Модест Колеров - Точка взрыва. Россия, Кавказ и Ближний Восток

2. Нерешённость и нерешаемость при настоящих условиях проблемы независимости Нагорного Карабаха делает его объектом отдельного политического сценария, при котором повязанность Азербайджана с антииранскими усилиями США и Израиля (включая сталинский по сути проект «Южного Азербайджана») и обострение этих усилий в связи с Курдистаном — более чем когда бы то ни было в последние годы нейтрализует военную активность Баку в отношении Карабаха. А новое пристрастие США к истреблению светских диктатур на пути к торжеству радикального исламизма — нейтрализует суверенитет президента Алиева.

Экстрадиция из Венгрии в Азербайджан азербайджанского офицера, осуждённого на пожизненное заключение за убийство на курсах НАТО своего заведомо беспомощного (спящего) армянского коллегу — убийство по мотивам острой этнической ненависти, — и его помилование президентом и награждение в Азербайджане именно за это убийство — такова новая реальность, не только подтверждающая крайнюю, истребительную грань урегулирования карабахского конфликта, но и циничное бесчувствие Венгрии, члена ЕС и НАТО, к ценности межэтнических отношений там, где ЕС и НАТО безапелляционно утверждают свою евроатлантическую перспективу, а Баку и Ереван безропотно ей присягают. Политический взрыв вокруг этой скандальной экстрадиции ясно и просто указывает на поистине кровавое море, которое шевелится в Закавказье под евроатлантической демагогией.

Протекторат США над Нагорным Карабахом имеет своей целью сотворить в Закавказье ещё один «непотопляемый авианосец», ликвидировать историческое присутствие России в Карабахе, гораздо более давнее, нежели чем в Армении, гарантировать стабильность своего ключевого присутствия в регионе, независимо от переворотов в Баку, Тбилиси и Ереване. На краю вызываемого хаоса в Иране и далее на Восток — везде. Для нового американского — принципиально фрагментированного — «Большого Ближнего Востока» потенциальная неравная и динамическая «ось» Курдистан — Карабах технологически легко представима, особенно если учесть, что в море будущих событий именно Курдистан и Карабах занимают два фланга борьбы и два прикрытия энергетических коммуникаций на Запад.

На север от Закавказья также ожидается море конфликтных событий, узлами в которых окажется столь давно и часто вспоминаемая в Азербайджане ради аналогии с Карабахом и ради «сдерживания» российских симпатий к Карабаху потенциально сепаратистская Казань. Конспирологам даже покажется, что вовсе не случайно — вдали от своих обычных путей — Казань посетила государственный секретарь США Хиллари Клинтон.

3. Обанкротившийся как бездотационный субъект федерации Татарстан действительно ранее других «титульных» национальных регионов России поставил вопрос о своей фактической независимости и с большой неохотой отказался от её атрибутов. Одним из способов финансовой поддержки Татарстана стал проект «политических инвестиций» в республику в связи со всемирной Универсиадой 2013 года. Этноязыковой раскол между этнократическими претензиями кланово-бюрократической монополии и многонациональным населением республики, естественным образом выбравший своим консолидирующим фундаментом русский язык, стал очевидной реальностью даже на фоне современной национальной политики в России. Той самой национальной политики, что какое бы то ни было перспективное развитие многонациональной государственности подменило бюрократическими сделками с этническими и «титульными» кланами, до сих пор заменяя кричащую потребность в «национальном Госплане» недееспособными комиссиями с участием такого крайне дееспособного и эффективного в роли «десталинизатора», ведущего свою «гражданскую войну», как Сванидзе. Действительно: не разжечь ли ещё «десталинизацию» в национальном вопросе, столь преждевременно локализованную в Пригородном районе?

Этноязыковой раскол, растущий из этнократических кабинетов в Казани и многолетних заигрываний этнократов с местными шовинистами, ведущими свою борьбу против «русской оккупации», трагически, всегда не вовремя, но несомненно логически выразился в последнее время в актах террора, за которыми с не меньшей очевидностью встаёт суровая реальность масштабного террористического подполья в Поволжье, в Казани уже открыто выступающего под лозунгами «исламизма». Степень исключительной агрессивности этого подполья видна уже из того, что его первыми известными жертвами стали лидеры мусульманской общины Татарстана. Универсиада в Казани 2013 года станет целью этого подполья, истреблению которого слишком долго препятствовала его «духовная» связь с местными шовинистами. Быстрейшему истреблению которого теперь препятствует крупнейший за последние годы общественно-конфессиональный кризис в России, когда инструментальной мишенью политических переворотов стала Русская Православная Церковь.

