Андрей Куза - Рыбный промысел в Древней Руси

Ознакомительный фрагмент

С другой стороны, следует помнить, что об экономике многих территорий Древней Руси у нас нет почти никаких свидетельств – ни письменных, ни археологических. В самом выгодном положении находятся Новгород и Новгородская земля. Исследователь располагает здесь целым комплексом первоклассных источников. Поэтому в данной работе этой обширной области русского государства уделено много внимания. Социально-экономические процессы, охватившие Новгород со всеми его владениями в изучаемый период, являются как бы эталоном, в сравнении с которым познаются аналогичные явления в других частях древнерусской земли.

Думается, что выводы в нашей работе подкреплены достаточным историческим материалом, хотя и не всё в них является бесспорным. Некоторые вопросы остаются открытыми и решены лишь в плане научной гипотезы. Археологические раскопки, возможно, внесут в дальнейшем по ряду разделов существенные коррективы. На появление же новых, обильных письменных источников вряд ли приходится рассчитывать.

Глава II. Рыболовство в хозяйстве восточных славян накануне образования Древнерусского государства

Природные условия, водоемы и ихтиофауна Восточной Европы

Территория расселения восточных славян раскинулась от Ладожского озера до причерноморских степей и от Карпатских гор до берегов верхней Волги. Ее ядро, сгруппировавшееся вдоль Днепровской водной системы, занимало лесостепную и лесную ландшафтные зоны с умеренным климатом, континентальность которого усиливалась в направлении с северо-запада на юго-восток. Все эти земли орошались множеством больших и малых рек, были усеяны озерами, болотами, старицами. Равнинный пейзаж местами нарушали гряды холмов и возвышенностей – следы былой циклопической деятельности ледника. Повсюду шумели вековые леса. На севере сосновые боры, перемежавшиеся в низинах мхами и ельниками, постепенно переходили в смешанный лес, расцвеченный осиной и березами. Чем дальше на юг, тем чаще расступались деревья, открывая взору просторные поляны. Всё реже попадалась ель, сосна взбиралась на песчаные дюны и увалы. Еще немного – и, оторвавшись от дремучей чащи, шагнули в степь веселые дубравы. Везде водились в изобилии дикие звери, гнездились птицы, и пчёлы трудолюбиво собирали мед. Плодородные почвы и заливные луга на юге, девственные леса и озерные плесы на севере стали полем жизни и деятельности восточнославянских племен. Здесь они основали свои поселения, расчистили пашни, построили города. Здесь поднялась и окрепла, впитав живительные соки родной земли, могучая Киевская держава. И в древности русские люди хорошо понимали, какой щедрой, воистину благодатной по части природных ресурсов была их родина. Недаром безымянный поэт XIII в. с любовью и жаром писал:

«О светло-светлаяИ украсно украшеннаяЗемля Русская!Всего еси исполнена тыИ многими красотами удивление еси!»

Примечательную особенность края составляло обилие больших и малых водоемов. Даже при беглом взгляде на картину Восточной Европы бросается в глаза окутывающая ее голубая паутина бесчисленных рек, речек, ручьев, проток и озер. Большинство из них принадлежит бассейнам трех морей: Чёрного, Каспийского и Балтийского. Реки, впадающие в Ледовитый океан, были освоены славянами позже. Впрочем, Северная Двина, например к XVI в. превратилась в оживленную торговую магистраль. А за несколько столетий до этого отряды новгородских данщиков пробирались далеко на северо-восток к берегам Печоры и отрогам Уральских гор.

