Элитные группы в «массовом обществе» - Сергей Владимирович Волков

Ознакомительный фрагмент

умственного труда придавалось принципиальное значение, и этот процесс в 60—70-х гг. продвинулся гораздо дальше, чем в развитых странах Запада, затронув не только низшие, но и высшие слои лиц умственного труда. Здесь резкое падение доходов последних произошло сразу после революции. Не считая жилищных и прочих условий (которые ухудшились неизмеримо вследствие политики «уплотнения», повсеместно проводимой в городах в отношении «буржуазии», в результате чего квартиры превращались в коммунальные), только по зарплате уровень обеспеченности образованного слоя упал в 4–5 раз. Причем наиболее сильно пострадали его высшие слои (если учителя начальных школ получали до 75 % дореволюционного содержания, то профессора и преподаватели вузов – 20 %, даже в конце 20-х гг. реальная зарплата ученых не превышала 45 % дореволюционной). До революции профессор получал в среднем в 15,4 раза больше рабочего, в конце 20-х гг. – лишь в 4,1 раза178. Благосостояние же некоторых групп интеллигенции не достигало прожиточного минимума. Таковой в 1925 г. составлял 29,38 р. (средняя рабочая зарплата по стране составляли в 1924/25 45,24 р.179), а зарплата сельских учителей в Сибири – 21,5—25 р. В 1927/28 г. они получали 30–37 р. (в 1928/29 – 40–46), тогда как средняя зарплата фабрично-заводских рабочих составляла там 53,67 р., строительных – 56,80, мелкой промышленности – 50,75, металлистов – 68,94, средняя зарплата служащих учреждений – 56,50180. Исключение режим делал лишь для узкого слоя специалистов тяжелой промышленности и высших научных кадров, «оправдывая» это отступление от идеологических постулатов временной острой потребностью в этих кадрах.

По мере того как слой лиц умственного труда к концу 30-х гг. стал состоять в основном из лиц советской формации, его благосостояние относительно других социальных групп было сочтено возможным несколько повысить. Хотя и в это время зарплата работников ряда отраслей умственного труда была ниже зарплаты промышленных рабочих, но, по крайней мере, зарплата ИТР превосходила ее более, чем вдвое, научных сотрудников – на треть. В 40—50-х гг. зарплата служащих превышала зарплату рабочих, причем наиболее значительно в конце и середине 50-х гг. Однако в дальнейшем происходил неуклонный процесс снижения относительной зарплаты лиц умственного труда всех категорий, не знавший каких-либо остановок и особенно усилившийся в 60-х гг., когда зарплата почти во всех сферах умственного труда опустилась ниже рабочей.

Наиболее высокооплачиваемой массовой группой интеллигенции были ИТР промышленности. В 1940 г. их зарплата составляла 215 % от зарплаты рабочих, в 1965 г. – 146 %, в 1970 г. – 136,3 %, в 1975 г. – 123,8 %, в 1980 г. – 114,6 %. При этом зарплата служащих с зарплатой ИТР практически не сближалась, а рабочих – сближалась довольно быстро, и именно это обстоятельство вызывало глубокое удовлетворение советских идеологов181. Другие массовые группы лиц умственного труда с высшим образованием к 80-м гг. находились по оплате в еще худшем положении. Если в 1950 г. зарплата преподавателя вуза без степени составляла 162 % от средней по стране, то в 1960 г. – 141, а в 1975 г., даже после повышения, всего 86 %. Зарплата молодого инженера была на треть, если не в половину ниже, чем у его сверстника-рабочего182. Зарплата основной массы врачей, учителей, работников культуры (если исключить относительно высокие оклады руководителей этих сфер) была в 3–4 раза ниже рабочей, не говоря уже о работниках связи, дошкольных учреждений, бухгалтерско-делопроизводственном персонале, чьи оклады, опускаясь до 60–70 р., являлись минимально возможными по стране и уступали заработкам дворников, уборщиц и чернорабочих. Как видно из приведенных ниже данных, с начала 70-х гг. ниже рабочих имели зарплату даже ученые, а к середине 80-х гг. – и последняя группа интеллигенции (ИТР промышленности), которая дольше другим сохраняла паритет с рабочими по зарплате183.

