Тайная ересь Иеронима Босха - Линда Харрис
Достигающий небес, украшенный сверкающими драгоценными камнями духовный крест композиционно уравновешивает гигантское морское чудовище, изображенное художником первоначально в эскизном рисунке с правой стороны (где располагался ад). Голова чудовища появляется из вод океана, окружающего Землю. Из его огненной пасти поднимаются клубы дыма и стаи черных птиц. Морской монстр — древний символ подземного царства, преисподней, или ада. Он присутствует во многих легендах и мифах народов мира, а также является постоянным образом в средневековых толкованиях Страшного суда. Чудовище хватает души и увлекает их в сатанинское Царство тьмы. В гобелене Босха это — антитеза духовному кресту, самая глубокая пропасть, в которой могут оказаться души.
В период позднего Средневековья библейская космология уже не трактовалась буквально. Образованные люди считали, что Земля находится в центре прозрачных планетарных сфер (см. схему 3). Исследователи творчества Босха придерживаются общего мнения, что художник получил хорошее образование, то есть он хорошо знал средневековую космологию. Вероятно, он осознанно использовал в этом произведении библейское описание мироздания. В то же время оно не повторяется буквально: соответствие Книге Бытия неполное. В Библии, конечно, не говорится, что Земля или воды океана вокруг нее созданы Сатаной и населены демонами. Известно только одно описание вселенной, которое полностью совпадает с гобеленом Босха. Это — космология катаров.
По сравнению с гобеленом, композиционное решение триптиха «Воз сена» (Мадрид, ил. 16 — 18) кажется менее причудливым и еретическим. Но и в нем просматриваются те же идеи художника. В центральной части мы видим телегу с сеном, за которой следует толпа людей разных сословий: от самых высоких до самых низких. Как и на гобелене, они дерутся за сено, не замечая Спасителя, который парит в небе над ними с широко раскинутыми руками (указание пути от земного мира к миру небесному). За небольшим исключением надменных дворян и верховного духовенства, следующих за телегой с сеном верхом на лошадях, изображенные в центральной части триптиха люди являются выражением духовной слабости и неведения, но не зла. Они — обычные обманутые представители рода человеческого. Как и любовники, изображенные на стоге сена, все они могут обратиться как к ангелу, так и к дьяволу. Находясь в мире Сатаны, они продолжают предаваться наслаждениям, впадая в грехи сладострастия, алчности и гнева. Они не помнят о своей принадлежности духовному миру, из которого пришли, и их общий дух, изображенный в образе Иисуса, уязвлен и забыт.
В обоих вариантах «Воза сена» телега направляется в ад. В триптихе плачевная судьба человечества показана с большей очевидностью. Здесь телега, сопровождаемая дерущейся алчной толпой, движется в направлении его правой части, где изображены адские муки и пылающее огнем небо. Картина ада показана как продолжение земного мира и словно проявляет сущность сатанинской реальности. Далее в главе 12 мы рассмотрим, как для душ, которые между реинкарнациями оказались в преисподней, материя открывает свое истинное лицо.
Толпы дерущихся людей в композиции триптиха «Воз сена» (в обоих вариантах) на удивление напоминают описания людей в одном из манихейских коптских псалмов IV века, созданном за тысячу сто лет до рождения Босха:
Мир, откуда я пришел, полон зла, зависти, ненависти и вражды.
Там все убивают друг друга, разрубая плоть мечом.
Есть творение, идея и творение...
Люди сломлены и пали лицом вниз.
Их лица не обращены к Царству света.
Человечество погрязло во зле...
...возведите взоры свои к небесам;
Вы увидите над миром справедливого бога...
Страсти Христовы по Босху
В произведениях «Семь смертных грехов» и «Воз сена» Босх создает образ Иисуса, готового всегда помочь тем, кто уверовал в Него. В то же время Иисус не принуждает к вере души, заблудшие в мире Сатаны. Изображая Страсти Христовы, автор не показывает в композиции обычных грешников, а окружает Спасителя демонами в человеческом обличье, которые Ему противоборствуют. Их странные шутовские образы созданы не только необузданным воображением художника, они выдержаны в символике катаро-манихейской традиции. Согласно теологии этих вероучений, Иисус на самом деле не испытывал физических страданий, поскольку не обладал реальным телом, которому можно причинить боль. Манихеи трактовали Страсти Христовы как страдания света или духа в сатанинском мире материи, враждебном и чужеродном Ему по своей сути. Эти представления манихеев, унаследованные катарами, Босх отражает в экспрессивных композициях, посвященных теме Страстей.
Изображение мучителей Христа в уродливых образах нельзя назвать чем-то новым или оригинальным. Подобные сцены встречаются во многих произведениях голландских живописцев и мастеров резьбы по дереву XV и XVI веков. Но в работах Босха образы становятся предельно гротескными и чудовищно безобразными, проявляя свою внутреннюю звериную сущность. Художник достигает максимальной экспрессии за счет причудливых деталей одежды и деформации лиц. Персонажи трудно принять за обычных людей. Это — демоны в человеческом обличье, сатанинская природа которых прорывается наружу чудовищным уродством. Наряду с приспешниками «папы римского», изображенного в проеме вертепа («Поклонение волхвов», музей Прадо), они представляют собой силы тьмы, набрасывающиеся на свет, едва он появляется на Земле. Манихеи и катары часто называли демонов хищниками, стервятниками или волками.
Звериная жестокость, насмешки и лицемерие демонов, терзающих Спасителя в картинах Босха, почти точно совпадают с описаниями, данными в одном из манихейских коптских псалмов:
Образ Света явился
Среди зверей...
Они преклонились... и пали на колени,
Они поклонялись ему...
И демоны говорили это,
Однако в их сердцах таилось зло:
Давайте набросимся на него
И свяжем Его...
И закроем Его в мире так...
Чтобы Он не смог вернуться...
В традиционной христианской живописи мучителями Христа обычно изображают только иудеев и римских легионеров. У Босха, напротив, мы видим в толпе преследователей самые разные фигуры. В картине «Ecce Homo» (Франкфурт, цв. ил. 39) стоящий на террасе Христос подвергается осмеянию разношерстной толпы, где на первом плане, видимо, легионер, рядом с которым человек в красном плаще и шляпе и за ним иудей в ермолке, опирающийся на остроконечный металлический крест. На заднем плане — толпа у входа в здание, над которым вывешен красный флаг с исламским полумесяцем.
В других композициях Босха, посвященных этой теме, фигуры изображены крупно, по пояс, словно
