Иван Стародубцев - Россия – Турция: 500 лет беспокойного соседства

Ознакомительный фрагмент

По прошествии времени автор несколько подрастерял тот великодержавный снобизм «мы самые…» (лучшие, сильные, умные, правые и проч. – нужное подставить), с которым в феврале 2004 года приехал в Анкару. Пришлось ему скрепя сердце признаваться себе в том, что «не всегда мы…» (далее подставить все то же самое), и допустить наличие преимуществ, достоинств и аргументации за пределами нашей 1/8 части суши.

Многомудрые китайцы с опаской относятся к жизни «в эпоху перемен», но все же автор считает, что, невзирая на сопутствующие издержки, ему повезло стать непосредственным очевидцем важного исторического периода развития нашего южного соседа.

Пришедшая к власти в конце 2002 года Партия справедливости и развития, возглавляемая Реджепом Тайипом Эрдоганом, запустила процесс кардинальной экономической и политической трансформации страны. Либерализация рынков и приватизация, денежная реформа и переход к новой турецкой лире, получение Турцией статуса страны – кандидата на полноправное членство в Европейском союзе, принятие объемного пакета конституционных поправок, возвращение военного корпуса страны в казармы и масштабные судебные процессы над офицерским корпусом, первые всенародные выборы турецкого президента и попытка военного переворота 15 июля 2016 года – все это и многое другое разворачивалось и продолжает разворачиваться у автора буквально на глазах. Служа неиссякаемым источником наблюдений, некоторые из которых оказались облечены в форму книг и статей, любезно публикуемых Институтом Ближнего Востока, а также – выступлений в российских средствах массовой информации.

Кардинальные изменения начали претерпевать и российско-турецкие отношения, за старт нового периода которых, с не слишком большой степенью условности, можно принять визит президента России Путина в Анкару и его встречу с новым премьер-министром Эрдоганом в декабре 2004 года. Пожалуй, именно тогда начался процесс перехода успешно развивавшихся российско-турецких торгово-экономических отношений на качественно новый уровень – многопланового и стратегического сотрудничества. Происходило это зачастую вопреки мнению скептиков с обеих сторон, напоминавших про многовековую историю русско-турецких войн и противостояний и указывавших на существующие и в наши дни многочисленные точки пересечения интересов – в целом ряде регионов мира, включая как минимум черноморский бассейн, Кавказ и Среднюю Азию.

Как бы то ни было, за годы своего употребления оборот «многоплановое стратегическое сотрудничество» стал устойчивой характеристикой двусторонних отношений, от года к году демонстрировавших положительную динамику практически по всем направлениям. Причем как количественную, так и качественную.

Осью взаимовыгодного сотрудничества стала энергетика с долгосрочными контрактами на поставку в Турцию российских энергоносителей, реализацией проекта атомной электростанции «Аккую», а также с планами по строительству газопровода «Турецкий поток» – как альтернативы аннулированному Россией «Южному потоку». «Турецкий поток» в случае своего претворения в жизнь не только делает Турцию, впервые в ее истории, страной – транзитером российского газа. Потенциально проект может поднять ее статус до полноценного энергетического хаба – важного центра поставок энергоносителей, как российских, так и из третьих стран, на европейские рынки.

Важным показателем высокого уровня отношений и взаимного доверия стало образование в 2009 году так называемого Совета сотрудничества высшего уровня, возглавляемого первыми лицами двух стран, и введение с 2011 года безвизового режима.

При всем при этом нельзя сказать, чтобы отношения между Россией и Турцией складывались безоблачно. Помимо упомянутой выше конкуренции в целом ряде регионов, различия в российской и турецкой позициях начали отчетливо проявляться в ходе событий «арабской весны».

Но если скоротечные свержения действующих режимов в Египте и Ливии не создали видимой постороннему глазу напряженности, то Сирия стала точкой разлома. Поддержка Россией и Турцией разных сторон в противостоянии между официальным Дамаском и оппозицией не могла не сказаться негативным образом на российско-турецких отношениях. Начало 30 сентября 2015 года российскими Военно-космическими силами, по приглашению правительства Асада, военной операции в Сирии вызвало резкое неприятие со стороны турецкого руководства. Что в итоге привело к трагедии 24 ноября 2015 года, когда самолет ВВС Турции в районе турецко-сирийской границы сбил российский бомбардировщик. Руководство России незамедлительно приняло пакет жестких экономических санкций по отношению к доселе весьма успешному в нашей стране турецкому бизнесу.

