Герман Смирнов - Рассказы об оружии

На Черном море в первые месяцы войны главной целью советских подводных лодок были морские перевозки вдоль западного побережья. Румыния была едва ли не главным нефтяным поставщиком фашистской Германии. Из Констанцы — основного порта вывоза — суда, груженные горючим, шли по Дунаю в Германию и по Черному морю и проливам в Северную Африку, где наступал на союзников экспедиционный корпус Роммеля. Вот на эти-то коммуникации в июле — августе 1941 года и вышли черноморские подлодки, значительную часть которых составляли «щуки». Одной из них довелось открыть боевой счет черноморских подводников в Великой Отечественной войне.

15 августа 1941 года Щ-211 в своем первом боевом походе атаковала два вражеских транспорта. Один из них затонул, а второй, уклоняясь от торпед, выбросился на берег. Во втором походе 29 сентября Щ-211 уничтожила один из пяти итальянских танкеров, применявшихся в перевозках румынской нефти.

Через месяц пошел на дно второй итальянский танкер, торпедированный другой «щукой» — Щ-214. Напуганные итальянцы отказались посылать свои танкеры на Черное море. И этот отказ, по свидетельству западногерманского военного историка Ю. Майстера, «имел для ведения войны на Средиземном море политические и военные последствия».

Борьбу на вражеских коммуникациях черноморские «щуки» вели на протяжении всей войны. В 1943 году подводники топили фашистские танкеры близ Босфора, а в 1944 году, когда немцы бежали морем с Северного Кавказа, из Крыма, из Одессы, подводникам добавилось работы — надо было топить вражеские войсковые транспорты. Война для черноморских подводников закончилась в 1944 году — раньше, чем для балтийских и североморских. Зато в 1941–1942 гг. им пришлось выполнять такие боевые задания, которые никогда не предусматривались для подводных лодок, а именно: эвакуировать мирных жителей и раненых; перевозить войска; доставлять горючее, продовольствие и боеприпасы, забрасывать в тыл к противнику диверсионные и разведывательные группы, обеспечивать высадку десантов, прорывать морскую блокаду.

Так, в декабре 1941 года Щ-201 получила задание разведать подходы к Феодосии, с тем чтобы во время дерзкой десантной операции выставить в заливе два невидимых с берега светящихся буя. Адмирал Н. Басистый, который вел корабли к Феодосии, в своих воспоминаниях писал: «Около трех часов ночи впереди по курсу замигал едва различимый огонек. Это работал выставленный подводниками светящийся буй…» Щ-201 задание выполнила.

С другим заданием блестяще справилась Щ-211. В августе 1941 года она, форсировав минные заграждения, скрытно приблизилась к болгарскому побережью и высадила группу болгарских коммунистов-подпольщиков.

Летом 1942 года, когда вражеская авиация сделала невозможным прорыв в Севастополь надводных кораблей, снабжение осажденной крепости и эвакуация ее были полностью возложены на подводные лодки. Работая на этих поистине огненных фарватерах, погибла Щ-214. Зато другая «щука» — Щ-209 — была последней лодкой, ушедшей из Севастополя. Приняв на борт командование Приморской армии, она выходила из бухты, когда фашисты уже ворвались на улицы города. Наконец, еще одно необычное задание довелось выполнить Щ-201, которая взяла «языка». 30 июля 1943 года, обнаружив в перископ неподалеку от маяка Тарханкут вражеский мотобот, лодка стремительно всплыла рядом с ним и пленила его экипаж, от которого были получены ценные разведданные. Командование высоко оценило действия черноморских «щук»: Щ-205 и Щ-215 стали гвардейскими, а Щ-209 и Щ-201 — краснознаменными.

В особенно тяжелых условиях пришлось действовать советским подводникам на Балтике. Белые ночи, малые глубины, тысячи всевозможных мин, господство фашистской авиации в воздухе, противолодочные сети, артобстрелы с береговых батарей — все это, казалось бы, исключало самую возможность действий подводных лодок. И тем не менее даже в эти тяжелейшие дни фашистам не удалось деморализовать советских подводников. 19 июля открывает счет балтийских подводников в Великой Отечественной войне С-11. Достигают боевых успехов лодки других типов. Но эти успехи были слабым утешением на фоне грозных событий 1941 года. Отступая вместе с армией, Балтийский флот к осени 1941 года лишился всех своих баз, кроме Кронштадта, и был блокирован в восточной части мелководного Финского залива. Выставив плотные минные заграждения, фашисты решили, что советские лодки заперты в ловушке, и стали пускать свои транспорты, везущие железную руду из Швеции, без всякого охранения. Из этого заблуждения немцев вывели, и притом самым неприятным для них образом, «щуки».

