Сергей Арутюнов - Зачем идти в ЗАГС, если браки заключаются на небесах, или Гражданский брак: «за» и «против»

В этих условиях необходимо контролировать рождаемость, что в последнее время программируется во многих странах на государственном уровне и становится важнейшим элементом национального развития, благополучного состояния людских и природных ресурсов.

Из развивающихся стран лишь КНР может реально управлять демографией в своей стране, а самым известным является пример Сингапура, где за 20 лет жесткого ограничения рождаемости впервые в регионе достигнуты показатели материнской и детской смертности, соответствующие таковым в Западной Европе.

Большинство специалистов считают интегральным показателем здоровья женщин и отражающим популяционный итог взаимодействий экономических, экологических, культурных, социально-гигиенических и медико-организационных факторов материнскую смертность (МС).

А теперь давайте посмотрим, как можно назвать ситуацию, когда ежедневно погибает целый полк военнослужащих? А когда ежедневно терпят крушение два пассажирских поезда или разбиваются четыре лайнера? Катастрофа? Несомненно. А восемь разрушенных жилых домов, тоже ЕЖЕДНЕВНО? Террор? Скорее всего. Но то о чем пойдет речь, это не сводки с полигона военных действий, не данные техногенных катастроф или отчетов правоохранительных органов. А это статистика материнских потерь, которая имеет место именно в этих масштабах ежедневно. Сложно представить реакцию мировой общественности, если бы ежедневно происходили эти трагедии — эквиваленты уровня МС.

Ежегодно в мире беременеют более 200 миллионов женщин. Чуть более у половины из них беременность заканчивается родами. А вот для трети миллиона женщин беременность заканчивается трагически — они погибают.

Термин «материнская смертность» принят в большинстве стран мира. В соответствии с рекомендациями ВОЗ под этим термином регистрируются все случаи смерти женщин, обусловленной беременностью, независимо от ее продолжительности и локализации, наступившей во время беременности или в течение 42 дней после ее завершения от состояния, связанного с беременностью, отягощенного ею или ее ведением, кроме несчастных случаев или случайно возникших обстоятельств.

Расчет коэффициента материнской смертности производится в соответствии с вышеприведенным определением на 100 тыс. живорожденных. Данный показатель позволяет оценить все потери беременных (от абортов, внематочной беременности, акушерской и экстрагенитальной патологии), рожениц и родильниц.

Многофакторная зависимость этого показателя, и в первую очередь социально-экономическая детерминированность, несомненна и подтверждается данными мировой статистики. Если в регионах с высокоразвитой экономикой уровень МС составляет в среднем 14 случаев на 100 тысяч живорожденных, то в регионах с развивающейся экономикой — 290, достигая в отдельных странах более 1000 случаев МС на 100 тысяч живорождений. При этом среднемировой показатель составляет 260.

На развивающиеся страны приходится свыше 95 % случаев смерти и более половины из них — на государства Африки. Парадокс! В некоторых странах деторождение является ведущей причиной смертности женщин репродуктивного возраста. Нынешняя ситуация в странах «третьего мира» аналогична той, которая существовала в развитых государствах 100 лет назад.

Главными медицинскими факторами, определяющими высокий показатель материнской смертности в развивающихся странах, являются частые беременности, плохие санитарно-гигиенические условия, отсутствие адекватной дородовой диагностики, плохое медицинское просвещение населения, недостаток медикаментов, высокая общая заболеваемость населения, дефекты питания и, что наиболее важно, отсутствие поддержки со стороны государства (важнейший фактор в условиях слаборазвитой страны).

По мнению некоторых специалистов, внедрение в странах, вносящих основную долю в мировую статистику МС, «примитивных» медико-организационных форм обслуживания населения (учет и контроль), позволит значительно снизить материнские потери. Бессмысленно, например, в Афганистан (показатель МС — 1400 на 100 тысяч живорожденных) поставлять дорогостоящую диагностическую аппаратуру, а вот наладить систему диспансерного наблюдения за беременными и медицинскую помощь в родах — вполне реально. В соседнем Туркменистане, унаследовавшем систему организации медицинской помощи беременным и родильницам, разработанную в бывшем СССР, уровень МС в 20 (!) раз ниже (64 на 100 тысяч живорожденных). Недаром до сих пор действует Декларация ВОЗ 1978 года, рекомендующая советскую систему первичной медико-санитарной помощи всем развивающимся странам.

