Виктор Прудников - Стальной ураган

Я писал наштафронта т. Штевневу, но ответа не получил.

Прошу:

а) Связаться с т. Федоренко (нач. бронетанковых и механизированных войск Красной Армии. — В. П.) и доложить ему о таком положении.

б) Разрешить немедленно вывести штакор, чтобы его зря не избивали…

Меня ругают, почему медленно продвигаюсь.

Я со штакором в х. Шевченко, 20 км восточнее Лохвицы.

17.07.43 Генерал-лейтенант Гетман»[160].

В августе — сентябре 1943 года наши войска вели наступление по всему фронту, и «избивать» 6-й танковый корпус не было никакой необходимости. Объяснение этому не дают ни К. С. Москаленко, ни Д. И. Ортенберг, много писавший о командарме.

Только вмешательство Катукова и начальника бронетанковых и механизированных войск Я. Н. Федоренко спасло корпус от неминуемого разгрома. Его вывели из боев и направили в район города Сумы, туда, где находилась на отдыхе и пополнении вся 1-я танковая армия.

Пока корпус обживал новые места, у Гетмана появилась возможность разыскать родственников. Он не видел их более пяти лет. Теплым сентябрьским днем «виллис» подрулил к родному дому генерала. Машину сразу же окружили родственники, сбежались все жители села Клепалы. Объятия, слезы радости…

Встреча с родственниками легла потом отдельными строками в мемуары комкора: «В селе тогда жили две мои сестры, Феодосия и Агафия, и брат Василий Лаврентьевич — все старше меня по возрасту. Они рассказали о своей жизни при немцах, о том, сколько тяжелых минут пережили из-за меня. Ведь местные полицаи знали, кто я, они время от времени заходили к сестрам, грозили: „Доложим коменданту, и вас расстреляют или повесят“. К счастью для сестер, эти негодяи не пошли дальше вымогательств, довольствовались мелкими взятками.

Я остался переночевать в хате брата, и мы допоздна проговорили с ним, вспоминая прошлое»[161].

А вспомнить было что — и хорошее и плохое. Начало войны обоим представлялось кошмарным сном. День 22 июня разделил их жизнь на довоенное и военное время. Каждая часть этой жизни была окрашена в разные тона.

Андрей Лаврентьевич всегда носил в боковом кармане гимнастерки фотографии матери, жены и детей. Был у него снимок и Василия с его многочисленным семейством. На обратной стороне снимка надпись:

«На спогад матерi, Андрiю, Олi та дiтям.

В самi найкращi роки мого життя.

С. Клепали. 19.01.41. Василь».

Когда Андрей Лаврентьевич показал брату фотографию, тот удивился: «Сохранил все же, несмотря на тяжелое время!»

Встреча с родственниками воскресила в памяти многое, но оставалась тревога за судьбу матери, жены и детей, не по своей воле оказавшихся на далеком Алтае.

Василий это заметил. Но виду не подал. Лишь на следующий день, провожая генерала, сказал: «Все будет хорошо. Освободите Украину. Пусть приезжают сюда, в Клепалы, наша мать и Ольга Ивановна с детьми. Место в моем доме найдется».

В корпус Гетман вернулся в приподнятом настроении, с удвоенной энергией взялся восстанавливать боеспособность частей и соединений. К этому времени из Москвы прибыл Катуков, который привез радостную весть — приказ наркома обороны о преобразовании двух корпусов 1-й танковой армии 6-го танкового и 3-го механизированного в гвардейские.

24 октября 1943 года приказ появился в центральных газетах. 6-й танковый корпус стал именоваться 11-м танковым. Поменяли свою нумерацию и бригады: 22, 112 и 200-я танковые стали соответственно 40, 44 и 45-й гвардейскими, 6-я мотострелковая бригада преобразована в 27-ю гвардейскую.

По случаю преобразования корпуса в гвардейский в бригадах прошли митинги и собрания. Поздравить гвардейцев приехал командарм Катуков. Он вручил бойцам и командирам ордена и медали, заодно и гвардейские знаки, затем подвел итоги оборонительных и наступательных боев корпуса.

В боевой характеристике командира корпуса генерал-лейтенанта А. Л. Гетмана появилась запись:

«В июльско-августовских боях 1943 года 6-й танковый корпус дал прекрасные образцы массового героизма офицерского и рядового состава, показал боевую сплоченность войск.

За образцовое выполнение боевых задач в июльско-августовских боях тов. Гетман награжден орденом Суворова 2-й степени.

Командующий 1-й танковой армией генерал-лейтенант Катуков. Член Военного совета генерал-майор Попель. 17 октября 1943 года»[162].

Ты жива еще, ненька Украина?

На исходе 1943 год. В начале декабря 11-й гвардейский танковый корпус переместился в район Киева, где пополнялся техникой и личным составом. Еще в середине октября в корпус прибыло 2316 бойцов и командиров. Их распределили по бригадам, полкам, батальонам. В основном это были необученные солдаты, а офицеры — выпускники ускоренных курсов военных училищ. Всем им за короткое время предстояло познать азбуку танковых боев.

Пришли эшелоны с техникой — танками, минометами, артиллерийскими установками, автомашинами. У командира корпуса загорелись глаза от обилия новеньких тридцатьчетверок, тяжелых танков и самоходных установок. Теперь каждая бригада имела по 60–65 одних только Т-34, хотя в строю еще оставались и легкие танки Т-60 и Т-70.

Обнадеживали и снабженцы. Когда начальник тыла П. С. Пуховец доложил о том, что на склады поступают подкалиберные и комулятивные снаряды, Андрей Лаврентьевич обрадовался: этих снарядов так не хватало под Верхопеньем, особенно на Хороле и Суле. Теперь будет чем выбивать немецкие танки!

У танкистов подкалиберные и комулятивные снаряды были нарасхват, они обладали высокой бронепробиваемостью, даже с расстояния в 1000 метров поражали вражеские танки.

Огневая мощь 11-го танкового корпуса возросла за счет того, что в него влились новые части — 293-й гвардейский и 1535-й тяжелый, самоходно-артиллерийский полки и 53-й гвардейский минометный дивизион.

Подготовка к новым боям потребовала напряженной учебы подразделений, частей, соединений. Учеба началась с отработки темы «Разведка переправ». Тема «Бои танкового взвода, роты за овладение переправой» осваивалась на какой-нибудь реке, что приближало учебу к боевым условиям. Командиры учитывали опыт прошлых боев на реках Хорол и Сула. Прошли сборы связистов, саперов, затем начались командно-штабные учения. За их ходом наблюдали высокие армейские начальники — генералы Катуков, Баранов, Шалин, часто на учениях бывал и член Военного совета армии генерал-майор Попель.

В ходе войны Николай Кириллович Попель часто сталкивался с Гетманом, знал его как хорошего командира. В своих мемуарах он написал: «Андрей Лаврентьевич — рачительный командир, любивший все потрогать своими руками: не поленится забраться под танк, облазает все землянки, заглянет на батальонную кухню, битый час будет заниматься с отделением новичков, отрабатывающих действия одиночного бойца. Он тонко чувствует потребности боя и ими определяет свою службу»[163].

Немалое значение в корпусе придавалось и партийно-политической работе. Политорганы и партийные организации во главе с генералом И. М. Соколовым усиленно пропагандировали опыт боев на белгородско-курском направлении. В одном из его приказов на первый план выдвигался лозунг: «Там, где стоят гвардейцы-гетмановцы, враг не пройдет!» Генерал также напоминал танкистам и о сталинском приказе № 227 «Ни шагу назад!», который, по его мнению, не потерял своей политической остроты, ибо «приказ командира — приказ Родины, а трус и паникер — худший враг в бою»[164].

Газета «На разгром врага» всегда старалась поместить статьи о героических делах бойцов и командиров, тут ничего особенного не было: газета армейская, имеющая своего постоянного читателя. Редактор следовал жесткому правилу — ничего лишнего, кроме дел фронтовых. Но бойцы хотели знать, что делается у них в селе, в городе.

Иногда редактору хотелось уйти от стандартной повседневности, внести разнообразие и оживление в газету — не одними боями жив солдат. Сразу же на пути становилась фигура политкомиссара, ставившего «зарвавшегося» газетчика на свое место. Так случилось с редактором корпусной газеты «За нашу Родину» майором Диденко. Генерал И. М. Соколов издал 26 ноября 1943 года приказ «О редакторе газеты майоре Диденко». И хотя редактор считался одним из лучших газетчиков не только в корпусе, но и в армии, тем не менее, если судить по тону приказа, «грехов», то есть замечаний, по работе у Диденко уйма: на страницах грубые опечатки, не налажена связь с военкомами, статьи подбираются случайно, газета не удовлетворяет запросам красноармейцев. И предупреждение: если газета не будет отвечать принятым стандартам, редактор будет снят с работы.