Последующие семь месяцев вплоть до принесения официальных извинений президентом Эрдоганом, помимо того, что стали периодом безвременья в российско-турецких отношениях, еще и запустили старт их кардинальной переоценки российской общественностью: от высшего руководства и экспертов до простых граждан.

И даже состоявшееся летом 2016 года примирение, до тех пор пока эта переоценка не завершена, смотрится в некоторой степени формальной данью текущим политическим и экономическим интересам. Поскольку только подлинное осмысление того, каким образом в исторической перспективе строились наши отношения, почему стала возможна, невзирая на все достигнутые в последние годы успехи, случившаяся трагедия, и в каком направлении развивается наш южный сосед, – даст возможность строить устойчивые отношения на долгосрочную перспективу.

Поиску ответов на эти и многие другие вопросы, связанные с российско-турецкими отношениями, и посвящена книга, которую читатель держит в руках. В какой мере автору это удалось – судить читателям.

Глава 1

Нож в спину России

24 ноября 2015 года, когда турецкие ВВС сбили российский бомбардировщик «Су-24» в районе турецко-сирийской границы, стало черной датой в календаре российско-турецких отношений. Даже начатый семь месяцев спустя процесс их нормализации не может изменить данного факта. Короткая память в вопросах межгосударственных отношений может обходиться очень и очень дорого. А в тот день действительно произошло событие исключительное, с какой точки зрения на него ни смотри.

Для начала – с точки зрения той траектории, по которой развивались отношения между Турецкой Республикой и Советским Союзом и Российской Федерацией как его правопреемницей. На этом пути были взлеты и падения, потепления и охлаждения, однако, как бы там ни было, наша страна внесла очень большой, если не решающий вклад в победу Турции в войне за независимость. В результате в 1923 году была провозглашена Турецкая Республика. Доброжелательные высказывания и слова благодарности в адрес России и русского народа со стороны основателя и первого президента Турецкой Республики Мустафы Кемаля Ататюрка давно разобраны на цитаты. А свидетельства советского вклада в экономику Турции воплощены в железе и бетоне многочисленных промышленных предприятий. После тринадцати русско-турецких войн была открыта новая страница в отношениях, где начало преобладать сотрудничество. Возможно, здесь кто-то возразит: мол, не стоит идеализировать эти отношения, ведь строились они только на прагматизме, а не на искренней дружбе. Однако иначе на межгосударственном уровне и быть не может.

С другой стороны, рамки соперничества в конце XX века были достаточно жесткими, если учитывать тот бум торгово-экономических отношений, который наблюдался между двумя странами после распада Советского Союза и начала либерализации экономик государств, вновь образованных на его месте, включая и Российскую Федерацию. Впрочем, качественный поворот в сознании многих скептиков, как российских, так и турецких, произошел в декабре 2004 года, когда президент Российской Федерации Владимир Путин прибыл с официальным визитом в Анкару и впервые встретился с Реджепом Тайипом Эрдоганом, буквально за год до этого ставшим премьер-министром, – деятельным и амбициозным лидером происламской Партии справедливости и развития (ПСР). Потом они встречались еще не раз, и нередко обозреватели говорили о «прорывном характере» тех или иных переговоров, но все же в них был уже элемент рутинности, свойственной всем зрелым, устоявшимся отношениям. Однако в 2004 году никому и в голову не могло прийти, что от торгово-экономических отношений две страны со временем смогут перейти на уровень стратегических отношений, которые потом стали именовать стратегическим и многоплановым партнерством. И это между Россией и государством – членом Североатлантического альянса, при том, что безудержное расширение НАТО на Восток вызывает в России постоянную обеспокоенность!

Декабрьская встреча 2004 года в Анкаре, безусловно, стала поворотной. Главная и ключевая характеристика, которую президент России Владимир Путин позволил себе дать Эрдогану после нее, заключалась в том, что тот «не подведет» и ему «можно верить». И Эрдогану в Кремле верили все эти годы настолько, что турецким политикам и бизнесменам в России постепенно стали открыты все двери. Для них был создан режим максимального благоприятствования. Сближение было настолько тесным, что для турок был отменен визовый режим, а поездки на уик-энд друг к другу перестали восприниматься в качестве выездов за границу. Дети в российских школах на вопрос учителя, где находится Анталия, могли, не задумываясь, выпалить: «Где-то на море, на юге России».