Игорь Дьяконов - Предыстория армянского народа (история Армянского нагорья с 1500 по 500 г. до н.э.: хурриты, лувийцы, протоармяне)

Рис. 37. Мелидский царь и царица совершают жертвенное возлияние. С рельефов из Малатьи.

С этого времени начинается постепенное завоевание ассирийцами Сирии и Палестины, завершившееся при Caргоне II в 717 г. до н.э. взятием Каркемиша (в наказание за интриги с Фригией). Этот город долго был независимым островком среди ассирийских провинций.

История взаимоотношений урартского царя Русы I (около 735—713 до н.э.) и ассирийского царя Саргона II (Шаррукина, 722—705 до н.э.), поражения Русы I в 714 г. в битве на горе Уауш восточнее Урмийского озера, похода Саргона II через Урарту и разгрома Муцацира ассирийцами с его последствиями подробно разработана в многочисленных монографиях и специальных статьях[374]. Здесь отметим лишь, что [164] граница Урарту по верхнему Евфрату, так же как независимость Урме-Шубрии, Хубушкии и горных племен вокруг верховьев Большого Заба, остались неприкосновенными[375].

Рис. 38. Позднелувийские воины на колеснице. С рельефа из Мар’аша.

Правобережье верхнеевфратской долины тоже осталось в течение некоторого времени независимым. Однако Саргон II [165] пытается теперь вбить клин между Урарту и Фригией (Мушку) царь которой Мидас (Митá) стал союзником Русы I и, по-видимому, его преемника Аргишти II. Создание такого клина в горах Киликийского Тавра и на правобережье верхнего Евфрата было необходимо Ассирии для безопасности ассирийских владений в Сирии и бесперебойной доставки в Ассирию железа и другого сырья из Малой Азии. Поэтому Саргон решил предпринять ряд походов в эту область. Они начались с 718 г. до н.э.,[376] а в 715 г. Саргон II столкнулся в Куэ с войсками Мидаса, царя Фригии (Миты, царя Мушку), — очевидно предпринявшего встречное наступление[377].

Рис. 39. Позднелувийская заупокойная трапеза. С рельефа из Мар’аша.

Саргон попытался создать себе верного союзника в Табале; для этого он посадил здесь на престол своего человека — Хулли, расширив его территорию за счет соседней горной Киликии (Хилакку), а его сыну Амбарису дал в жены свою дочь. Однако вскоре Амбарис, так же как и другие окрестные правители[378], вступил в [166] союз с Фригией и Урарту и отложился от Саргона. В результате ассирийского похода 713 г. до н.э. Амбарис был взят в плен, а Табал был превращен в ассирийскую провинцию.

Рис. 40. Каркемишские воины и придворные. С рельефа VIII в. до н. э.

Так же действовал Саргон и в соседних областях. В Meлиде-Камману он в 713 г. низложил царя Гунзинану и возвел на престол его сына Тархунасиса: когда же и этот оказался ненадежным, то ассирийский царь послал в 712 г. против него свои войска; они захватили города Мелид и Тиль-Гаримму (совр. Гёрюн?) и превратили Мелидское царство в ассирийскую провинцию[379]. Одновременно Саргон продвинулся и севернее, вплоть до страны Каску, и занял ряд крепостей как на границе Урарту, так и на границе Фригии. В следующем 711 г. та же судьба постигла Муталлу, царя Гургума[380], а в 708 г. — Куммух (Коммагену), царь которого, тоже Муталлу, убив своего отца, сторонника Ассирии, вступил было в союз с Аргишти II, царем Урарту[381].

Однако завоевания Саргона II на правобережье верхнего Евфрата оказались непрочными — может быть, в связи с тем, что в эти и последующие годы вся Малая Азия жила в большом страхе перед набегами киммерийцев[382], чем перед ассирийскими завоеваниями.

Рис. 41. Женщина с ребенком. С рельефа из Кара-тепе. IX в. до н. э.

Уже при сыне Саргона II, Синаххерибе (705—681 до н.э.), потребовались новые ассирийские походы в этот район. Поход 689 г. до н.э. был направлен против жителей горной Киликии (Хилакку), которые успели захватить Ингиру (Анхиалу?) и Тарсус и угрожали ассирийским владениям у залива Александретта[383]; второй поход, в 685 г. до н.э., был вызван тем, что некое лицо с фригийским именем Гурди (Гордий)[384] захватило власть в Тиль-Гаримму (на территории потерявшего независимость царства Мелид). Город был взят ассирийцами, а его жители зачислены в ассирийское войско[385]. [168]

Рис. 42. Угон пленных ассирийцами. С ассирийского рельефа VIII в. до н. э.

