Николай Каманин - Скрытый космос. Книга 2. (1964-1966)

Со вчерашнего дня оба экипажа корабля «Выход» проходят тренировки в барокамерах. На 8 февраля назначен «подъем» Беляева и Леонова на высоту 37 километров. После полетов на Ту-104 в условиях невесомости, тренировка в ТБК-60 и самая сложная, и наиболее необходимая. Большинство тренировок космонавтов, проводимых на земле и в воздухе, значительно тяжелее тех нагрузок, которые им придется испытать в космосе. Но мы обучаем космонавтов по суворовскому принципу: «Тяжело в ученье — легче в бою».

Сегодня у меня были писатель Рябчиков и работник Мосфильма Макаров. Я утвердил план киносъемок, согласно которому снимать будут в основном Беляева и Леонова. Мы задумали подготовить интересную кинокартину о полете корабля «Выход». Создать шестой по счету интересный фильм на космическую тему и избежать в нем повторений очень трудно. Многие трудности могли бы отпасть, если бы удалось подсократить число перестраховщиков, а их очень много. Есть указания Главкома, министра обороны и секретарей ЦК об ограничении допуска людей к космической тематике, и те же руководители требуют быстро создавать хорошие кинофильмы после каждого космического полета. Делать фильм после полета и трудно, и долго, а проводить съемки до полета — значит идти на риск нежелательных разглашений. Но другого выхода нет. Придется уже сейчас проводить съемки, все материалы сделать секретными, ограничить круг допускаемых к ним лиц, и только после полета определять, что из этих материалов можно показать широкой публике.

Звонил Тюлин, просил чтобы завтра на заседание Госкомиссии приехали только Руденко, я и один-два специалиста. Пришлось резко сократить список участников (я намеревался вызвать 17 человек).

6 февраля.

Провели первое заседание Госкомиссии по ходу подготовки полета «Восхода-2». Комиссия заслушала доклады Королева, Цыбина, Северина и других разработчиков систем. Принято решение признать подготовку кораблей и носителей, в основном, законченной и наметить пуск с манекенами на 14–16 февраля, а пуск с экипажем — на 25–27 февраля.

Я доложил Госкомиссии о полной готовности к предстоящему полету двух экипажей и авиационных средств поиска, отметив при этом, что надежность поиска «Восхода-2» меньше, чем «Зенитов» и «Востоков», из-за недостаточной отработки радиосистем кораблей серии «Восход». На «Востоках» в стренгах парашюта были установлены антенны КВ- и УКВ-станций (П-57), что давало возможность пеленговать корабль еще при спуске как наземными КВ-пеленгаторами («Круги»), так и самолетными средствами. На «Восходе» радиостанция П-57 не установлена, и пеленгация объекта на УКВ возможна только через 8-10 минут после посадки корабля. При этом в большинстве испытаний отстреливаемая антенна попадала под нижнюю полусферу спускаемого аппарата и не работала. Королева не устроило мое заявление о ненадежности средств поиска корабля и он произнес маловразумительную речь, пытаясь затушевать недостатки «Восхода»: «Нам, наверное, надо расти и не считать, что если было на корабле пять станций, а стало три, то от этого вся система стала менее надежной… Одна станция может быть надежнее пяти…» Забыл Королев только об одном: на «Восходе» установлены те же самые станции, что и на «Востоке», но их меньше и работают они в худших условиях.

Келдыш в своем выступлении высказал пожелание уточнить температурные, электростатические, радиационные и другие условия, в которых окажется космонавт при выходе в полный вакуум. Пожелание правильное, но президенту Академии наук нужно было бы подумать об этом месяцев на шесть раньше. Имеющиеся в нашем распоряжении данные не дают повода думать, что аппаратура и человек могут не справиться с работой за бортом космического корабля.

Звонил А. Н. Туполев. Старик вторично ходатайствовал за Бендерова. Я сказал Андрею Николаевичу, что в ближайшие годы людей старше 30 лет в космонавты брать не будем, а Бендерову уже почти сорок.

8 февраля.

Провели тренировку Беляева и Леонова в ТБК-60. «Подъем» на 37 километров прошел хорошо, но опять не работал прибор «Вега». Все заверения Волынкина и Карпова о том, что «Вега» будет работать, оказались «липой». На эту тренировку я пригласил генерала Бабийчука, и он сам убедился в плохой работе его подчиненных. Институт авиационной и космической медицины плохо работал по подготовке пилотируемого полета на «Восходе-2», руководство института не только не проявляет инициативы, но даже не выполняет своих планов и торжественных обещаний. Я уговорил Главкома подписать приказ о наказании Волынкина и Карпова.

