История войны 1814 года во Франции - Модест Иванович Богданович

легкую дивизию Кренневиля, развернул пять кавалерийских полков на равнине у Торвилье (Torvilliers), но не успел удержать превосходную в силах кавалерию Келлермана, которая, опрокинув австрийцев, захватила четыре орудия. Несколько батальонов, с двумя батареями, поставленные на позиции за речкой Торвилье, и кирасиры Ностица прикрыли отступление арьергарда. Вслед за тем неприятельские войска подошли к Труа с нескольких сторон. Генерал Пире потребовал сдачи города и, получив от Фолькмана решительный отказ, угрожал штурмом, которого, однако же, не предпринял, вероятно, из сострадания к жителям. Между тем Гиулай, стоявший с своим 3-м корпусом и с другими австрийскими войсками на левой стороне Сены, к югу от города, не отваживаясь оставаться долее в виду неприятеля, отошел под прикрытием пехоты Морица Лихтенштейна и кирасирской дивизии Клебельсберга в шахматном порядке к теснине у Мезон-Бланш и далее к Клерей (Clerey), где и переправился через Сену; за ним последовали кирасиры Ностица и легкие войска Лихтенштейна, которые в ночи расположились по обе стороны Сены15. Вечером, около 10 часов, Наполеон приказал поставить батарею в шестидесяти шагах от крайних домов Труа и открыл сильную канонаду, в продолжение коей французы три раза штурмовали город, но каждый раз были отражены храбрым полком эрцгерцога Рудольфа. За тем наступила совершенная тишина, а на следующий день, 12-го (24-го), в 6 часов утра, когда уже отступила на правую сторону Сены армия со всеми обозами, генерал Фолькман очистил Труа и отошел к Сен-Парр (St. Parre), к стоявшему там 5-му корпусу Вреде.

В продолжение предшествовавшей ночи войска Главной армии отошли по указанным направлениям: 6-й корпус графа Витгенштейна к Пиней; арьергард графа Палена, усиленный 23-м и 24-м егерскими полками под начальством генерал-майора Властова, остался у Вилласерфа (Villaçerf), уничтожив переправы на Сене; российско-прусские резервы отступили к Вандевру; австрийские резервы и 4-й корпус кронпринца Виртембергского расположились в ночи между Люзиньи и Вандевром; 1-й корпус Бианки и 3-й Гиулая под прикрытием 2-й легкой дивизии Морица Лихтенштейна двинулись по дороге к Бар-сюр-Сен16.

Неудачное дело под Труа побудило князя Шварценберга ускорить отступление армии и до того усилило его опасения, что он, как бы раскаясь в согласии своем на движение Блюхера к Марне, послал ему словесное приглашение идти чрез Арси к Лемону и примкнуть к Главной армии, но Блюхер узнал о том уже тогда, когда, отойдя на значительное расстояние от Обе, лишился возможности исполнить новое распоряжение князя Шварценберга17.

По очищении союзниками Труа Главная армия продолжала отступать, как выше сказано, 12-го (24-го) февраля тремя колоннами: к Диенвилю, Вандевру и Бар-сюр-Сен. Отряд генерал-лейтенанта графа Палена, не будучи вовсе преследован неприятелем, отошел к Пиней. Граф Вреде с своим корпусом тоже спокойно отступил за Барсу, где назначено было ему остановиться и занять позицию между Люзиньи и Вандевром, чтобы дать время обозам пройти чрез мост у Монтье-Амей (Monstier-Amey). Против этой позиции, у гильотьерского моста, постепенно собрались: кавалерия гвардейская и Сен-Жермена и корпусы Жерара, Удино и Нея. В четвертом часу пополудни, когда весь обоз и пехота графа Вреде уже миновали теснину у Монтье, войска Фримона, остававшиеся в арьергарде, были атакованы кавалерией Нансути и отступили к Монтье, где французы, встреченные картечью нескольких орудий стоявших за мостом, остановились, что дало Фримону возможность отойти в сумерки спокойно к Вандевру и присоединиться к главным силам корпуса. 4-й корпус кронпринца также расположился у Вандевра и был усилен пятью пехотными полками виртембергского ландвера, в числе 5 600 человек, прибывшими с Рейна. Российско-прусские резервы, сделав усиленный переход, встали на ночлег у Бар-сюр-Об. Дивизия Морица Лихтенштейна, отступавшая в арьергарде 3-го корпуса Гиулая по дороге к Бар-сюр-Сен, была преследована Макдональдом с его корпусом и с кавалерией Келлермана и Мильго. Три егерские роты и шесть эскадронов в хвосте арьергарда были опрокинуты у Вод (Vaudes) и одна из рот отрезана; князь Лихтенштейн занял позицию у Вирей (Virey), но не мог остановить несравненно сильнейшего неприятеля; вообще же австрийцы потеряли более тысячи человек, в числе коих 788 пленными. Вечером войска Гиулая, Бианки и Лихтенштейна собрались на покрытых виноградниками высотах у Бар-сюр-Сен18.

В тот же день, 12-го (24-го), в 11 часов утра, Наполеон с первой дивизией своей гвардии вступил торжественно в Труа; жители города сопровождали его шествие громкими восклицаниями, но эти изъявления сочувствия были вызваны не столько преданностью к Наполеону, сколько притеснениями австрийских войск, занимавших Труа более двух недель. В то время, когда большинство граждан шумно выражало свою радость, роялисты, участвовавшие в депутации императору Александру, были волнуемы страхом, но опасения их оказались напрасны. Только двое из них, бывшие главными виновниками адреса в пользу Бурбонов, маркиз Видранж и кавалер Гуо, подверглись мщению Наполеона, который приказал нарядить для суда над ними особую комиссию. Видранжу, находившемуся тогда при графе д’Артуа, удалось избегнуть ожидавшей его кары; а Гуо, человек уже преклонных лет, оставшись в городе, был арестован и приговорен к смерти; прочие же граждане, подписавшие адрес, были забыты, и только лишь хозяин дома, в котором находилась квартира императора Александра, был осыпан упреками и принужден отдать в пользу благотворительных заведений драгоценный перстень, пожалованный ему российским монархом. Наполеон, желая предупредить покушения в пользу королевской династии, объявил, что всякий француз, который наденет кокарду либо знаки отличия, недозволенные законом, или вступит на службу к неприятелю, подвергнется смертной казни19.

В тот же день отправился один из наполеоновых адъютантов, граф Флаго (Flahaut), в Люзиньи, селение в 12 верстах от Труа, для переговоров о перемирии. В инструкции, ему данной, было предписано отклонять всякое прекращение действий, пока союзники не согласятся открыть переговоры о мире на основании франкфуртских условий и провести между воюющими армиями демаркационную линию так, чтобы Майнц и Антверпен остались за французами20. Со стороны же союзников были назначены для совещания о перемирии: генерал-адъютант граф Шувалов, австрийский генерал Дука и прусский фон Раух. Император Александр изъявил свое согласие на открытие этих переговоров с условием, чтобы в продолжение перемирия проходы чрез Вогезские горы оставались в руках союзников и чтобы демаркационная линия была проведена по Обе либо, по крайней мере, от Лангрского плато по Марне до Шалона, далее – по Веле до впадения ее в Эну и по Эне до слияния этой реки с Уазой21. Очевидно, что при таких требованиях ни император Александр, ни Наполеон не надеялись на заключение перемирия; оба они подчиняли политические соображения успеху военных действий: меч долженствовал решить судьбу Европы.

По занятии Труа Наполеон мог преследовать всеми силами князя Шварценберга и принудить его к решительному бою либо