреда были давние отношения: они состояли в одном клубе Демократической партии и часто встречались. Отец Трампа давал деньги политику Биму. Это делали многие другие девелоперы и бизнесмены. Фред давал деньги не только Биму. Это общепринятая практика в представительных демократиях. Крупный бизнес зависим от политической власти. Его успехи и неудачи, контракты и подряды, проверки и благосклонность, налоги и льготы зависят от политической власти. Власть в представительных либеральных демократиях, в свою очередь, выражается в политических партиях. Дональд был всегда рядом с отцом, и он прекрасно видел суть, смысл и глубину отношений застройщика и мэра. Он усвоил урок. Усвоил его навсегда. Водил дружбу Фред и со следующим мэром города – Эдом Кохом. Трамп, конечно, хорошо понимал значение этой дружбы. В своей книге он опубликовал фотографии, где он и отец запечатлены вместе с мэрами Нью-Йорка. Уже после ухода отца Трампу удалось самому выстроить дружеские отношения с мэром Рудольфом Джулиани, который после отставки предоставлял юридические консультации президенту Трампу.
В 1970-х годах Трампа можно было часто встретить на улицах Нью-Йорка, спускающегося из тихого и элитного Верхнего Ист-Сайда в громкий и кипящий жизнью Мидтаун. Сегодня это достаточно распространенное явление для тех, кто работает на Манхэттене. Постоянные пробки сильно затрудняют жизнь Сити. Даже очень богатые и влиятельные люди могут выбрать пешие прогулки. Помню, у меня была назначена встреча со старым знакомым, очень высокопоставленным сотрудником ООН. Так он пешком прошел около 15 блоков от главного здания организации по Первой авеню в сторону Мидтауна.
Америка – безусловно, олигархия. Американское общество, безусловно, аристократическое. Общество Соединенных Штатов, очевидно, имеет социальные классы. Это классовое общество. Социальная стратификация в Америке ощущается, присутствует и влияет на общественные, экономические и политические процессы сильнее, чем, скажем, в Советском Союзе.
Трамп писал в своей книге: «Иногда, проиграв битву, ты находишь новый способ выиграть войну». 45-й президент проиграл свой первый срок. У него не получилось ничего сделать. Ни одно серьезное предвыборное обещание не было исполнено. Вся каденция свелась к противоборству с вашингтонской бюрократией, собственной администрацией. При этом первая каденция дала возможность Трампу почувствовать на своей коже, уже на практике, что такое американская политика. Грязь, с которой он столкнулся, была несравнима с тем, что ему пришлось встретить на своем пути ранее.
Пожалуй, любой крупный олигарх желает войти в бизнес американского футбола. Прибыли баснословные, а риски очень высокие. Сложно предугадать, будет ли команда успешной, будет ли она выигрывать матчи, пойдет ли болельщик на стадион. Трамп рискнул, купив команду из соседнего штата Нью-Джерси. Эта была ошибка, ему не удалось заработать, а эту неудачную историю жители штата, не любящие Трампа, припоминают до сих пор.
