Джордж Сорос - Первая волна мирового финансового кризиса

Из моих замечаний ясно, что финансовый сектор стал слишком крупным и прибыльным. В дальнейшем он дол­жен будет сократиться и попасть под более значительный контроль со стороны властей. Финансовые рынки приоб­рели глобальный характер, а власть над ними осталась на национальном уровне. Так как глобальные рынки по своей природе полезны, контроль властей над ними необходимо сделать в большей степени международным, а международ­ные финансовые учреждения должны служить интересам всех своих участников на более справедливой основе.

Со времени публикации предыдущего издания книги финансовые рынки потерпели крах и были переведены на системы искусственного жизнеобеспечения. Предотвраще­ние сползания мировой экономики в депрессию стало более важным делом, чем все другие вопросы. Как мы уже увиде­ли, экономика может изменить свое движение лишь за два шага. Первый — компенсация краха кредитной системы за счет увеличения денежной массы, списания безнадежных долгов и рекапитализации банков. Затем (если и когда эти меры окажутся успешными) избыточное предложение денег должно быть остановлено, а излишки выведены из систе­мы, как только процесс нормального кредитования наберет силу. Это означает, что первый шаг поведет нас в направ­лении, противоположном намеченной цели. Тем не менее она должна влиять на то, каким образом мы выстраиваем наши действия. К сожалению, поведение министра финан­сов Генри Полсона оказалось бессистемным и капризным, и поэтому ситуация вышла из-под контроля. После банкрот­ства Lehman Brothers Полсон, как я уже писал выше, выну­дил Конгресс одобрить выделение антикризисного пакета в 700 миллиардов долларов, не имея при этом ясного пред­ставления о том, как использовать полученные средства для адекватной рекапитализации банков. Мое мнение о том, как это стоило сделать, нашло отражение в статье, опу­бликованной в онлайновом издании газеты Financial Times 1 октября 2008 года в разгар дебатов в Конгрессе. Вот что я предлагал:

Глава министерства финансов сообщает банкам четкие принципы оценки имеющихся активов. К примеру, должно быть однозначно указано, что коммерческая недвижимость потеряет при оценке в среднем 30% своей стоимости. Затем он просит представите­лей банков оценить, какой дополнительный капитал потребуется каждому банку для того, чтобы получить структуру капитала, со­ответствующую нынешним законодательным требованиям. Если руководство банка не способно получить недостающий капитал из частного сектора, оно обращается в министерство финансов. Министерство предлагает банку осуществить выпуск конвертируе­мых привилегированных акций. Привилегированные акции имеют купон с низким значением (например, 5%), что позволит банкам продолжать кредитование на выгодных для себя условиях, а роль акционеров будет в значительной степени размыта вследствие возможности конвертации акций. Тем не менее они будут иметь право подписаться на акции на условиях министерства финансов и при надлежащем использовании своих прав смогут избежать размывания. Условия приобретения нового выпуска акций должны соответствовать текущим рыночным условиям, и министерству финансов необходимо сформулировать условия так, чтобы они были привлекательными. Частные инвесторы, включая меня, могут быть заинтересованы в покупке акций некоторых банков, осущест­вляемой на тех же условиях, что предусмотрены для министерства финансов.

После рекапитализации минимальное требование по размеру капитала может быть снижено, скажем, до 6%. Это будет сти­мулировать банки ссужать деньги, так как в противном случае они, придерживаясь установленных лимитов, могут потерять до 25% от стоимости активов. Банки смогут получить выгоду за счет извлечения крупной маржи, возможности к чему имеются в настоящее время. Экономика вновь оживет. Когда каждый из игроков обладает значительной ликвидностью и имеет возмож­ность заставить ее работать, средства могут быть направлены в менее ликвидные активы. Затем дефляция должна смениться призрачной инфляцией, а систему необходимо будет избавить от чрезмерной ликвидности так же быстро, как ранее наполняли ею. Минимальные требования к капиталу могли бы быть подняты до 8%, а в дальнейшем еще выше. Таким образом, мы снизим долю заемных средств в банковской системе, что представляется нам желательной долгосрочной целью.

