Елена Яковлева - Польша против СССР 1939-1950 гг.

Пусть также выскажется и тот, кто сам не понаслышке и не из архивных документов знал партизанскую жизнь, русский писатель Константин Воробьев. Уж он-то не готовился к «Буре», а, бежав из немецкого плена, воевал в партизанском отряде, и именно в Литве. «Будничная изнанка партизанской жизни неприятна, даже отвратительна, — писал он. — Голод, чесотка, вши, отсутствие медикаментов и врачебной помощи, как-то объяснимые в этих условиях случаи грабежей и мародерства... Это никому не надо знать, потому что неинтересно. Хвастаться тут нечем». Кстати, практически о том же самом рассуждает и воевавший в тех же местах поляк: «...нельзя людей многие годы держать в подполье, оно деформирует, деморализует; нельзя держать людей в подполье 5, 8 лет, и не дай Боже, еще и в вооруженном подполье...»[130]

Вот она, чистая правда о войне, для тех, кто действительно в ней заинтересован, а не занимается словоблудием на тему исторической справедливости и общечеловеческих ценностей. Нельзя судить участников тех трагических событий по меркам сегодняшнего дня, а если кому уж очень хочется, пусть для начала попробует поставить себя на их место.

Граждане сопротивляются, или некоторые штрихи жизни и деятельности Делегатуры

Так как в Белоруссии и на Виленщине польское подполье по своим возможностям было наиболее сильным, имеющим существенную базу среди польского населения, составлявшего здесь значительную часть жителей, рассмотрим деятельность «гражданского подполья» на примере Делегатуры правительства в Виленском округе. Именно в Виленском округе ситуация складывалась наиболее показательно, поскольку там в 1941 г., после преобразования Службы победе Польши в СВЗ, во главе гражданских конспиративных структур, впоследствии Делегатуры, оказались военные, а в конечном итоге — с апреля 1941 г. — наш старый знакомый, полковник «Вильк».

В 1943 г. Делегатура и АК создали в Вильно Управление подпольной борьбы. В состав руководства этого подразделения опять же входил «Вильк», делегат правительства 3. Федрович (псевдоним «Альбин»), начальник штаба командования округа АК подполковник Л. Кшешовский (псевдоним «Людвик») и др. Задачей этого Управления было руководство как гражданской, так и военной деятельностью в необходимом направлении. На заседаниях руководства рассматривались, как правило, вопросы отношения АК с местным населением, с нацменьшинствами, с советскими партизанами и с оккупантом.

Кроме того, существовало бюро Делегата, занимавшееся текущими техническими и организационные вопросами, а также осуществлявшее руководство деятельностью так называемого подразделения легализации, в действительности специализирующегося на изготовлении фальшивых документов, отличавшихся очень высоким качеством. Позднее умельцам из этого подразделения с их «высококачественными» подделками придется противостоять уже НКВД, причем не всегда успешно.

Важное место в структуре Делегатуры, как мы уже упоминали, занимал отдел (департамент) безопасности. К задачам этого отдела в Вильно относилось следующее: политическая разведка (сбор и обработка информации о настроениях в обществе, о национальных меньшинствах и их отношении к польскому населению), взаимодействие с разведкой и другими структурами АК в области получения сведений военного характера, борьбы с информаторами и агентами гестапо, а также литовской «Saugumas» (полиции безопасности), передача данных о деятельности коммунистических структур, а также охрана Делегатуры. Кроме того, отдел безопасности должен был готовить кадры для послевоенной полиции (Государственный корпус безопасности). В рамках этого же отдела существовало также разведывательное подразделение, называвшееся следственным отделом и располагавшее многочисленной агентурной сетью. По польским источникам, в одном лишь Вильно информационно-разведывательная сеть включала в себя более 100 человек. Эта структура занималась активным сбором информации о коммунистическом и советском подполье.

Отдельно следует упомянуть деятельность так называемого Особого карательного суда, сформированного в 1943 г. В основном рассмотрением преступлений против Польши и поляков на оккупированной территории, в том числе и в Белоруссии и на Виленщине, занимались Особые военные суды, как структуры АК. Что касается Особого суда Делегатуры, то в его сферу попадали по большей части преступления, не относившиеся к категории тяжких.

Глава 6. Когда враг остается один

Героические черты характера польского народа не должны заставлять нас закрывать глаза на его безрассудство и неблагодарность, которые в течение ряда веков причиняли ему неизмеримые страдания.

Как известно, 1943 г. стал переломным на восточном фронте. Впрочем, гитлеровские «языковеды» предпочитали другую трактовку, называя сложившуюся к тому времени неблагоприятную для 3-го рейха военную обстановку «спрямлением линии фронта». Однако спрямление следовало за спрямлением, и фронт мало-помалу стал приближаться к Белоруссии и Украине. А это не устраивало не только немцев, но и поляков, ибо противоречило официальной теории Армии Крайовой, в соответствии с которой враг №1 и враг №2 должны были истечь кровью в борьбе друг с другом, тем самым освободив для польских патриотов авансцену истории. Вот только, на беду стратегов из АК, их расчеты не оправдались: вместо того чтобы корчиться в предсмертных судорогах, один из ненавистных им исполинов продолжал упорно сопротивляться, а другой неотвратимо наращивал силы и активизировал действия своих вооруженных формирований на оккупированных территориях. Что в конце концов и заставило «глубоко идейных» аковских подпольщиков посмотреть на свои прежние выкладки под новым углом зрения, явно противоречащим самозабвенно отстаиваемому польской стороной тезису об уникальности Польши, в которой-де не было своих квислингов и коллаборантов.

На самом деле понять апологетов польского «чуда» не так уж и трудно: кому бы не хотелось чувствовать себя единственным и неповторимым. Кроме того, незапятнанность сотрудничеством с оккупантами — беспроигрышный козырь, который можно эффектно вытаскивать из колоды по случаю славных юбилеев, чтобы восточные соседи с их мелкой картой в полной мере осознали свою ничтожность. Дескать, пока безупречная во всех смыслах Польша отчаянно сражалась с фашистами, ее сначала подло оккупировали в 1939 г., а потом не давали ее гордым сынам за демократию сражаться, норовя их вместо этого в окопы спровадить, а на тех что не хотели идти на запад вместе с кровожадной Красной армией, так и вовсе головорезов из НКВД насылали!!!

В действительности же, как только перед отцами-командирами из АК высветилась весьма нежеланная перспектива того, что освобождение от гитлеровцев придет с Востока, в Варшаве и в Лондоне настолько обеспокоились, что начали кампанию по привлечению внимания общественности на Западе к факту своего существования. В 1943 г. в «Информационном бюллетене» впервые появляется термин «Польское подпольное государство», а в западных изданиях — англоязычных польских и стран антигитлеровской коалиции — публикации, достаточно подробно описывающие структуру подпольной администрации во главе с вице-премьером эмигрантского правительства, так называемым делегатом правительства в стране, и деятельность подпольной армии.

Помимо этого, 16 ноября 1943 г. эмигрантское правительство в Лондоне направило всем правительствам союзников обращение с просьбой помочь в возобновлении советско-польских отношений и возобновлении обсуждения территориальных вопросов с учетом того, что получение Польшей территории Пруссии и Силезии не может считаться возмещением ущерба за Львов, Вильно и «восточные территории». Образно выражаясь, поляки начали понимать, что на восточных окраинах для них запахло жареным.

В создавшихся угрожающих условиях не дремала и немецкая администрация на оккупированных бывших польских «восточных окраинах», в отличие от своей верхушки достаточно хорошо осведомленная в раскладах действовавших на подотчетной территории «бандформирований». С 1943 г. немцами предпринимаются усилия к тому, чтобы, используя противостояние между структурами АК и Советами, по крайней мере нейтрализовать действия советских партизан, а заодно направить активность польских «партызантов» в нужное им русло. А там, глядишь, и войну в тылу Красной армии организовать, благо опыт у поляков по этой части уже имелся. В воспоминаниях очевидцев тех событий с польской стороны даже приводится совершенно курьезный факт: после стычки одного из польских отрядов в браславском округе АК с крупным советским партизанским отрядом полякам пришлось в спешном порядке удирать через небольшое местечко. «Драп» проходил мимо немецкого поста. Так немцы не только не атаковали бегущих мимо вооруженных поляков, но даже и козыряли им. Что и неудивительно: ситуация, когда поляки и Советы уничтожали друг друга, была гитлеровцам на руку.