Николай Каманин - Скрытый космос. Книга 4. (1969-1978)

Итак, теперь уже два наших беспилотных корабля («Зонд-6» и «Зонд-7») и одна автоматическая станция вернулись из района Луны со второй космической скоростью и с большой точностью приземлились на территории СССР. Казалось бы, этот положительный опыт позволяет начисто отвергнуть вариант с приводнением в Индийском океане, осуществленный нами всего один раз при возвращении «Зонда-5». Но вопреки здравому смыслу Мишин продолжает упорно настаивать именно на таком варианте посадки кораблей типа Л-3. В наших условиях приводнение в океане неизмеримо опаснее посадки на сушу. Все наши корабли, кроме трех, садились на сушу, они имеют неважную остойчивость, не позволяющую им удерживаться на плаву при волнении моря более трех-четырех баллов. Кроме того, нам придется практически заново создавать морские средства поиска и спасения, на что потребуется много денег и времени. Американцы чувствуют себя на морях и океанах как дома: они имеют мощные авианосцы, в их распоряжении множество морских баз и глобальные средства связи. Американские космические капсулы и корабли, специально строившиеся с расчетом посадки в океане, приводнялись более трехсот раз. У нас нет такой большой практики обнаружения и спасения космических кораблей на море, но зато нами накоплен большой опыт поиска на суше, и было бы неразумно пренебрегать им.

25 сентября.

Докладывал П. С. Кутахову о своем отрицательном отношении к мишинской идее приводнения лунных кораблей в Индийском океане. Главком забыл, что я уже не раз высказывался против нее, и с упреком в голосе заявил: «А что же ты раньше ничего не говорил мне об этом? Вчера я уже завизировал морякам их документ»… Я выразил сожаление по поводу такого решения и добавил, что меня больше всего беспокоит недостаточная надежность поиска и спасения в океане космических экипажей. Кутахов на минуту задумался, а потом решительно произнес: «Я снимаю свою подпись под этим документом. Вызови, пожалуйста, контр-адмирала Борисова и объяви ему мое новое решение. Позвони в Генштаб генералу Тарану и объясни ему нашу позицию в этом вопросе». Я с удовольствием выполнил оба поручения Главкома. Но на этом дело не закончится, будет большая буря — Мишин и Горшков без боя не сдадутся.

Вчера «Луна-16» была доставлена в Москву. Все наши газеты пишут о новой большой победе в космосе, особо отмечая снайперский расчет на посадку и отличную организацию поиска станции. Итальянские, французские, японские, американские и другие специалисты дают высокую оценку эксперименту и единодушны во мнении, что полет «Луны-16» открывает широкие возможности для более глубокого изучения планет и всей Солнечной системы.

Н. Ф. Кузнецов доложил об итогах летной работы полка имени Серегина с января по 25 сентября 1970 года. За 9 месяцев налет полка составил 4002 часа, из них: ночью — 900 часов; в сложных метеоусловиях — 1307 часов. Космонавты за этот период налетали 1987 часов.

28 сентября.

Ко мне приезжали сегодня Николаев и Севастьянов. Я объявил им решение ЦК КПСС об их поездке в США с 18 по 28 октября. Согласно решению ЦК космонавты отправятся в США без жен. При обсуждении этого вопроса в секретариате ЦК несколько человек высказались против поездки Терешковой в качестве только супруги Николаева. Терешкова является космонавтом и председателем Комитета советских женщин, ее неудобно посылать в США без персонального приглашения — примерно так был мотивирован отказ.

4 октября Николаев и Севастьянов полетят в Западную Германию вместе с большой группой ученых во главе с академиком Седовым Леонидом Ивановичем. Седов звонил мне, и мы договорились с ним по всем вопросам этой поездки.

Завтра в Швецию вылетает группа наших специалистов (Смирнов, Филекин, Ешанов, Лопатников) для ведения переговоров о закупке большой центрифуги (ЦФ-20) для НИИЦПК имени Гагарина. Сложная задача предстоит этим товарищам пришлось вызвать их и подробно проинструктировать.

30 сентября.

Позавчера в Каире умер от инфаркта президент ОАР Гамаль Абдель Насер признанный вождь арабских народов и большой друг нашей страны. Впервые я познакомился с Насером в Ташкенте в 1957 году, потом мы встречались несколько раз в Москве. Всего несколько дней назад я получил из Египта наградные грамоты для экипажа «Союза-9», подписанные Насером — президент наградил Николаева и Севастьянова орденами «Большое ожерелье Нила». На похороны президента ОАР вылетели Косыгин и Захаров. Мы много помогали арабам, смерть Насера может осложнить для нас обстановку на Ближнем Востоке.