Зарплата рабочих в сравнении со служащими различных отраслей

В социалистических странах Восточной Европы после Второй мировой войны наблюдалась та же тенденция, но в несколько более ослабленном виде. В Польше средняя зарплата рабочих и лиц умственного труда в 1937 г. составляла 1:1,26, в 1967 г. – 1:1,22. Перед войной наиболее низкий уровень дохода в интеллигентской семье был на 15 % выше наиболее высокого в рабочей семье. В 1967 г. у рабочих на 1 комнату 1,64 человека, у интеллигенции – 1,24, в квартирах со всеми удобствами жили 13,9 % рабочих и 36,8 % интеллигентов. Средний доход на одного члена рабочей семьи в 1971 г. составлял 16646 злотых, лиц умственного труда – 20796 злотых (в 1966 г. – 12897 и 17131 злотых соответственно)184. В 1960 г. ИТР получали 3980 злотых в месяц, служащие – 2515. В 1967 г. зарплата служащих торговли, транспорта и связи составляла 114 % зарплаты неквалифицированного рабочего, мастеров и бригадиров – 143 %, служащих учреждений – 141 %, техников – 170 %, специалистов – 240 %. В 1970 г. средняя зарплата ИТР составила 4286 злотых, служащих – 2717, рабочих строительства – 2706. В 1972 г. средняя зарплата промышленных ИТР составляла 4193 злотых, промышленных служащих – 2805, рабочих разных отраслей – от 2138 (швейной) до 4688 (угольной)185. При этом наиболее низкие зарплаты (до 1200 злотых) в 1960 г. имел примерно одинаковый процент лиц физического и умственного труда (26 % и 23 %), то в начале 70-х гг. – у последних он был в 7 раз ниже186. Кроме того, в Польше сохранялась небольшая группа владельцев частной собственности, при этом на 1982 г. доходы которой были выше интеллигенции: если доходы интеллигенции принять за 100 %, то доход рабочих составлял 87 %, крестьян-рабочих – 98 %, крестьян – 100 %, владельцев собственности – 122 %187.

В Венгрии в 1962 г. на рабочих (48 %) приходилось 46,2 %, служащих и интеллигенцию (14,9 %) – 20,8 %, крестьян (22,2 %) – 20 %, остальных (14,9 %) – 12,7 %, в 1967 г. эти показатели составляли соответственно 38,8 и 36,8 %, 17,9 и 22,5 %, 20 и 19,8 %. Зарплата рабочих в промышленности по отношению к зарплате служащих составляла в 1949 г. 73 %, в 1955 г. – 96,4 %, в 1961 г. – 103 %, в 1966 г. – 104,2 %, к ИТР – соответственно 51,3 %, 58,1 %, 63,9 % и 64,2 %. В конце 60-х гг. только у руководителей зарплаты были существенно выше, чем у рабочих, а у рядовых интеллигентов мало отличались: зарплата палатного врача составляла лишь 119 % от зарплаты слесаря, врача-специалиста поликлиники – 129 %, зав. отделением – 174 %, главного инженера – 257 %, председателя сельхозкооператива – 300 %. В 1969 г. уровень дохода лиц умственного труда был лишь на 1/3 выше, чем у рабочих188. Зарплата учителя средней школы с 13–14 летним стажем составляла от зарплаты квалифицированного рабочего в 1929 г. – 246 %, в 1947 г. – 162 %, в 1948 г. – 139 %, в 1949 г. – 115 %189. К 70-м годам грань между группами лиц умственного и физического труда оказалась размыта, в частности, положение квалифицированных рабочих