Николай Каманин - Скрытый космос. Книга 2. (1964-1966)

16 мая.

Звонили Строганов и Тюлин. Оба подтвердили, что в Воронеже все еще продолжаются жаркие дебаты о надежности двигателя третьей ступени: военная приемка завода не дает согласия на допуск блока «И» в полет. Тюлин сказал, что дня через два будем принимать решение, но мне уже и сейчас ясно, что полета «Восхода-3» в мае не будет. И вообще полеты «Восходов» поставлены под большое сомнение.

Звонил с полигона Никерясов и доложил, что космонавтов и всю экспедицию можно разместить на второй площадке. Тюлин хотел бы от меня услышать доклад о невозможности удовлетворительного размещения космонавтов на полигоне — это ему нужно как дополнительный довод против полета в мае, но я не дам ему такого довода. Раньше, при всех предыдущих пусках, вся экспедиция размещалась на второй, десятой и семнадцатой площадках, а сейчас нам дают только вторую. Разместить всех на одной площадке будет очень трудно, но ради осуществления полета «Восхода-3» мы пойдем и на эти трудности. Правда, наша готовность к уступкам по размещению личного состава экспедиции уже не может существенно повлиять на принятие решения о полете. Скорее всего, он будет отложен по мотивам недостаточной надежности двигателя третьей ступени и системы регенерации воздуха, хотя обе эти системы сейчас более надежны, чем во всех предыдущих пусках. Главной причиной того, что полет может не состояться, являетя то, что против него высказались Смирнов и Пашков.

19 мая.

Мусю выписали из госпиталя, и вчера я отвез ее на 10-дневный отдых в санаторий в Болшево. Муся на 4 часа заезжала домой, пообедала с нами, приняла ванну, собралась в дорогу, и в 17 часов я и Оля проводили ее до санатория.

Вчера был по вызову в административном отделе ЦК КПСС у Москалева, Гришенцова и Грачева. Беседовали более двух часов. Поводом для вызова в ЦК явилась процедура оформления меня на должность помощника Главнокомандующего ВВС по космосу. По моей кандидатуре вопросов и разговоров не было, говорили о наших «прорехах» в деле освоения космоса. Я рассказал сотрудникам ЦК о всех недостатках в развитии нашей космонавтики, особо выделив главные из них:

1) в стране нет государственного органа, который бы систематически руководил освоением космоса (ВПК и Смирнов занимаются космосом по совместительству);

2) в Министерстве обороны нет органа и ответственного лица, которые объединяли бы все военные интересы в космосе (ЦУКОС и генерал-лейтенант Карась работают фактически только над заказами техники); министр обороны маршал Малиновский не понимает и недооценивает военного значения космоса, а наших советов не слушает, просьб главкомов не удовлетворяет;

3) в Академии наук, в промышленности, да и в Министерстве обороны недооценивается роль человека в освоении космоса; произведено более 200 пусков космических объектов и лишь 8 из них (4 процента) с экипажем на борту;

4) за шесть последних лет в СССР не построено ни одного принципиально нового корабля, «Восход» — это только модификация «Востока»;

5) создание нового космического корабля «Союз» затянулось на 3–4 года из-за излишней автоматизации процессов стыковки и управления полетом вследствие неверия в возможности космонавтов. По этой же причине плохо у нас обстоит дело и с изготовлением тренажеров, не развивается единственная база строительства тренажеров в ЛИИ.

Рассказал я и о десятках наших устных и письменных обращений к Малиновскому и Смирнову, о письме космонавтов Брежневу и о том, что 99 процентов наших обращений и просьб не принимаются во внимание.

Сегодня получил очередное постановление ВПК за № 101 от 27 апреля 1966 года «Об утверждении плана работ по созданию пилотируемых кораблей 7К-Л1». Постановление очень важное, ряд вопросов мы должны решить в двухнедельный и месячный сроки. Принято оно было 27 апреля, а прибыло в ВВС 16 мая — вот так у нас начинают свой путь многие важнейшие решения. В данном документе, подписанном Л. В. Смирновым, есть ссылка на постановление ЦК КПСС от 3 августа 1964 года за № 655–268 по облету Луны и высадке экспедиции на Луну. Военно-промышленная комиссия постановила следующее:

«1. Одобрить представленный МОМ план работ по изготовлению и отработке пилотируемых кораблей 7К-Л1, предусматривающий:

а) изготовление 14 кораблей 7К-Л1: одного — в 3-м квартале 1966 года, двух — в 4-м квартале 1966 года и остальных — на протяжении 1-3-го кварталов 1967 года;

б) начало наземной отработки кораблей 7К-Л1 — октябрь 1966 года;

в) начало летных испытаний 7К-Л1 — четвертый квартал 1966 года — первый квартал 1967 года.

…4. Поручить МОМ и МАП совместно с МО и другими министерствами и ведомствами в двухнедельный срок разработать, согласовать и представить на утверждение в ВПК план-график разработки, изготовления и поставки комплексного и специализированных тренажеров «7К-Л1» (головной исполнитель ЛИИ МАП) в сроки, обеспечивающие подготовку космонавтов к полетам на кораблях 7К-Л1.

…6. Поручить МО совместно с МОМ, МАП, Министерством радиопромышленности, Министерством связи, Министерством гражданской авиации, Министерством морского флота, КГБ и другими ведомствами в месячный срок подготовить, согласовать и представить на утверждение в ВПК план-график работ по обеспечению обнаружения, спасения и эвакуации экипажей и кораблей 7К-Л1. Предварительные исходные данные выдает МОМ в двухнедельный срок.

…8. За исполнением решения установить личный контроль.

О ходе работ ежемесячно докладывать в комиссию Президиума Совета Министров СССР по военно-промышленным вопросам».

Звонил Г. А. Тюлин и передал: «Полета «Восхода-3» в мае не будет, работа переносится на середину июля. Дайте все необходимые распоряжения». Для меня уже было ясно, что Смирнов сорвет полет «Восхода-3». Остается только надеяться, что корабли 7К-ОК, 7К-Л1 и 7К-Л3 будут летать лучше и чаще «Востоков» и «Восходов». Работать без такой надежды невозможно.

20 мая.

Сегодня хоронили Н. Ф. Гритчина. Я вместе с ним работал около трех лет в ДОСААФ — это был честный и добросовестный работник.

Вчера поставил в известность генерала С. Ф. Ушакова (Брайко ушел в отпуск, и Ушаков остался за начальника Главного штаба ВВС) о решении ВПК от 27 апреля 1966 года по облету Луны в 1967 году. Я обратил внимание Ушакова на большую ответственность Главного штаба за поиск возвращающихся после облета Луны кораблей. Пока ВВС неспособны обеспечить надежный поиск космических кораблей на суше и в акваториях всей нашей планеты. Даже поиск на территории СССР отработан недостаточно хорошо. Генерал Кутасин за 6 лет почти ничего не сделал для усовершенствования средств поиска. Предстоит большая и очень трудная работа по созданию надежных средств поиска, а времени на эту работу у нас осталось менее года. За год надо наверстать то, чего не сделали за шесть лет. Надо оборудовать пеленгаторами морские корабли и самолеты, разработать систему взаимодействия авиации с морскими средствами поиска, создать телеуправляемые лодки, сбрасываемые с самолетов, и заказать, испытать и освоить много другой, более современной поисковой техники.

23 мая.

В субботу был в ЦПК. В связи с переносом полета «Восхода-3» на июль я решил отпустить Волынова, Шонина, Берегового и Шаталова в отпуск до 1 июля. Дал команду генералу Бабийчуку обеспечить отдых космонавтов с женами и детьми в санатории «Чемитоквадже». Разрешил Кузнецову и всем летавшим космонавтам лечь на обследование в авиационный госпиталь. Рекомендовал отправить в отпуск в июне как можно больше офицеров из постоянного состава ЦПК.

Только что позвонила Муся и сказала, что врачи решили ее выписать. Она просила приехать за ней к 16 часам. Итак, лечение Муси закончено, все страхи и волнения за ее здоровье уже позади. Но ей нужно будет еще несколько месяцев строго выдерживать режим; дома это сделать довольно трудно, без моей помощи здесь не обойтись, поэтому сегодня я договорился с Главкомом о том, что с 1 июня пойду в отпуск.

25 мая.

Сегодня говорил с Тюлиным и Казаковым. Оба они — должники перед ВВС: решением ВПК от 27 апреля 1966 года МОМ и МАП обязывались в двухнедельный срок подготовить план-график постройки тренажера «7К-Л1», в тот же срок МОМ должно было дать исходные данные для создания средств поиска спускаемых аппаратов кораблей. Я пригрозил обоим, что мы напишем жалобу в ВПК. Тюлин и Казаков обещали до 28 мая ликвидировать задолженность.

Муся уже третий день на даче. Постепенно она набирает силы, температура у нее нормальная, но до полного выздоровления еще далеко.

Купил сегодня три покрышки с камерами для Левиной «Волги». Позавчера, когда мы с Мусей ехали на дачу на его машине, в Домодедове мне пришлось менять колесо. Три покрышки, работающие на этой машине с 1959 года, пришли в очень плачевное состояние. Муся просила меня подарить Леве три новых колеса ко дню его рождения (21 июля). Я выполнил эту просьбу почти на два месяца раньше. За три комплекта пришлось уплатить 250 рублей. Автомобили, запчасти и резина очень дороги. Эксплуатация двух автомобилей обходится нам не менее 2000 рублей в год.