Нет теперь для государственных интересов России и независимого российского политического класса, на который привычно надеется народное большинство как на гаранта межнационального и межконфессионального мира в стране, способного поддерживать образ России как острова (остова!) имперской интернациональной стабильности — на пути приближающихся с юга фронтов межнациональной и межконфессиональной резни. Именно поэтому лето 2012 года для политического класса России стало временем обсуждения не действительно критически важных для перспектив экономики и государственности России «арабских революций», проблем реконфигурации системы безопасности в Средней Азии под США, практических последствий вступления России в ВТО, практики евразийского Таможенного союза, тупика либеральной пенсионной системы, бюджетно-финансового краха Европейского союза и т. д., а временем медийно-символического, то есть манипулятивного, доминирования антицерковной акции Pussy Riot, о которой — почти единственной в отношении текущих проблем России и российских интересов! — хором и с поучениями в адрес России отозвались президент США, канцлер Германии и даже МИД Латвии. Вот какой симулякр и фальсификат, а вовсе не Сирия, не новый Афганистан, не собственная пенсионная старость, стали в центр борьбы российского политического класса, прекратив его политически независимое и национальное существование.

Поддержанная медийно-политическим либерально-бюрокра-тическим меньшинством против социал-консервативного большинства, порнографическая группа Pussy Riot легитимировала религиозную рознь как инструмент достижения общественно-политических целей. Какой логике государственной жизни и права будет теперь соответствовать борьба Москвы против разжигания межнациональной и межконфессиональной розни не только на Северном Кавказе или в Поволжье, но и хотя бы против ксенофобии в мегаполисах, в которой надэтнично объединяются «тутейшие» против «пришлых», а власть обычно встаёт на сторону защитников местных, традиционных, обыденных ценностей, привычно требуя себе новых полномочий для борьбы с незаконной миграцией. Политический успех дела Pussy Riot показал, что теперь в метрополии нет общих надконфессиональных ценностей, а Русская Православная Церковь, в силу вменяемой её «симфонии» с политической и государственной властью, разрушаемая вместе с этой властью, — «первая среди незащищаемых медиа», в то время как не менее лояльные к власти другие традиционные российские конфессии (ислам, иудаизм, буддизм, с недавних пор — старообрядчество) очевидно пользуются большей защитой власти и солидарного с ней в этом политикомедийного меньшинства. В такой ситуации нет формальной логики, нет церковного равенства, нет главного — борьбы за религиозную свободу и свободу совести.

Но есть «логика политической борьбы», как говорил гениальный мастер разрушения государств и революционной борьбы, великий циник и оппортунист, способный принести в жертву собственные страну и народ, — лишь бы полученная в итоге власть была террористической, диктаторской и тотальной. Есть «логика политической борьбы», говорил Ленин.

И следующей точкой взрыва России, независимо от результатов диверсионно-террористических усилий подполья на Универсиаде в Казани в 2013 году с её десятками тысяч потенциальных заложников, будет Олимпиада в Сочи 2014 года, публично и официально объявленная властями Грузии как новая антироссийская цель, публично объявленная сторонниками Pussy Riot как новая мишень политической деструкции и мобилизации радикальной оппозиции. Здесь будет задействована уже давно отмобилизованная Грузией (и, конечно, не одной только Грузией, не самовольным её решением) вокруг мемориализации и политизации «геноцида черкесов в Российской империи» северо-кавказская общественность, которой также почему-то выгодней временно «не замечать» подпольные выводы из шовинистической пропаганды, сохранять молчаливую солидарность с радикалами, в надежде на профит «политического крыла» над «подпольным крылом», разрушающего федеративную государственность России в интересах уже расколовшей свою государственность Грузии. Здесь знаменем станет очередной бойкот вокруг новой «правозащитной» темы, оснащённый явственной угрозой терроризма, новой войны против независимости Абхазии и Южной Осетии, провокации против России, в которой провокатору, предположительно действующему с территории Грузии и от имени Грузии, будет предложена масштабная внешняя военная «помощь», для которой миллионы людей в олимпийском Сочи станут готовыми заложниками для диктата и убийства России.