Рэм Красильников - Новые крестоносцы. ЦРУ и перестройка

Операция «Редсокс», существенное дополнение к разрабатывавшимся в США планам войны против СССР, в значительной мере скопирована с действий абвера в период Великой Отечественной войны. «Агенты ЦРУ, — отмечал руководящий работник ЦРУ Гарри Розицки, — забрасывались в Россию — сушей, морем или с воздуха — из Скандинавии, Западной Германии, Греции, Турции, Ирана и Японии. Они прорывали фронт противника, прощупывали на месте его оборону, наводняли населенные пункты подрывной пропагандистской литературой, призывали оказывать вооруженное сопротивление существующему режиму». Районы заброски агентов — это в основном Украина, Белоруссия, Прибалтика, Закавказье, Дальний Восток. Возвращение предполагалось через сухопутную границу или морем. Перед агентурными группами, состоявшими из трех-четырех человек, ставились задачи совершать диверсии, корректировать цели для ядерных бомбардировок, вербовать новую агентуру, организовывать «группы сопротивления» и т. п. Засылаемые группы формировались ЦРУ и СИС из числа оказавшихся в Западной Европе перемещенных лиц и перебежчиков из Советского Союза; помогали в этом эмигрантские националистические организации (украинские, белорусские, прибалтийские, НТС и др.). Важная роль в подборе агентов отводилась западногерманской спецслужбе Гелена,[18] снабжавшей американцев информацией из архивов разведорганов фашистской Германии, включая сведения на их агентуру.

Агенты, готовившиеся к нелегальной заброске в Советский Союз, проходили специальную подготовку в американских и английских разведывательных школах, располагавшихся в Западной Германии: изучали военное дело, тактику совершения диверсий и террористических актов, методы добывания разведывательной информации и т. д. Они снабжались приемно-передающей радиоаппаратурой, оружием, картами, взрывчатыми веществами, ядами, фотоаппаратурой, биноклями, компасами, подрывной литературой, крупными суммами денег, продуктами питания, а также фиктивными документами. В некоторых случаях предусматривалось, что личные документы будут добыты агентами непосредственно на территории СССР.

В одной из таких групп оказался молодой парень из Белоруссии, попавший в самом начале войны в окружение и в плен к немцам. Назовем его «Борисов» (не подлинная фамилия), чтобы не напоминать о прошлом: он уже достаточно наказан и своей последующей честной жизнью искупил совершенное преступление.

После многолетних скитаний по лагерям военнопленных и пунктам для перемещенных лиц Борисов попал в разведывательно-диверсионную школу ЦРУ в пригороде Мюнхена. Белорусские националисты привлекли его в одну из своих организаций, а затем передали американской разведке; в школе «Борисов» стал «Карлом».

В августе 1952 года «Борисова» — «Карла» и троих его сокурсников, «Бена», «Джо» и «Фина», привезли на американский военный аэродром, откуда начался роковой для него полет. Конечный пункт ночного воздушного десанта — один из глухих районов Белоруссии. Группу снабдили всем необходимым для выполнения порученной миссии: автоматами, пистолетами, ножами, взрывчаткой, специальными авторучками для впрыскивания смертоносного газа, радиопередатчиками, картами и компасами. При задержании группы советскими контрразведчиками агенты-диверсанты отчаянно отстреливались. «Карла» ожидало бы суровое наказание, если бы не молодость и раскаяние.

В середине 50-х годов энергичные меры советской контрразведки вынудили ЦРУ и СИС отказаться от продолжения операции «Редсокс». Исследователь деятельности американской разведки Ричелсон пишет: «К 1954 году заброска агентов в СССР практически прекратилась. Потери были большими, затраты — значительными, а результаты — минимальными».

Многие годы спустя в ЦРУ узнают, что «Карл» живет в Белоруссии, и московской резидентуре поручат связаться с ним, поблагодарить за прошлое сотрудничество и выразить надежду на дальнейшее. Трудно судить, что побудило «Борисова» — «Карла» сообщить о письме ЦРУ, полученном из Москвы, возможно, желание какого-то возмездия американской разведке, искорежившей ему жизнь.