Вчера с группой офицеров был в конструкторском бюро Бугайского и на заводе имени Хруничева. Осмотрели макет комплекса ДОС-7К. Строительство орбитальной станции идет полным ходом (завод работает в три смены), за год проделана работа, на которую обычно тратится два-три года. Почти готовы три экземпляра станции, предназначенные для наземных испытаний. Начата сборка двух летных экземпляров. Мы договорились с Бугайским о проведении в КБ занятий с космонавтами и о передаче макета и описания ДОС-7К в НИИЦПК до 20 октября. По графику, утвержденному Устиновым, комплексные испытания станции должны быть закончены к 10 декабря, выведение ДОС на орбиту и пуск корабля 7К с экипажем назначены соответственно на 5 и 15 февраля 1971 года. Уже наметились значительные отставания от графика, но при постоянном нажиме со стороны Устинова можно уложиться и в эти предельно сжатые сроки. Правда, чем сильнее нажим, тем больше вероятность ошибок и промахов.

3 октября.

Более десяти лет мы тесно сотрудничаем с Главным конструктором тренажеров Сергеем Григорьевичем Даревским. Начинал он с небольшого отдела в ЛИИ МАП, а сейчас его хозяйство оформилось в отдельное конструкторское бюро. Мы помогали Даревскому отделаться от мелочной опеки ЛИИ, построить служебные помещения и оформить штаты его КБ, поддерживали все его ходатайства в ЦК и Совет Министров. Вчера Даревский был у меня вместе с представителем ВПК И. П. Богдановым. Встреча была полезной — мы договорились по всем наиболее острым вопросам обеспечения подготовки космонавтов на тренажерах к полетам на «Союзах» и ДОС-7К.

Был у Главкома, доложил ему план мероприятий по выполнению решения ЦК и правительства о подготовке полетов ДОС-7К. Кутахов утвердил план и попросил напомнить ему состав группы из 12 космонавтов, которых мы готовим для полетов на станции. Узнав, что в эту группу входят Шаталов и Елисеев, Главком высказался против их участия в полете на ДОС-7К: «В первую очередь посылать в космос надо тех, кто еще не летал». Пришлось объяснять Главкому, что ЦК и правительство придают полету ДОС-7К № 1 особое значение (пуск первой в мире орбитальной станции должен состояться перед открытием 24-го съезда партии) и поэтому секретарь ЦК Устинов и Главный конструктор Мишин настаивают на подготовке к полету самых опытных космонавтов, уже имеющих практику стыковки. Кутахов внимательно выслушал меня и все же подтвердил свое мнение: «А вы настаивайте на полете других, ранее не летавших космонавтов»… Я понял всю бесполезность дальнейших объяснений. Главком не прав, и я не стану защищать его ошибочную позицию, хотя и предвижу, что это грозит мне многими неприятностями.

6 октября.

Вчера с 8 до 18 часов работал в ЦПК. С личным составом 4-го отдела 1-го управления занимался состоянием дел со «Спиралью».

Тема «Спираль» — это будущее космонавтики и авиации: взлет самолета-разгонщика с орбитальным самолетом с аэродрома, самостоятельный разгон орбитального самолета до космической скорости, полет по орбите, управляемый спуск и посадка по-самолетному на аэродром. По этой теме у нас более четырех лет работают Микоян, Дементьев (сын министра авиационной промышленности), Титов и десятки энтузиастов, но нам не удалось добиться постановления ЦК и правительства о финансировании работ по «Спирали». Многие руководители (Гречко, Захаров, Крылов и другие) не понимают значения этих работ, считая «Спираль» чистой фантазией, а маршал Кутахов пока еще не решается более энергично защищать интересы авиации и космонавтики.

Инженер-полковник Соколов-Соколенок, который после ухода Титова на учебу в академию Генерального штаба исполняет обязанности начальника отдела, подробно доложил о том, в каком состоянии находятся у нас исследования по теме «Спираль», а также об аналогичных исследованиях в США, проведенных в течение последних десяти лет. США усиливают внимание к этой проблеме и наращивают уже достигнутые успехи (сотни полетов на ракетоплане Х-15 и других экспериментальных летательных аппаратах на высотах более 90 километров со скоростью, превышающей 7000 километров в час), у нас же в работах по «Спирали» наблюдается полный застой. Для меня и ЦПК это сейчас не главная задача, но решать ее нужно, и чем скорее, тем лучше.

Провел совещание со всеми космонавтами и руководящим составом Центра. Говорили об итогах работы и задачах на 1971 год, о дисциплине, режиме космонавта и физической подготовке (приказал тренироваться всем офицерам к бегу 10 ноября на 5 километров, а космонавтам — на 10 километров). Говорили о состоянии городка и помещений (объявил выговор подполковнику Моисеенко за грязь в туалете на третьем этаже учебного корпуса). Сформулировали задачи Центра на конец 1970 года и на весь 1971 год: