Книга величиной в жизнь. Связка историко-философических очерков - Владимир Анатольевич Ткаченко-Гильдебрандт

на белье окропленном алоэ, как это было на саване Иисуса. Они этого достигли, и заключение их опытов говорит о том, что под воздействием крови и пота белье медленно буреет, придавая, как и Святая Плащаница, вид негативной фотографии тому, что было в нем завернуто.

Но более поразительная констатация, полученная в ходе этих опытов, заключается в том, что продолжительность химической реакции такова, что она должна длиться, по крайней мере, два дня и вряд ли больше трех, чтобы образ оставался зримым.

Подтверждение посредством химии XX-го столетия текста Евангелий, устанавливающего на третий день воскресение Христа.

Конференция господина Жерара Кордоннье оказалась богатой и на другие подробности. Кстати, напоминаем, что Святая Плащаница устанавливает, что рост Христа составлял 1 метр 80 сантиметров.

Параллельное исследование, предпринятое в последнее время Жераром Кордоннье под воздействием инфракрасных лучей, показывает пятна крови, соответствующие таковым на Святой Плащанице и отмечающие анатомическое местоположение ран бичевания, остававшихся кровоточивыми под тяжестью креста.

И на этих научных и точных данных господин Жерар Кордоннье построил потрясающую сверхчеловеческую драму, обагрившую кровью Иерусалим тысячу девятьсот лет назад“.

Итак, представляется, что новые труды впредь только смогут подтвердить точность и верное подобие не чудотворного, но целиком естественного артефакта, образа, носимого на Туринской Плащанице, лика самой великолепной красоты и, несмотря на тягчайшие муки ряда чудовищных истязаний, выражающего несравненные ясность и величие.

Христианская иконография и не могла желать более значимой победы» (Rayonnement Intellectuel, 10e année, № 9 et 10, septembre-octobre 1934, pp. 177–180).

Лев из колена Иудина — Менелик, царь Шавы

Христос — лев из колена Иудина. Древний герб Эфиопии

Мы привели подробное цитирование статьи Шарбонно-Лассэ, поскольку, на наш взгляд, первая глава его пропавшей рукописи могла посвящаться именно Туринской Плащанице, по сути, являющейся, наряду с нешвенным Хитоном Христовым, нерукотворным, но явным и материализованным выражением печати Signaculum Domini. Сам посыл, идущий от Святой Плащаницы, ее сопряжение с произведениями христианского искусства последующих столетий, как нам представляется, не могли остаться незамеченными выдающимся христианским символистом; а потому представляется, по крайней мере, нелогичным отсутствие в реконструированном тексте отдельной части, повествующей как о Туринской Плащанице, так и о нешвенном Хитоне Христовом, запечатлевших на себе следы всех больших и малых ран Господних. Думается, что в будущем издании Вульнерария Христа французским исследователям, работавшим в архиве Луи Шарбонно-Лассэ, удастся устранить эту лакуну, в том числе благодаря открытию новых данных. Согласимся, что Шарбонно-Лассэ, совершенно сведущий в тонкостях христианского символизма и иконографии, никак не мог пройти мимо этой проблемы, тем паче, что оба нерукотворных артефакта не только прообразы, но и сами носители печати Signaculum Domini. И в этой связи в отношении Пяти Ран Господних Туринская Плащаница является первым геральдическим щитом, первым личным гербом Царя царей, Господа земных и небесных господств Христа Спасителя, гербом, аллегорически выражаемом в Иерусалимском кресте или кресте Ордена Гроба Господня.

В следующей своей статье обозрения Интеллектуального Излучения за январь-февраль 1935 года Луи Шарбонно-Лассэ дает высокую и похвальную оценку другой научной публикации — произведению доктора Барбе (Barbet) (1884–1961), хирурга госпиталя Святого Иосифа о Пяти Ранах Христа в соответствии со Святой Туринской Плащаницей. В ней Шарбонно-Лассэ, в частности, констатирует:

Императорский герб Эфиопии при Хайле Селассие (1892–1975)

«В сборнике Интеллектуального Излучения за сентябрь [1934 года] я призвал в свидетельство Туринскую Плащаницу относительно черт лица Иисуса, как к документу, на котором автоматически запечатлелся естественным путем физико-химического феномена удивительный и верный лик изображения Спасителя.

С тех пор замечательный доктор Пьер Барбе, хирург Госпиталя Святого Иосифа в Париже, опубликовал в отношении Туринской Плащаницы очень толковое и четко обоснованное анатомическое исследование, не оставляющее места ни для какого возражения научного порядка. Невозможно было читать этот светлый и ученый труд без напряженной эмоции; в частности, две последние главы, посвященные „Ране Сердца“ и „Цвету Ран на саване“ представляются особенно патетическими.

Рана божественного бока нас интересует в этом Обозрении еще больше, чем четыре других главных раны, и вот как Доктор Барбе начинает ее касающуюся главу:

СЕРДЕЧНАЯ РАНА: „Я говорю сердечная рана, но не боковая рана, поскольку всякое предание ее удостоверяет таковой, и что мне подтвердил эксперимент. Удар копья, нанесенный в правый бок, достиг сердца, пробив перикард“.

И доктор Барбе вспоминает евангельский фрагмент, в котором Святой Иоанн свидетельствует об этом, говоря о солдатах: „Но, придя к Иисусу, как увидели Его уже умершим, не перебили у Него голеней, но один из воинов копьем пронзил Ему ребра, и тотчас истекла кровь и вода“ (От Иоанна Святое Благовествование, Глава 19, стих 33, 34).

Приводя детально образ Туринской Плащаницы, автор ее показывает в совершенном соответствии с евангельским текстом, для чего он полностью излагает радиографические эксперименты над живыми телами и препарирование свежих трупов, им практиковавшееся для получения убеждения. Они его определенно привели к тому, что когда Иисус был ранен в правый бок, то наконечник копья последовательно рассек плевру и легкое и встретил сердце, совершив внутренний проникающий удар глубиной восемь сантиметров.

Обратившись вспять, копье заставило течь изнутри раны сначала перикардиальную жидкость, обильную в случае насильственной смерти и имеющую вид воды, а затем кровь. Поскольку это правый желудочек сердца, продолжающийся вверх благодаря полой верхней вене и вниз благодаря полой нижней вене, но не левый желудочек, сохраняющий жидкую кровь в свежем трупе. Значит, если бы удар не был нанесен очень точно, где нам его показывает Плащаница, то из бока распятого не изошла бы сначала Вода, а затем Кровь.

В последней главе доктор Барбе нам рассказывает об эмоции, испытанной им при исследовании открытой плащаницы: на ней образ всего тела записан коричневым цветом, производимым аммиачными плотскими эманациями на саване, пропитанном соком алоэ; тогда как раны ног, рук и сердца представляются в красном оттенке, являясь в глазах хирурга кровью; не чем иным, как настоящей кровью.

Вот почему на фотографических клише плащаницы пять главных ран и некоторые раны головы предстают позитивными, тогда как все остальное — негативное.

И эта кровь, пребывающая запечатленной на ткани — сама Кровь Христа!..

И я прошу прощения, если плохо обобщаю завершение удивительного произведения доктора Барбе; но оно настолько исключительной важности для изучения истории культа искупительных Ран, что Президент Излучения должен настоятельно обязать членов Общества и читателей Бюллетеня обзавестись сим столь вразумляющим и горячо интересным трудом» (Le Rayonnement Intellectuel, 11e année, № 1 et 2, janvier-février 1935, p.