Напрасная вражда. Очерки советско-израильских отношений 1948-1991 гг. - Татьяна Всеволодовна Носенко
Советская идеологическая машина, отлаженная на оценку любого инакомыслия как результата вражеских происков, приписывала все проявления еврейского национального самосознания исключительно давлению сионизма. Но получаемая извне целенаправленная информация ложилась на подготовленное протестное сознание, бунтовавшее против зашоренности и несвободы советского культурно-политического пространства. Советская власть, державшаяся на строгом соблюдении марксистско-ленинских идеологических канонов, не могла допустить их размывания националистической идеологией. Сионизму, несшему в себе угрозу расшатывания ценностных ориентаций социалистического общества и их подмену так называемыми буржуазными установками, был вынесен суровый приговор. Советские граждане, уличенные в тайных контактах с иностранцами, в распространении запрещенной литературы, обвинялись в антигосударственной деятельности, против них фабриковались дела о шпионаже, что влекло за собой суровые сроки заключения. Одним из наиболее известных «узников совести» был А. Щаранский, ставший впоследствии крупным израильским общественным и политическим деятелем. В 1978 г. он был осужден советским судом на тринадцать лет лишения свободы по ложному обвинению в действиях, причиняющих ущерб государственной безопасности. Только усилиями западной общественности, американской администрации и лично американских президентов — Дж. Картера и Р. Рейгана — Щаранский вышел на свободу в 1986 г. и эмигрировал в Израиль.
С 1970-х годов «еврейский вопрос» играл особую роль в советско-американских отношениях, что в первую очередь было связано с усилением позиций произраильского или, как его называли в советской публицистике, сионистского лобби в американской политике. Как уже было сказано выше, действия еврейского лобби, блокировавшегося с наиболее антикоммунистически настроенными силами в американском конгрессе, наносили большой ущерб политике разрядки между СССР и США. Свою роль в этом играл и Израиль. Помимо необходимости увеличения иммиграционного потока его политика исходила из того, что ослабление конфронтационных тенденций в отношениях двух сверхдержав может грозить снижением американской мотивированности для предоставления помощи ближневосточному партнеру, прежде всего в военной области. Руководство Израиля и его спецслужбы внесли свой вклад в продавливание в американском Конгрессе поправки Джексона-Вэника, которая исключала предоставление льготного статуса странам, ограничивавшим свободу эмиграции для своих граждан. По утверждению Я. Кедми, бывшего руководителя одной из израильских разведслужб «Натив», «этот законодательный акт был задуман, подготовлен и направлен работниками Натив»[437]. На многие годы эта поправка стала источником довольно злобных претензий советской стороны к «сионистским лоббистам», которых обвиняли в разжигании «холодной войны».
Борьба еврейских организаций за увеличение американской помощи Израилю для укрепления его обороноспособности в противостоянии с враждебными силами в арабском мире, нацеленными на его уничтожение, рассматривалась в СССР как борьба сионизма с национально-освободительными движениями, наносившая удар и по советским позициям на Ближнем Востоке. В публикациях по ближневосточной тематике и вопросам урегулирования арабоизраильского конфликта авторы, исходя из идеологических установок, подчеркивали агрессивный внешнеполитический курс Израиля по отношению к арабам. При этом многие советские газеты и информационные агентства имели своих корреспондентов в арабских странах, а в Израиле, естественно, их не было, поэтому советские журналисты и другие авторы получали одностороннюю информацию и смотрели на Израиль глазами арабов. Поддерживая арабские режимы, они обходили молчанием их угрозы в адрес Израиля.
Выше уже упоминалось о том, что на Западе, прежде всего в США, действовал ряд экстремистских еврейских группировок, среди которых особо выделялась «Лига защиты евреев». Их деятельность принимала различные насильственные формы от хулиганских выходок против советских граждан, попыток срыва культурных и спортивных мероприятий с участием советских представителей до настоящих террористических актов — поджогов, взрывов советских загранучреждений. Протесты такого рода не вызывали симпатий у многих американских евреев, даже придерживавшихся сионистских убеждений, и это было хорошо известно советским дипломатам, работавшим в Вашингтоне. Недаром в одной из телеграмм из посольства от 7 июля 1970 г. среди рекомендаций относительно борьбы с сионистским влиянием в США указывалось, что необходимо накапливать морально-политический потенциал в работе с умеренными силами еврейской общины[438].
Однако в арсенале советской идеологической пропаганды не было средств, чтобы разбираться в различных политических направлениях ни среди американских евреев, ни в самом Израиле. Советские критики сионизма утверждали, что попытки буржуазных исследователей характеризовать это идеологическое направление как совокупность разнородных и враждовавших друг с другом течений направлены лишь на то, чтобы усугубить путаницу в вопросе о том, что же на самом деле представляет из себя так называемое «сионистское движение»[439]. Попытки академических исследователей разъяснить неоднородность сионизма, показать различия, например, между идеологией социал-сионистов и сионистов-ревизионистов неизменно сталкивались с откровенными запретами идеологических инстанций как-либо освещать эти темы.
В советском антисионистском наступлении Израилю отводилась роль руководящей силы международного сионизма. Публицисты «первой волны» антисионистской пропаганды (конец 1960-х – 1970-е годы) особенно усердствовали в обличении Израиля как «гнездилища сионизма», как проекта для «обогащения толстосумов из международного сионистского концерна»[440]. Характерной особенностью литературы этого жанра стало грубое извращение исторических событий, подтасовка, а порой и просто фальсификация фактов, касающихся создания Израиля, его внутренней и внешней политики, искаженное представление причин и характера арабо-израильского конфликта. Наиболее одиозные авторы утверждали, что международный сионизм создавал еврейское государство, а так называемый сионистский капитал обеспечил его существование для того, чтобы превратить его в центр влияния на евреев, проживающих в других странах мира, и создать таким образом резерв штрейкбрехеров революционного движения и иной империалистической агентуры[441]. Читателя усиленно убеждали в том, что сионисты из соображений увеличения притока европейских евреев в Палестину не стремились предотвратить преследования евреев гитлеровским режимом. Трагедия европейского еврейства оставалась за скобками этих «исследований». О Холокосте, гитлеровской политике массового уничтожения евреев советские критики сионизма почти не упоминали. А ведь прошло совсем немного времени с тех пор, как А.А. Громыко с трибуны ООН в мае 1947 г. выдвигал в качестве аргумента в поддержку создания еврейского государства именно то трагическое обстоятельство, «что ни одно западноевропейское государство не оказалось в состоянии обеспечить защиту элементарных прав еврейского народа и оградить его от насилий со стороны фашистских палачей». Было бы несправедливо не считаться с этим и отрицать право еврейского народа на осуществление стремления к созданию своего государства, — говорил тогда советский представитель[442].
Эти заявления, а также неизменная поддержка СССР на протяжении всех последующих десятилетий права Израиля на существование говорят о том, что у советского руководства было адекватное