Если бы ТARP (Troubled Asset Relief Program)[4] с самого начала была реализована именно таким образом, банков­ская система могла бы подвергнуться удачной рекапитали­зации с привлечением 700 миллиардов долларов или даже меньшей суммы. К сожалению, половина денег уже истра­чена, а основная часть второй половины ТARP будет израс­ходована на затыкание все увеличивающихся дыр. То, что было раньше выполнимо, теперь вряд ли может быть сдела­но. Именно этим опасны финансовые кризисы и другие на­рушения равновесия: план, который возможно воплотить сегодня, завтра уже не может быть применен.

Сейчас приемлемая рекапитализация банковской систе­мы сталкивается с двумя, казалось бы, непреодолимыми препятствиями. Первое связано с тем, что министр финан­сов Генри Полсон «отравил колодец» своими произвольны­ми и непродуманными действиями по внедрению и продавливанию ТАRP с бюджетом 700 миллиардов долларов. Администрация Обамы чувствует, что больше не может попросить у Конгресса ни копейки. Второе препятствие за­ключается в том, что с момента начала реализации ТАRP дыра в балансах банков стала еще больше. Качество активов банков (недвижимости, ценных бумаг, потребительских и коммерческих кредитов) продолжает ухудшаться, а рыноч­ная стоимость акций банка — снижаться. Согласно неко­торым расчетам, для рекапитализации банков в настоящее время может потребоваться до полутора триллионов долла­ров. Поскольку общая рыночная капитализация уменьши­лась примерно до триллиона долларов, ситуация вызывает к жизни призрак национализации — неприятной как с по­литической, так и с культурной точки зрения.

Следовательно, администрация вынуждена делать то, что в ее силах, даже не имея возможности предпринять не­обходимые шаги. Правительство планирует использовать до 100 миллиардов долларов из второго транша ТАRP Для создания банка-агрегатора. Он должен будет приобрести «токсичные» активы, для того чтобы банки могли исклю­чить эти бумаги из своих балансов. За счет предоставле­ния кредитного плеча из баланса Федеральной резервной системы в размере 10:1 банк-агрегатор может получить в свое распоряжение до триллиона долларов. Этого будет недостаточно для очистки балансов банков и перезапуска системы кредитования, но даже такая сумма, скорее все­го, принесет столь долгожданное облегчение. Деятельность банка-агрегатора можно считать полезной промежуточной мерой, если не принимать во внимание, что эта деятель­ность усложнит процесс получения финансирования, не­обходимого для надлежащей рекапитализации в будущем. Банк столкнется с трудностями при оценке «токсичных» ценных бумаг. Даже если ему удастся их преодолеть, его деятельность все равно будет восприниматься как скры­тая субсидия, предоставляемая банкам, стремящимся уве­личить цену своих «токсичных» активов. Это приведет к огромному политическому сопротивлению любым даль­нейшим расходам, направленным на спасение банков. Мо­билизация дополнительных средств значительно услож­нится. Было бы крайне печально использовать вариант с созданием банка-агрегатора, особенно когда существует способ провести рекапитализацию банков с помощью име­ющихся ресурсов.

Позвольте мне рассказать, каким образом это, по моему мнению, может быть сделано. Задача состоит в том, чтобы не удалять «токсичные» активы из балансов банков, а раз­местить их в «боковом кармане», подобно тому, как хеджевые фонды поступают со своими неликвидными активами. В такой карман можно было бы поместить объем капита­ла — акции и субординированный долг[5]. Это позволит рас­чистить балансы и превратить банки в «хорошие», но испы­тывающие недостаточность капитала. Триллион долларов, который в настоящее время планируется использовать для создания банка-агрегатора, можно направить на впрыски­вание капитала в хорошие банки. И хотя дыра гораздо боль­ше, этой суммы было бы вполне достаточно, потому что по­явилась бы возможность привлечь значительные суммы из частного сектора.

В нынешних условиях хорошие банки могут пользо­ваться исключительно хорошей маржой. Маржа будет су­жаться в результате конкуренции, однако к этому моменту банковская система вновь оживет, и нам удастся избежать национализации. Эта ситуация сравнима с последствия­ми разрушительного урагана — капитал компаний, за­нимающихся страхованием недвижимости, испаряется, вследствие чего растут страховые премии, а это, в свою очередь, приводит к привлечению дополнительного капи­тала в отрасль.