В письме говорилось: «Мы хорошо помним тебя, помним дорогого Карла. Давай встретимся побыстрее». Назывались и конкретное место, и конкретная дата. Для первого отдела Второго главного управления встреча «Борисова» — «Карла» с разведчиком ЦРУ «в скверике на улице Чайковского» представлялась многообещающей с оперативной точки зрения. Лэнгли в последнее время действовало вызывающе, слишком часты стали вербовочные подходы со стороны американских разведчиков к работникам советских учреждений за границей. Выбить из игры разведчика-агентуриста резидентуры, несколько остудить горячие головы в ЦРУ, а заодно и напомнить о программе «Редсокс», дорого стоившей нашей стране, — об этом думали в контрразведке. Догадывались и о том, кто выйдет на контакт с «Борисовым», и не ошиблись. Люис Томас, атташе посольства, сотрудник резидентуры, жил недалеко от того небольшого сквера вблизи посольства, где в 11 часов вечера наметили встречу. Тем более что предлог для вечернего гулянья у Томаса хороший — вывести на прогулку собаку.

Поздним вечером Люис Томас с черным пуделем вышел из своей квартиры в здании посольства и направился к скверу. «Борисов» уже там, прячется в темноте. Томас видит «Карла» — «Борисова» и, подойдя поближе, со словами: «Это вам, там инструкции» передает ему пачку мятных конфет. В следующий момент Томас — в руках контрразведчиков; черный пудель с удивлением наблюдает, как растерянного, потрясенного хозяина сажают в машину. Его везут в приемную КГБ СССР — привычное место для провалившихся американских разведчиков. Ну а пуделя отведут в посольство.

В упаковке «Холодка» спрятана инструкция о месте закладки тайника для «Карла» — в сквере у Ростокинского проезда. В тайниковом контейнере, замаскированном под булыжник, — шпионские материалы и деньги. И снова Министерство иностранных дел СССР сделает представление посольству США, и снова появится в прессе сообщение: «В Комитете государственной безопасности…»

Блестяще действовали белорусские контрразведчики, участвовавшие в этой непростой оперативной комбинации, — М. А. Анисимов, В. В. Разуменко, К. Р. Романович. Дружная совместная работа контрразведки КГБ Белоруссии, Второго главного управления и Седьмого управления КГБ привела к тому, что советской контрразведке удалось нанести чувствительный удар по Лэнгли. Никто не строил иллюзий насчет того, что выдворение Томаса вызовет резкое снижение активности московской резидентуры. Для этого понадобятся новые потрясения, а в результате резидентура станет, как любят выражаться сами американцы, «хромой уткой» и действительно «захромает на обе ноги».

Связь с агентами призвана обеспечить бесперебойное и эффективное функционирование агентурной сети ЦРУ на территории нашей страны. Истина, хорошо известная профессионалам разведки, которые направляют на эти цели весь арсенал личных и безличных форм связи. Когда разведчиков Лэнгли обучают оперативному ремеслу, их знакомят с разнообразными формами агентурной связи — тайники, личные встречи, сигнальные метки, радиосвязь, телефонный и почтовый каналы. Полученные теоретические знания разведчики резидентуры закрепляют в ходе конкретных операций, при этом с одним и тем же агентом применяются несколько видов связи, в том числе и с использованием различных оперативно-технических средств.

Недаром ахиллесовой пятой разведки считается именно связь с агентом. Однако не все каналы связи безоговорочно уязвимы; наиболее опасны личные встречи разведчиков с агентами, закладка для них тайников и отправка в их адрес писем. Потому-то встречи, броски корреспонденции, закладка тайниковых контейнеров, то есть операции, где есть риск расшифровки агентуры, поручаются разведчикам «глубокого прикрытия» или другим опытным разведчикам резидентуры, применяющим изощренные, многочасовые способы проверки. С некоторыми приемами мы уже познакомились, с другими скоро встретимся.

А вот радиосвязь, активно применявшаяся для связи с агентами на территории СССР, — достаточно безопасный вид контакта, особенно так называемые односторонние передачи для агентов радиоцентров ЦРУ. В 80-х годах их было шесть: в Европе — во Франкфурте-на-Майне и Пирмазенсе (ФРГ), в Афинах (Греция), в Юго-Восточной Азии — в Маниле (Филиппины), в Африке — в Монровии (Либерия) и в самих США — в Лэнгли. Оснащенные мощной радиопередающей аппаратурой, радиоцентры ЦРУ представляли собой глобальную систему радиосвязи в KB и УКВ диапазонах, позволяющую поддерживать надежную связь с агентами практически в любой стране. На европейской части территории нашей страны и даже за Уралом прослушивались передачи Франкфуртского-на-Майне и Афинского радиоцентров ЦРУ; Манильский радиоцентр охватывал дальневосточную зону.