Герман Смирнов - Рассказы об оружии

Однако ни для кого не составляло секрета, что в недалеком будущем понадобятся штурмовики другого типа — быстроходные бронированные машины с мощным пулеметно-бомбовым вооружением, способные действовать на поле боя с малых высот. В 1930–1934 годах советские конструкторы разработали несколько образцов тяжелых бронированных штурмовиков. Но совместить в гармоничной конструкции высокую по тем временам скорость (250 км/ч), мощное вооружение (8—10 пулеметов и бомбы) и бронирование кабины и двигателя оказалось не так-то просто.

Первые образцы строились по бипланной схеме. Они получились тяжелыми, долго разбегались при взлете, медленно набирали высоту. Двигатель, помещенный в угловатую, плохо обтекаемую броне-коробку, сильно грелся, в кабинах штурмовиков было поэтому очень жарко. Сделать бронекоробку обтекаемой тогда не удалось: даже сборка ее из плоских плит оказалась делом капризным и сложным.

Последний из экспериментальных штурмовиков — ТШ-3 — был уже монопланом. В 1934 году он успешно прошел испытания, однако к этому времени его скорость представлялась уже недостаточной для современной войны. Бои в Испании подтвердили справедливость такого заключения. Именно здесь впервые неплохо показали себя в качестве штурмовиков поликарповские истребители И-15 и И-16. Их боевая работа против мотомеханизированных колонн врага снова поставила на повестку дня создание быстроходного бронированного штурмовика, вооруженного не только пулеметами, но и пушками…

В январе 1938 года известный советский авиаконструктор С. Ильюшин обратился в правительство с письмом. «Задача создания бронированного штурмовика, — писал он, — исключительно трудна и сопряжена с большим техническим риском, но я с энтузиазмом и полной уверенностью в успехе берусь за это дело». Прежде чем написать свое письмо, Ильюшин внимательно ознакомился с работами предшественников и понял: они не достигли успеха потому, что навешивали броню на каркас самолета. А почему бы не включить броню в состав каркаса, не заставить ее работать наряду со шпангоутами, стрингерами и лонжеронами?

Но это легко сказать, да трудно сделать. Ведь бронекоробку, вмещавшую в себя мотор, кабину экипажа и важные системы машины, следовало в буквальном смысле слова ковать из стали. Ей — броне-коробке — следовало придать обтекаемую форму, для чего требовалось разработать технологию изготовления двояковыпуклой брони. Немаловажный вопрос — распределение толщины брони. Сутками на полигоне стреляли пулеметы, со всех сторон осыпая бронекоробку градом пуль. И неожиданным результатом этой стрельбы оказался большой выигрыш в весе самолета.

Пристыковав к бронекоробке крыло и хвостовую часть, которые из экономии дефицитного металла были сделаны из дерева и фанеры, Ильюшин получил БШ-2 — прототип будущего Ил-2. В бронекоробке конструкторы установили самый мощный из всех авиадвигателей, выпускавшихся тогда советской промышленностью, — АМ-35. Сконструированный А. Микулиным, мотор развивал 1350 л. с. и сообщал самолету на высоте 4500 м скорость 420 км/ч. Вооружение БШ-2 состояло из четырех пулеметов.

Хеншель Hs-129 — отчаянная и неудачная попытка немцев создать самолет, подобный советскому штурмовику Ил-2. Вооруженный 75-мм пушкой, этот самолет мог развивать скорость 400 км/ч. Запущенный в производство накануне Курской битвы, этот самолет не был доведен и не смог соперничать с прославленными илами.

В 1939 году начались испытания БШ-2, которые показали, какие неожиданные вещи случаются порой при оценке новой прогрессивной машины. Военные нашли, что скорость, дальность и бронирование ильюшинского штурмовика недостаточны. Они потребовали переделать самолет из двухместного в одноместный, убрав стрелка-радиста и пулемет, защищающий заднюю полусферу. За счет этого самолет должен был стать легче, должна была улучшиться его обтекаемость и повыситься скорость.

Новый одноместный вариант штурмовика был испытан летчиком В. Коккинаки осенью 1940 года и запущен в серию под названием Ил-2. За эту машину С. Ильюшину была присвоена Государственная премия II степени. Наступательное оружие новой машины было значительно усилено. Оно состояло из двух 23-мм пушек, двух 7,62-мм пулеметов, 400 кг бомб во внутреннем бомбоотсеке и восьми реактивных 82-мм снарядов, запускаемых с направляющих под крыльями. Но в результате всех изменений скорость серийного штурмовика снизилась до 400 км/ч. Это мешало летчикам правильно оценить высокие боевые качества ильюшинской машины.

