Вымышленные библиотеки - Хорхе Каррион

#ЯПоддерживаю Книжные издательской группы Penguin Random House. Потому что обе кампании вызывают обоснованные подозрения. Страница www.llibreriesobertes.cat хоть и помогла многим небольшим каталонским магазинам продать книги вперед и вернуть себе некоторую платежеспособность, удерживает половину их дохода до тех пор, пока они не откроются снова, и сохраняет всю информацию об операциях. Благодаря цепляющей истории (центральной концепцией которой является альтруизм) они добились значительного притока капитала и больших данных (от тысяч читателей на каталонском языке).

Между тем издательский гигант, щедро организовав специальную службу доставки, чтобы книжные магазины могли продавать и доставлять издания Lumen, Reservoir Books или Grijalbo, продвинул также их прямую продажу через свой сайт. Противоречие очевидно. Если зайти на www.megustaleer.com и найти интересующую книгу, появится шесть вариантов покупки: через сам сайт издательского дома, Todostuslibros.com, Amazon.es, Casadellibro.com, Fnac и El Corte Inglés. Возможно, потому, что для корпорации все эти варианты одинаково выгодны, и несмотря на то, что она продолжает розыгрыш купонов, которые можно будет обменять на десятипроцентную скидку в книжных магазинах после их открытия, из Twitter пропал ее хэштег #ЯПоддерживаюКнижные, и остался более надежный #ЯСижуДомаИЧитаю, что, несомненно, ближе к истине.

Llibreries Obertes могла бы напрямую поддержать каталонские книжные, у которых есть свои сайты, подготовленные для онлайн-торговли. PRH могла бы сделать то же самое с помощью таких ресурсов, как Todostuslibros.com, где собрана информация, необходимая для покупок в тысячах испанских книжных магазинов. В момент истины, которым стала эта пандемия, ни крупные компании, ни ответственные за культурную политику люди не знают, как должным образом решить проблему. Боюсь, этого не знают и сами книжные, которые не самоорганизуются и не объединяются даже сейчас, когда их существование действительно находится под угрозой. Некоторые доставляют книги вам домой, а другие нет. Некоторые продолжают общаться со своей аудиторией в Instagram или читают свои образовательные курсы в Zoom, как мадридский Rafael Alberti или барселонская Nollegiu, но многие этого не делают. Некоторые осмелились запустить краудфандинг, например, 80 Mundos в Аликанте, или объявили кампанию по поиску партнеров, как Caótica в Севилье, чтобы получить средства, позволяющие выжить, но подавляющее большинство и этого не сделало.

Хотя пандемия пришла в Испанию на две недели раньше, чем в США, те немногие испанские книжные, которые организовали кампании по сбору средств в свою поддержку, которые бросили этот клич о помощи, сделали всё позже City Lights, культового места битников, основанного в 1953 году Лоуренсом Ферлингетти (которому, кстати, 24 марта этого года исполнился сто один год). Американский книжный быстро собрал полмиллиона долларов. В конце прошлого года книготорговец из Гонконга Лам Винг-Ки собрал около 180 000 евро, также посредством краудфандинга, для открытия своего нового книжного магазина на Тайване. Он был одним из пяти книготорговцев, задержанных китайским правительством в Гонконге в 2015 году за продажу и пересылку запрещенных книг. Тридцать полицейских штурмовали его книжный магазин Causeway Bay Books. Двадцать пятого апреля этого года компания открывает свою новую штаб-квартиру в Тайбэе. Вечеринки не будет, потому что тайваньское правительство рекомендует избегать общественных собраний.

Почему кто-то отдает свои деньги таким книжным магазинам, как Caótica, 80 Mundos, City Lights или Causeway Bay Books? Потому что есть те, кто верит в значимость их брендов и нарративов. Студии дизайна, коммуникационные агентства и отделы маркетинга, использующие слово «книжный магазин» в своих кампаниях, прекрасно понимают, что это отличный бренд. Эксперты по корпоративной репутации знают, что ваш бренд никогда не должен объединяться с брендом менее престижным, что любое соглашение должно быть равноправным или амбициозным. В тот момент, когда вы связываете свой бренд со словом «книжный магазин», вы вызываете положительные эмоции у огромного количества людей, автоматически получаете внимание средств массовой информации и пользователей социальных сетей. Знаковые книжные являются еще и виральными.

Первым, кто присвоил себе легитимность, актуальность, значимость книги и книжных магазинов, стал Amazon ровно четверть века назад. То, что для Джеффа Безоса в середине 1990-х было рыночной нишей, пространством, еще не обнаруженным ни одной компанией электронной коммерции, для миллионов людей было культурой, интеллектуальной и сентиментальной родиной. Десять лет спустя появились Google Books – с тем же намерением присвоить себе культурный и символический капитал, обладающий исключительной ценностью. Несмотря на увеличение количества книг и фильмов о книготорговцах и книжных магазинах, несмотря на вирализацию фотографий книжных пространств и чтения в социальных сетях, несмотря на превращение отдельных книжных по всему миру в туристические символы, сами книжные, похоже, не осознали, что их бренд чрезвычайно силен, намного сильнее, чем у крупных издательских групп и дистрибьюторов, которые их кормят, или у политических институтов, которые регулируют их деятельность. И в том числе он гораздо сильнее, чем Google Books или Amazon. Но нужно действовать. Крупные технологические корпорации зарабатывают много денег в наши катастрофические времена и вкладываются в стратегии, которые сделают их якобы еще более незаменимыми. С каждым днем появляется всё больше мозгов, монополизированных Джеффом Безосом, для которых его логистическая компания – не лучший вариант, а единственный.

В испано-американском мире, без сомнения, нет структур культурного субсидирования, которые мы обнаруживаем, например, в англосаксонском. Благотворительная организация The Book Trade Charity поддерживает книготорговцев уже сто восемьдесят лет и сейчас собрала более пятидесяти тысяч фунтов стерлингов, которые будут распределены между пострадавшими от пандемии. А 23 марта три лондонских издательства создали краудфандинговый фонд помощи книжным магазинам, целью которого было собрать десять тысяч фунтов стерлингов; но через несколько дней эта цифра выросла до ста тысяч после получения поддержки от Ассоциации книготорговцев и – вуаля – Penguin Random House.

Но я отказываюсь думать, что в нашей культуре нет прочных основ для солидарности, творчества или инноваций. Очень известная китайская актриса Яо Чэнь передала своим восьмидесяти трем миллионам подписчиков в социальной сети Weibo эмоциональный пост директора сети книжных магазинов OWSpace, в котором он признался, что через шесть месяцев они могут обанкротиться: «Мы надеемся, что каждый человек и каждый книжный магазин сможет наконец избавиться от одиночества и встретить весну». А любительница книжных магазинов индийского происхождения Ааканксша Гаур, владелица аккаунта Shelfjoy в Instagram, создала приложение Save Your Bookstore, где собраны тысячи книжных магазинов со всего мира, подарочные карты которых можно купить в один клик.

В эти моменты, когда мы, миллионы граждан, находящихся под домашним арестом, скучаем по книжным магазинам, мы, миллионы изолированных читателей в масках, которые, хоть и общаются в WhatsApp, работают в Skype и потребляют вымышленные истории на Netflix и HBO, но вместе с тем находят отклик, отдохновение и, прежде всего, утешение в нашем слишком большом количестве