Таким образом, весьма актуальным аспектом борьбы с материнскими потерями является региональная оценка уровня МС, которая послужит основой для выработки первоочередных мероприятий, позволяющих в короткие сроки и значительно сократить показатели МС в той или иной стране.

Россия не является исключением в выборе собственных приоритетов в борьбе с МС.

В Российской Федерации показатель МС остается высоким по сравнению с экономически развитыми странами и составляет в последние пять лет в среднем 25 на 100 тысяч живорожденных.

Это в 2–3 раза выше, чем в Великобритании, Франции, Германии, Канаде и Швейцарии. Кроме того, в России сложилась парадоксальная демографическая ситуация: уровень рождаемости соответствует показателям экономически развитых стран (за последнее десятилетие он сократился вдвое), а уровень МС — показателям развивающихся стран, данные факты заставляют обратить внимание на организацию и качество медицинской помощи беременным.

Вторым весьма важным показателем уровня развития государства является показатель перинатальной смертности. Напрямую он зависит от социально-экономических условий, в которых живет население, в том числе и беременные женщины, а также от системы организации службы репродуктологии. Перинатальная смертность (ПС) — это случаи смертности плодов и новорожденных с 22 недель беременности до семи суток жизни. В экономически развитых странах отмечается относительно низкий уровень ПС, который в среднем составляет менее 5 %. Минимальный уровень ПС наблюдался в Монако и равнялся 1,8 %. В Российской Федерации показатель ПС составляет 7,4 % (2010).

Следует отметить, что только 25–35 % перинатальных потерь и заболеваемости в перинатальный период приходится на долю доношенных, а 65–75 % — на недоношенных. Смертность среди детей, родившихся с массой тела менее 1000 г, достигала 95 % в развивающихся странах и около 50 % в развитых странах.

А в общем ежедневно, по данным ВОЗ, перинатально погибают 20 тысяч детей, из которых 98 % — в развивающихся странах.

Основными причинами МС и ПС являются: инфекционные процессы, различные нарушения соматического и репродуктивного здоровья женщин, т. е. низкий индекс здоровья населения, которые формируются в подростковом возрасте. Здесь мы подошли к еще одной проблеме современной репродуктологии.

На Земле более 1 млрд человек находятся в возрасте от 10 до 19 лет, т. е. являются подростками. К сожалению, это период неопытности, экспериментаторства, своеволия, недисциплинированности, асоциальности в сочетании с целеустремленностью и желанием учиться, осваивать профессию. Именно последними качествами нужно воспользоваться для обучения принципам планирования семьи.

В стране отмечается прогрессивное ухудшение качества здоровья детей, подростков и женщин фертильного возраста. Например, среди выпускниц средних школ Екатеринбурга соматические заболевания имеют 80 %.

Согласно данным диспансеризации детей 2002 года, за последние 20 лет число абсолютно здоровых девушек снизилось с 28,3 до 6,3 %. 75 % школьниц имеют хронические заболевания, которые могут сказаться на репродуктивной функции. К ним относятся болезни сердечно-сосудистой, кроветворной, пищеварительной, дыхательной, мочевыделительной и эндокринной систем. В предыдущие десятилетия частота хронических соматических заболеваний составила 54,2 %.

За последние 10 лет увеличилась и частота гинекологических заболеваний среди девочек-школьниц: воспалительных — в 3 раза, нарушений менструальной функции и болезней мочеполовой системы — в 1,5 раза. У живущих половой жизнью подростков частота гинекологической патологии в три раза выше, чем у их сверстниц, не вступавших в половую связь.

В основном это связано с наблюдаемым сейчас в мире ростом сексуальной активности молодежи. Исследования, проведенные в Англии, США, Канаде, Австрии, России и других странах, показали, что около 25–35 % девушек имели сексуальные контакты до 16 лет, а в возрасте 16–19 лет — от 40 до 70 %.

При этом подросткам свойственны случайный характер половых связей, безграмотность в вопросах профилактики инфекций, передаваемых половым путем (ИППП), и нежелательной беременности.