Детский сеанс. Долгая счастливая история белорусского игрового кино для детей - Мария Георгиевна Костюкович

во времени, ни фантазий, ни трагедий – обыденная жизнь в кругу семьи накануне первого сентября, милый очерк советского быта, по прошествии времени почти документальный. Такой бытовой сюжет не клонит в сон только оттого, что достоверны детали и найден отличный главный герой, сыгранный лучезарным мальчиком Лёней Наумовым: больно хорошо улыбается. А в одной сцене мелькает Володя Станкевич, который спустя четыре года станет самым узнаваемым Дениской Кораблевым из фильма «По секрету всему свету» – это очень похоже на смешную передачу эстафеты детства.

Кадр из фильма «Вот и лето прошло…»

Другое необычное решение – всего один день сюжетного действия. С таким коротким сроком хорошо справляются сказки, в меру волшебные, где герой попадает в фантастический мир и время там идет иначе. Но день обыденных дел дошкольника – редкий случай в кинематографических, да и в литературных историях: в детском мире события длятся неделями и месяцами, редко укладываясь меньше чем в три дня. Аркадий Инин проницательно обыграл главное свойство детства: бесконечность каждого дня, медленное течение времени, которое превращает час в день, а день в год. И третье необычное свойство фильма: о дошкольниках «Беларусьфильм» предпочитал делать сказки и другие отвлеченные от действительной жизни истории, а потому реалистический портрет дошколенка, созданный с уважением к мелким драгоценностям детства,– настоящий раритет.

В этом есть очарование – в подробном внимании к повседневной детской культуре и воспроизведении дворовой мальчишеской жизни, с хулиганами и дразнилками, ворчливой дворничихой, охранницей порядка и скуки, и с бессмертными детскими секретами, вроде того, что если закрыть глаза и надавить на них, то, открыв, можно увидеть сказку.

Детский мир делается дружелюбным от россыпи прелестных домашних шуток вроде «Сам посчитай, сколько тебе еще в углу стоять. – Я тогда лучше сразу из угла в школу пойду». Дружелюбие – его главная черта, сквозящая, несмотря на размолвки, окрики и наказания, в отношениях детей и взрослых и в отношениях авторов и персонажей. Все это подсказывает мысль о том, что фильм не для дошколят, готовых к первому сентября, а для младших школьников, вспоминающих первый день в школе, но больше всего – для взрослых, вспоминающих детство. Чудная инверсия оправдывает подробность рассказа и чуть более взрослый ракурс, чем нужен истории о дошколенке, и прозрачную ностальгическую интонацию.

Еще заметьте, что впервые в белорусском кинематографе создан совершенно положительный, идиллический образ семьи: добрые, любящие друг друга взрослые, с которыми ребенок не чувствует себя маленьким и неполноценным. Этому незамеченному счастью завидуют герои всех предыдущих детских фильмов, от «Хромоножки» до «Мы с Вулканом», и многих последующих. «Вот и лето прошло…» вроде маленькой и будто бы невзрачной драгоценности – не привлекающий внимания крошечный шедевр об одном дне советского детства. В необъятной детской вселенной он зачинает новую для белорусского кино бытовую тему будней детства. Пройдет лет пять – она станет главной в детском репертуаре «Беларусьфильма» и даст один за другим знаменитые и любимые фильмы «По секрету всему свету», «Удивительные приключения Дениса Кораблева», «Как я был вундеркиндом», «Капитан Соври-Голова».

Годом позднее, в 1973-м вышел на экран, кажется, единственный, очень скромный спортивный детский фильм – «Большой трамплин» режиссера Леонида Мартынюка по сценарию Леонида Браславского. Он пытался привлечь зрителей экзотикой необычного для тогда еще не очень спортивной Беларуси вида спорта, прыжков на лыжах, и необычного для равнинной страны горнолыжного комплекса в Раубичах, открытого накануне, в 1972 году. Зрелищность, умноженная надвое – занятия и места,– сильно смазалась оттого, что фильм снят черно-белым.

Сюжеты о спортивных достижениях тоже не характерны для белорусского кино, тем более для кино детского, выбиравшего драмы, фильмы о школе и сказки. Можно объяснить это замысловато и вполне логично: белорусское кино для детей привыкло к пионерскому образу мира, в котором главное свойство – коллективность. Любой строго индивидуальный опыт, тем более опыт борьбы за первенство, не отвечает пионерскому мировоззрению. И «Большой трамплин», избегая этого, берет спортивную тему в привычном пионерском ракурсе: чтобы стать чемпионом, да и просто спортсменом, главному герою Саше Лаврову приходится преодолеть свой эгоизм и научиться коллективности, «стать хорошим ребенком». Достижения для него, одаренного прыгуна с трамплина, начинаются только тогда, когда он отказывается от своего превосходства и признает авторитет тренера: это проглядывает в фильме хорошо замаскированный сюжет перевоспитания хулигана.

В спортивных фильмах образ тренера обычно важнее образа спортсмена. Тренер суров, справедлив, настаивает на большом труде, самоотдаче и соблюдении кодекса чести. Он тоже идеальный пионер. Вырождаясь, он становится деспотом, но в белорусском кино об этом фильмов нет – образ тренера воплощает архетип отца, а не его тень. Таков тренер в «Большом трамплине», сыгранный Эммануилом Виторганом. Через него совершается рост трудноватого, неудобного подростка от эгоизма к коллективности, и тема перевоспитания стирает тему личного достижения. Забавной рифмой к этой сюжетной двоякости становится то, что главного героя Сашу Лаврова играют близнецы Саша и Андрей Будыхо. Больше спортивный фильм в белорусском детском кино не повторился, хотя «Большой трамплин» получил три приза на всесоюзном кинофестивале спортивных фильмов в Таллинне в 1974 году, в том числе приз за лучший сценарий.

Саша Будыхо и Эммануил Виторган в фильме «Большой трамплин»

К середине 1970-х годов герой белорусских детских фильмов научился собирать все больше и больше друзей, круг его общения расширялся, мир детства населялся все гуще. К началу 1980-х киногерой никогда не оставался один или даже с лучшим другом – вокруг него кружился рой персонажей, которые не были ему в тягость. Опыт одиночества забывался. На этом фоне редкие уединения выглядят радикальным исключением и оправданы только экранизацией литературной классики. Что-то похожее однажды уже происходило, когда супердетей-одиночек из фильмов двадцатых годов сменили пионерские отряды тридцатых. Тогда это предшествовало жанровому расцвету детского кино. В семидесятых тоже. Какой бы вы думали фильм оказался на границе двух эпох? Разумеется, новая экранизация «Полесских робинзонов».

Можно несмешно пошутить о том, что есть в белорусском кино традиция: раз в двадцать лет экранизировать «Полесских робинзонов» Янки Мавра, самый приключенческий сюжет в белорусской детской литературе. Напомню, в 1934 году вышли на экран первые, немые «Полесские робинзоны», после войны готовилась и не осуществилась вторая экранизация, которая в 1954 году превратилась в фильм «Дети партизана». Через двадцать лет, в 1974-м, Леонид Мартынюк ставит по мотивам «Полесских робинзонов» фильм «Неоткрытые острова». Отсутствие экранизации в 1990-е годы можно объяснить только глубоким кризисом в кино – иных причин прерывания традиции не видно. Зато в 2014-м закономерность возобновил фильм «Чудо-остров, или Полесские робинзоны».

В 1970-е приключение робинзонов на полесском острове вышло чуть меланхоличным и самым нежным изо всех совершенных. Городской мальчик Олег, и видом и