Если взглянуть на карту, нетрудно убедиться, что, прежде чем достигнуть вод Балтики, корабль, вышедший из Кронштадта, должен пересечь вытянувшийся с востока на запад Финский залив. А если учесть, что берега залива осенью 1941 года находились в руках противника, то начинаешь понимать, каким подвигом был один только выход лодки на заданные позиции. Даже во время перехода из Ленинграда в Кронштадт по нашим лодкам стреляла вражеская береговая артиллерия. Переходы в надводном положении были возможны только ночью, под охраной морских охотников и тральщиков. Днем лодки должны были отлеживаться на грунте. После острова Гогланд, лежащего на полпути, корабли сопровождения уходили назад, и вражеские минные заграждения и противолодочные барражи лодки должны были преодолевать в одиночку.

Проходя меридиан 24°, командиры лодок обязаны были дать условный сигнал в базу. Но получилось так, что от первых двух «щук»— Щ-319 и Щ-320, — вышедших в поход 20 сентября, сигналов не посту-пило. Их обеих сочли погибшими. Какова же была радость, когда 6 октября командир Щ-320 радировал о потоплении вражеского транспорта. Через четыре дня после получения этой радиограммы в поход вышла Щ-323. 13 октября в Балтике у острова Хиума она атаковала, хотя и безуспешно, фашистский крейсер «Кельн», а три дня спустя пустила на дно танкер водоизмещением 17 тыс. т. Затем Щ-323 потопила еще один танкер и транспорт и 10 ноября вернулась на базу.

Этот поход был высоко оценен командованием. Щ-323 была награждена орденом Красного Знамени. И не только за то, что уничтожила три транспорта, но и за то, что она, образно говоря, «прорубила окно в Балтику»; показала, что противолодочные заграждения фашистов преодолимы; заставила балтийских подводников тщательно готовиться к летней кампании 1942 года.

После войны стало известно о совещаниях, которые проводились немецким командованием зимой 1941/42 года. Финны, лучше знакомые с действиями балтийских подводников, чем немцы, утверждали, что минные заграждения и противолодочные барражи не удержат советские лодки в Финском заливе, что надо перегородить залив на всем протяжении сетями. Немцы пренебрегли этими советами и ограничились усилением минных заграждений.

15 июня 1942 года в западной части Финского залива взлетел в воздух фашистский транспорт с оружием. Так, Щ-304, которая первой форсировала вражеские противолодочные рубежи, начала летнюю кампанию. Стремясь не дать немцам ни минуты покоя, Военный совет флота разделил лодки на 3 эшелона, и в каждом из них «щуки» составляли больше половины. В летних походах 1942 года Щ-317 потопила пять транспортов, Щ-320 и Щ-406 — по три, Щ-307 и Щ-309— по одному. «Русские подводные лодки вызвали своими действиями на Балтийском море значительное беспокойство немцев», — вспоминал потом фашистский адмирал В. Маршалль. Докладывая Гитлеру о необходимости установки сетей, адмирал Редер говорил 22 декабря 1942 года: «Каждая подводная лодка, прорвавшая блокаду, представляет собой угрозу судоходству на всем Балтийском море».

На этот раз немцы не поскупились: весной 1943 года на линии Нарген-Порккалауддской позиции они поставили двойное сетевое заграждение, усилили минирование и корабельные дозоры. Щ-303, пытавшаяся форсировать эти заграждения, была вынуждена вернуться в базу. При попытке форсирования героически погибли Щ-406 и Щ-408. Подводные лодки Балтийского флота оказались запертыми в восточной части Финского залива.

Советские подводные лодки, удостоенные гвардейского звания и награждения орденом Красного Знамени.

Но осенью 1944 года, как только Финляндия вышла из войны, советские подлодки снова вырвались на просторы Балтики. Из десяти лодок, готовых к выходу в море, было пять «щук». Первая группа, состоявшая из трех «щук», достигла отличных результатов. Боевой счет 1944 года открыла Щ-407, потопившая два транспорта. Щ-310 уничтожила три транспорта, Щ-318 — один. Особенно большие потери фашистам нанесла Щ-307. Действуя в составе третьей группы, она пустила на дно четыре транспорта. Признанием боевых заслуг советских подводников в 1944 году звучат слова фашистского адмирала К. Деница: «Появление русских на Балтике… привело к тому, что… Швеция прекратила поставки железной руды».