История Хоперского полка Кубанского казачьего войска 1696–1896 гг. - Василий Григорьевич Толстов

При взятии Гельдигена, в жарком деле со сборищами Шамиля, хоперские казаки, во главе с сотником Дугиным, обскакали под сильным огнем чеченцев аул и смело преградили путь отступавшим неприятельским партиям. Сильным ружейным огнем, с удачно выбранной позиции, хоперцы удерживали противника до прибытия пехоты, соединившись с которою, казаки нанесли чеченцам жестокое поражение[122]. После этого войска отряда приступили к рубке леса и устройству переправ через речки. 18-го января, на правом берегу Сунжи, во время рубки леса в Ханкальском ущельи, произошло весьма жаркое дело с чеченцами. В этот день часть кавалерии Чеченского отряда, под начальством известного генерал-майора Бакланова, находясь в пути к кр. Грозной, вдруг услыхала выстрелы с чеченской башни, из укр. Тепли-Кичу и со стороны чартугаевской переправы. Предчувствуя недоброе, Бакланов схватил Донской полк и две сотни сунженских казаков и с ними поскакал к Теп ли-Кичу. Туда же помчался подполковник Товбич с Сводно-Линейным полком, чтобы поддержать в случае надобности Бакланова. Между тем сильная неприятельская партия, почти в 200 человек, неожиданно наскочила у чартугаевской переправы на нашу небольшую команду, рубившую дрова, захватила несколько солдат в плен и отбила повозки и скот. С этою добычею чеченцы поспешно отступили и пошли обратно сплошными лесами вниз по правому берегу Сунжи. Но вот, на пути открылась большая поляна, куда почти одновременно с двух противоположных концов вышли казаки и горцы. Бакланов сразу оценил обстановку и, не давая опомниться неприятелю, произвел лихую атаку. Сотня за сотнею выносились вперед на поляну хоперцы, донцы, волжцы, и сунженцы, стремительно с гиком бросились в шашки на оторопевших чеченцев. В одно мгновенье неприятель был сбит, опрокинут и обращен в бегство. Часть горцев спешила укрыться за топким ручьем, пересекавшим поляну, но казаки, на плечах чеченцев перескочили ручей и врубились в их ряды. Поражение неприятеля было полное и с значительными для него потерями 534).

До 18 – го марта продолжалась деятельность Чеченского отряда по вырубке просек и проложению дорог по обоим берегам рр. Аргуна, Джалки, Хулхулау и Мичика, а также в военных действиях против чеченцев. 9-го апреля хоперцы возвратились на Кубань. В следующем 1853 году одна хоперская сотня, в составе Чеченского отряда, принимала участие в зимней экспедиции в Б. Чечню, с 4-го января по 14-е марта, после чего вернулась домой 535).На этом заканчивается участие хоперских казаков в военных действиях в Чечне, так как с 1853 года хоперцы уже более не посылались на левый фланг Кавказской линии.

Глава III

Восточная война 1853–1856 гг. Участие в ней четырех сотен хоперских казаков в составе сборных полков. Прибытие в Александрополь. Дело у Баяндура 31-го октября. Переход через границу. Сражения под Баш-Кадыкляром 19-го ноября 1853 г. и под Кюрюк-дара 24-го июля 1854 г. Смена сотен. Сформирование резервного Хоперского полка. Приготовления к кампании 1855 года. Блокада Карса. Боевая деятельность хоперцев. Поход к м. Пеняку; дело 30-го августа. Участие линейных казаков в штурме Карса 17-го сентября 1855 г. Конец войны. Награды.

В начале 1853 года между Россией и Турцией возникли весьма серьезные несогласия по вопросу о Святой земле и положении христиан на востоке. Упрямство турок грозило разрывом между обоими государствами, и все вслух поговаривали, что войны не миновать. И действительно, вскоре затем на Кавказе стали готовиться к походу в Турцию. В первых числах июня наказный атаман Кавказского линейного войска, получив приказание свыше, сделал распоряжение о командировании в гор. Тифлис по одной самой лучшей и отборной сотне, под командою храбрых и надежных офицеров от Хоперского, Кубанского и Ставропольского казачьих полков. Для отправления за Кавказ была сформирована сборная сотня из казаков всех станиц 2-го Хоперского полка, в составе 3-х офицеров (сотника Ивана Фисенкова, хорунжего Михаила Фоменкова и прикомандированного к полку поручика Абата Кмузова), 8-ми урядников, 2-х трубачей, 133-х приказных и казаков и одного фельдшера 536).

5 июля хоперская, кубанская и ставропольская сотни в полной готовности к походу собрались в Пятигорске и там, по тщательном осмотре их войсковым начальством, поступили под команду полковника Камкова, который в половине августа выступил с ними в Закавказье. По прибытии в Тифлис, сотни Камкова представились на смотр наместнику кавказскому. Князь Воронцов 537) остался очень доволен бравым видом молодецких сотен, пропустил их мимо себя церемониальным маршем, а затем угостил казаков обедом, на котором присутствовал сам с княгинею. Отдохнув в Тифлисе, линейцы выступили к гор. Александрополю, куда прибыли 10-го сентября и там расположились на зимовку. С прибытием на границу, полк Камкова вошел в состав действующего корпуса, бывшего под начальством генерал-лейтенанта князя Бебутова. С этого времени на казаков была возложена сторожевая и разведывательная служба в окрестностях Александрополя и к стороне турецкой границы.

Первая схватка казаков с турками произошла 31-го октября. В этот день из полка Камкова была послана ставропольская сотня к сел. Баяндуру для наблюдения за турецкой армией, приближавшейся к нашей границе 538). Пройдя 6 верст от Александрополя, ставропольцы встретились с передовым отрядом турецких войск, состоявшим из 2-х – 4-х тысяч куртинской конницы и завязали перестрелку с неприятельскими головными разъездами. В виду превосходных сил противника, сотня стала понемногу отступать. По тревоге хоперцы и кубанцы, во главе с Камковым, понеслись на подмогу своим товарищам. Как только сотни соединились, линейцы общими силами ударили на врага, но, к сожалению неудачно. Нужно заметить, что это была первая встреча линейных казаков с турецкою конницею, вооруженной пиками. И вот тут-то, в баяндурском кавалерийском деле, казаки получили первый, но зато и последний урок: как должно биться в конном строю! Привыкнув в схватках с черкесами налетать на неприятеля с ружейною пальбою, а потом, закинув ружье за плечо, браться за шашку – линейцы и здесь проделали свой прием, но ничего из этого не вышло.

Прием этот не произвел никакого впечатления на курдов, и казаки жестоко поплатились за свою неопытность, потеряв в этом жарком деле 41-го казака убитыми, 1-го офицера и 18 казаков ранеными.

Крепко призадумались линейцы над своим поражением под Баяндуром. Чтобы подбодрить их, Свиты Его Величества генерал-майор князь Барятинский[123] посоветовал казакам поскорее найти случай для новой встречи с куртинскою конницею и во что бы ни стало разбить ее вдребезги и тем доказать ей, что неудача у Баяндура была только несчастною случайностью. Он особенно рекомендовал линейцам в будущих схватках с курдами и вообще с неприятельскою кавалериею употреблять в дело только одни шашки при стремительном налете.

Совет не пропал