В своей книге «С крыла на крыло» летчик-испытатель И. Шелест прекрасно передает то чувство неловкости, которое каждый раз охватывало его при виде Ил-2. Шелест был молод, ему хотелось блеснуть своим умением, а вместо этого он должен был испытывать на устойчивость и управляемость Ил-2, головную машину одного из авиазаводов. «На фоне опытных истребителей, — пишет летчик, — мой самолет выглядел не последней моделью — слишком громоздкий, неуклюжий, с толстым крылом, на солидных, широко расставленных ногах шасси, с заостренным, как головка снаряда, стальным носом— Кабина, забронированная толстым стеклом и сталью, выглядела горбатой… Очень обыкновенный самолет…»

Но опытные, дальновидные специалисты уже тогда понимали, что Ильюшин создал шедевр. Известный летчик и парашютист JI. Минов сказал удивленному Шелесту после осмотра Ил-2: «У нас его пока недооценивают, а зря, очень дельная штука… Быть в воздухе неуязвимым— это дело! К счастью, у немцев таких нет!» И действительно, у немцев не только у самих не было таких машин, но для них оказалось полной неожиданностью наличие бронированных штурмовиков у нас. Причем узнать об этом им пришлось самым неприятным образом…

Штурмовики С. Ильюшина фашистские вояки называли «черной смертью». И для этого у них были основания: хорошо бронированные и отлично вооруженные летающие танки Ильюшина были специально предназначены для нанесения ударов по любым наземным целям: танкам, артиллерии, дотам, блиндажам и т д. Начало этим машинам положил двухместный самолет ЦКБ-55, созданный ильюшинским коллективом в 1938 году. После испытаний этой машины в 1940 году появился одноместный ЦКБ-57, хорошо показавший себя в первые же месяцы войны. В 1942 году создается двухместный Ил-2, а в конце 1944 года в авиационные части начали поступать более мощные ильюшинские штурмовики Ил-10. Имея скорость 420–510 км/ч, «илы» несли 23-мм или 37-мм пушки, 12,7 мм пулеметы, 82-мм или 132-мм реактивные снаряды, бомбы. Ильюшинский штурмовик стал самым массовым самолетом в истории авиации: их было выпущено 41 129 (Ил-2 — 36 163, Ил-10 — 4966).

430-й штурмовой авиаполк, получивший новые штурмовики накануне войны, свой первый боевой вылет совершил 5 июля 1941 года. Командиру полка было приказано нанести удар по скоплению танков и автомашин на аэродроме Бешенковичи, что неподалеку от Орши. Девятка «илов» вышла к аэродрому на бреющем полете и появилась над летным полем неожиданно. Танки и броневики стояли рядом без всякой маскировки, дымились кухни, сновали там и сям солдаты. Зенитная артиллерия молчала: силуэты наших штурмовиков были еще неизвестны врагу…

Стокилограммовые фугасные бомбы замедленного действия покрыли летное поле аэродрома, застрекотали пушки и пулеметы, потом сошли с направляющих и устремились к земле реактивные 82-мм снаряды. Все на земле пришло в движение. Заполыхала техника, заухали взрывы, зенитки точно с цепи сорвались: все воздушное пространство было пронизано снарядами. И тем не менее все девять штурмовиков вернулись на базу, впервые продемонстрировав свою фантастическую живучесть: на некоторых машинах было больше двухсот пробоин. А спустя несколько дней на одном из участков фронта штурмовики 430-го авиаполка прижали к земле наступавшие фашистские войска и спасли от разгрома отступавшую с тяжелыми боями советскую стрелковую дивизию.

Первые же дни войны показали, что Ил-2 оказался самым лучшим и самым нужным для наземных войск самолетом. В апреле 1942 года постановлением Совнаркома С. Ильюшин был вторично удостоен Государственной премии за одну и ту же машину — Ил-2. И нужно сказать, самолет заслуживал двух премий. Осенью 1941 года, когда из-за эвакуации авиазаводов резко сократилось количество вводимых в строй самолетов, на восточные заводы легла особо большая нагрузка. Но эти заводы, получив задание выпускать «илы», медленно разворачивали производство штурмовика, продолжали по инерции выпускать ранее освоенный истребитель МиГ-3. На это Государственный Комитет Обороны реагировал телеграммой директорам этих заводов, могущей служить высшей аттестацией ильюшинских штурмовиков: «Самолеты Ил-2 нужны нашей Красной Армии теперь как воздух зпт как хлеб тчк Нам нужны не МиГи зпт а Ил-2 тчк».

Первые месяцы войны показали, как прав и дальновиден был Ильюшин в своей уверенности в перспективности бронированного штурмовика. Они показали также: он был прав и в том, что такой штурмовик должен быть двухместным, со стрелком-радистом, способным пулеметным огнем прикрывать заднюю полусферу своего самолета от атак вражеских истребителей. Летчики-испытатели, принявшие участие в первых боевых вылетах 430-го штурмового авиационного полка, не уставали твердить о необходимости возврата к двухместному варианту. Кое-где в боевых частях летчики и техники стали сами переделывать одноместные машины в двухместные. Яркое описание первого вылета на таком переделанном штурмовике дал в своих воспоминаниях Герой Советского Союза полковник А. Карпов: «С волнением поглядываю на техника, сидящего сзади с пулеметом в руках. А вот и «мессершмитты». Обнаружив штурмовиков, они сразу же идут в атаку. Техник, предупрежденный мною, зорко следит за ними, выжидает удобный момент. А фашист нагло подходит вплотную. И вдруг всегда молчавший хвост штурмовика оживает. Одна, вторая, третья очереди — виден вспыхнувший ярким пламенем «мессершмитт». Победа!»