Реки и озёра всегда пользовались вниманием составителей летописных сводов. Уже на первых страницах «Повести временных лет», в ее вводной части – «Откуда есть пошла Русская земля», перечислены основные из древнерусских водных систем. Особо выделены Днепр, Волга и Западная Двина, бравшие начало из знаменитого Оковского леса и соединявшие Русь с другими странами. В рассказе об известном пути «из варяг в греки» поименованы также Ловать, Ильмень, Волхов, Ладожское озеро и Нева. В отрывках, повествующих о расселении славян, упомянуты реки: Дунай, Днестр, Буг, Сула, Сейм, Десна, Сож, Припять, Полота, Ока; озёра: Ростовское, Клещино, Белоозеро. Конечно, все они интересовали летописца в первую очередь как точные географические ориентиры, постоянные пути сообщения, удобные в условиях средневековья, дороги торговли и войны. Но бесспорно и другое: именно в речных долинах и кругом озер расположены большинство из известных нам древнерусских поселений. Крупные города и еле заметные селения в 2–3 двора, как правило, строились около воды. По-видимому, здесь исстари было меньше лесных массивов; эти земли реже подвергались заболачиванию, а их аллювиальные почвы были более пригодны для земледелия. Кроме всего прочего, близкое соседство водоемов обеспечивало окрестное население дополнительными источниками пропитания – рыбой и водоплавающей птицей. Этот факт также имел немаловажное значение. Недаром уже в XIV–XV вв. мы наблюдаем, по словам исследователя экономического положения Северо-Восточной Руси А. Д. Горского, «чрезвычайно скрупулезное, даже можно сказать, мелочное распределение рыболовных угодий и времени рыбной ловли в этих угодиях между различными владельцами, особенно в центральных районах»[106]. Зафиксировавший эту картину актовый материал, несомненно, свидетельствует о том, что рыба и продукты ее переработки постоянно использовались в пищу, были одним из распространенных и любимых кушаний. Следовательно, рыболовство входило в число важных отраслей экономики, производившей съестные припасы.

Предпосылкой для широкого развития добычи рыбы в Восточной Европе служило отмеченное выше наличие многочисленных водоемов, густонаселенных разнообразной ихтиофауной. Трудно перечислить все виды рыб, водившихся в русских озерах и реках. Первое место среди них по своим высоким вкусовым качествам занимали осетровые и лососевые, называвшиеся в древности «красной» рыбой. Воды Каспийского моря и Волги с протоками, особенно в ее низовьях, являлись основным районом обитания и ловли осетровых. Но и в других реках, например в Дону и Днепре, осетры не представляли исключения. Особый вид осетра – балтийский (немецкий) – входил для икрометания в реки системы Балтийского моря. Лососевые рыбы, в том числе и самая ценная из них – семга, – в большинстве своем встречались в водоемах, принадлежавших бассейнам Балтийского моря и Ледовитого океана. Прочие рыбы, часто именуемые в древних источниках «рыба белая», водились повсеместно. Многочисленные карповые – сазаны, лещи, язи, жерехи, голавли, плотва, густера, ельцы, а вместе с ними и щуки, судаки, окуни, сомы, налимы и всякая рыбья мелочь составляли главное население больших и малых рек, озер и ручьев. Даже пруды и торфяные болота не оставались пустынными: в стоячей илистой воде хорошо уживались лини и караси.

Несмотря на активное и длительное воздействие человека на живую природу, Европейская Россия и в наши дни занимает одно из первых мест в мире по богатству и разнообразию своей ихтиофауны. Можно лишь догадываться, сколь обильна она была несколько столетий назад. Сплошная вырубка лесов и сплав бревен, судоходство, сброс промышленных вод и интенсивный лов значительно сократили численность рыбьего стада.

Промысловый лов базируется прежде всего на добыче проходных и полупроходных видов рыб (к ним, в частности, относятся большинство осетровых и многие из лососевых), входящих из морей и озер в реки для метания икры. Люди издревле пользовались этим всеобщим законом природы. Именно в периоды нереста (икрометания), когда рыбы собираются в огромные стаи, подходят близко к берегу, их легче всего выловить. Поэтому и массовый промысел всегда приурочивался к этим срокам, заметно варьирующим в зависимости от местных условий. Но время икрометания удобно для ловли не только проходных рыб, но и туводных, т. е. никогда не покидающих своего водоема. Эти рыбы также скапливаются для метания икры в определенных местах. Здесь они и становятся сравнительно легкой добычей рыбаков. Надо заметить, что периоды нереста у разных рыб весьма различны. Некоторые мечут икру сразу после ледохода, другие – спустя один-два месяца. Часть рыб входит в реки летом и осенью, чтобы лишь следующей весной воспроизвести потомство. Иные осенью, наоборот, скатываются обратно в моря и озёра. Третьи мечут икру зимой. Наконец, такие рыбы, как лещ, сазан, сом, зимой бывают малоподвижны и кучно держатся в глубоких ямах, где их и ловят из-подо льда. Словом, успешный лов практически возможен почти круглый год. Лишь июнь – июль вошли в поговорку как безрадостные для рыболовов месяцы. Конечно, наиболее оптимальные сроки рыболовства зависели в каждом конкретном случае от местных особенностей: типа водоема, характера его ихтиофауны, климатических условий и т. д. Чаще всего главный лов происходил весной, иногда осенью, а в некоторых озерах (например, в Ильмене) и зимой.