Получил от Королева план изготовления в 1965 году пяти кораблей «Восход» и проект плана их использования. Три корабля будут изготовлены до октября и могут быть использованы уже в этом году. На этот год запланированы: полет корабля с животными продолжительностью 30 суток, полет двухместного корабля (летчик и врач) продолжительностью 15 суток и полет двухместного корабля (летчик и ученый) для проведения эксперимента с искусственной тяжестью. Два других корабля будут готовы к октябрю для полетов по программе «Выход» в марте 1966 года. Я не успел еще подробно изучить эти предложения, но, в основном, они вполне приемлемы. Нужно будет уточнить задачи полетов, требуемое оборудование кораблей и состав экипажей. Сегодня я вызвал подполковника Лазарева и капитана Сорокина и приказал им с 10 февраля приступить к подготовке к космическому полету. Они были дублерами Егорова и имеют реальные шансы рассчитывать на участие в одном из очередных полетов в качестве врача. Королев будет возражать против этих кандидатур, но сейчас у нас больше оснований бороться за них.

Были у меня Рябчиков и Макаров. Я утвердил им план киносъемок по двум сценариям: по первому сценарию они снимают Беляева, Леонова, Заикина и Хрунова, а по второму — Звездный городок. Наш Звездный будет полностью готов к съемкам через 2–3 года, но и сейчас здесь многое представляет большой интерес — все зависит от изобретательности Рябчикова и искусства кинооператоров.

9 февраля.

На заседании Госкомиссии рассматривали в предварительном порядке состав экипажей для корабля «Восход-2». Присутствовали: Зверев, Тюлин, Королев, Руденко, Правецкий, Мрыкин, Керимов, я, Кузнецов, Беляев, Леонов, Заикин и Хрунов. Доклад о готовности космонавтов и о предлагаемом от имени ВВС составе экипажей сделал маршал Руденко. Маршал предложил назначить: командиром корабля — подполковника Павла Ивановича Беляева, вторым пилотом (выходящим в космос) — Алексея Архиповича Леонова, дублером командира Дмитрия Алексеевича Заикина, дублером второго пилота — Евгения Васильевича Хрунова. Последние трое имеют воинское звание «майор». Все четверо учатся на третьем курсе Академии имени Жуковского, все начали подготовку к космическим полетам одновременно с Гагариным. Члены Госкомиссии заслушали короткие доклады космонавтов о готовности к полету, задали им несколько вопросов и единогласно приняли предложение ВВС. После заседания Госкомиссии я провел с космонавтами разбор вчерашнего «полета» в ТБК, дал указания о заключительных тренировках и о проведении предполетного медицинского освидетельствования. Ребята держатся хорошо, особенно мне нравятся Леонов и Хрунов.

Сегодня в 17 часов кандидаты на полет будут утверждаться у заместителя председателя Совета Министров СССР Л. В. Смирнова. Ничего нового на этом очередном заседании не произойдет, оно носит чисто формальный характер. Завтра в 9:00 на самолете Ил-18 я вылетаю в Тюра-Там, со мной летят 19 военных и 30 гражданских товарищей. Экипаж «Восхода-2» пока не вылетает на полигон, летит только один космонавт — В. М. Комаров. Предстоящая на старте работа по подготовке и пуску технологического «Восхода-2» с манекенами должна дать окончательную оценку нашей готовности к полету с выходом космонавта за борт космического корабля. Работа по подготовке техники и космонавтов к предстоящему полету проделана огромная. Все трудились больше и продуктивнее, чем при подготовке предыдущих полетов. Сейчас у всех больше уверенности в успехе, чем перед стартом экипажа Комарова, но тем не менее для успешного осуществления полета нужно еще очень много работать. Малейшая ошибка одного человека может сорвать полет или привести к тяжелому происшествию. Мы обязаны выработать такую технологию подготовки и проведения полета, которая должна исключить случайные ошибки. Поэтому очень важно, чтобы уже в технологическом пуске участвовали инженеры, врачи, космонавты, руководители подготовки космонавтов и руководители полета.

С 17 до 19 часов просидели на заседании у Л. В. Смирнова. Кроме четверки космонавтов присутствовали Зверев, Калмыков, Пашков, Тюлин, Королев, Крылов, Руденко, Керимов, Карпов, Карась, Кузнецов, Северин, Ткачев, Воронин, Быков, Богомолов и другие. Королев, Северин и Руденко доложили, что все готово для пуска космического корабля «Восход-2». Проведена очень большая исследовательская и испытательная работа по технике, созданы новые уникальные скафандры, шлюз, кислородный прибор КП-55 и другие системы. Проведены сложнейшие тренировки космонавтов в условиях невесомости, в барокамерах и на других стендах. Тюлин и Королев очень резко высказались в адрес А. Ф. Богомолова по поводу частых отказов его систем. Алексей Федорович неудачно оправдывался и получил внушительную отповедь от Смирнова. В заключение Смирнов предложил Госкомиссии еще раз разобрать «богомоловские огрехи» и, если нужно, отменить полет из-за неуверенности в надежности телеметрических систем и официально доложить об этом правительству.