Киммерийское вторжение. Киммерийцы вторглись из степей Северного Причерноморья в Закавказье не позже второй половины VIII в. до н.э. Обосновавшись первоначально, по-видимому, в современной Грузии[386], они нанести урартам тяжелое поражение[387]. Но затем урарты отбросили киммерийских конников на запад, и они обрушились на Малую Азию. Отсюда в 679 г. до н.э. киммерийцы отважились напасть на ассирийские территории, но были отбиты[388]. Это вызвало [169] ответный поход ассирийского царя Асархаддона (Ашшурахиддин, 680—669 до н.э.) на Табал и Хилакку; он даже перевалил через Тавр и нанес поражение киммерийцам под Хубушной (хеттская Хупесна, античная Кибистра), причем погиб их вождь Теушпа[389]. Некоторая часть киммерийцев была захвачена и зачислена в ассирийскую армию[390], а с остальными, по-видимому, был заключен мир.

Рис. 43. Киммерийские воины. С росписи этрусской вазы (копия греческой росписи из Малой Азии?).

Как полагает Г. А. Меликишвили[391], в 676—675 г. до н.э. урартский царь Руса II, находившийся в дружеских отношениях со своим ассирийским соседом[392], заключил союз с киммерийцами, возглавленными Лигдамисом (ассирийск. Тугдамме)[393] и вместе с ними совершил большой поход в Малую [170] Азию, за Евфрат, — на «Мушки, Хате и Халиту»[394], то есть, во-первых, на Фригию, во-вторых, вероятно, на Мелид, и, в-третьих, на племена халибов-халдайцев (Хаг'тик' средневековых армянских текстов). Действительно, Мелид вернул себе независимость — на это определенно указывают данные ассирийских текстов, в том числе запросы Асархаддона к оракулу, где встречаются упоминания о военных действиях против киликийцев, табальцев, Мелида и «Митты» — Мидаса, последнего царя Фригии[395]. Не исключено, что и Ассирия была причастна к урартско-киммерийскому(?) походу 675(?) г. до н.э.[396][171]

Видимо, именно этот поход привел к гибели Фригийское царство, о чем еще спустя долгое время помнили и в Греции[397], и в далекой Палестине[398]. На некоторое время в Малой Азии наступил произвол киммерийцев; лишь поколением спустя они были разгромлены скифами, а остатки их осели в северовосточной части полуострова, и гегемония в Малой Азии перешла к Лидии на крайнем ее западе.

Падение Шубрии. Между тем все еще независимая Шубрия была бельмом в глазу у ассирийцев; искусно лавируя в своей политике между Урарту и Ассирией, она давала в своих неприступных горах приют уклонявшимся от повинностей общинникам, а также рабам, бежавшим и из той, и из другой державы, а иногда и мятежникам из знати. Желая прекратить это положение[399] и пользуясь миром, установившимся с киммерийцами и Урарту, Асархаддон предпринял сюда в 673 г. до н.э. решительный поход, очень живо изображенный его придворным писцом в подробной реляции — «Письме к богу Ашшуру»[400]. Напрасно осажденные в [172] г. Уппуму шубрийцы пытались сжечь ассирийские осадные сооружения горящей нефтью — ассирийский царь взял, наконец, Уппуму, Куллимери и другие шубрийские крепости. Царь Шубрии был низложен, старой хурритской династии положен конец[401], а сама страна была превращена в две ассирийские провинции (Уппуму и Куллимери). Часть жителей Асархаддон зачислил в свое войско, других обратил в рабство, раздав их своим дворцовым хозяйствам, храмам и гражданам привилегированных городов, а беглых ассирийцев и урартов вернул хозяевам, предварительно искалечив.

С этих пор Шубрия считалась владением Ассирии, но власть ассирийцев оставалась здесь слабой; уже в 664 г. до н.э. жители Куллимери, судя по ассирийским анналам, оказываются довольно независимыми: они самостоятельно, без участия ассирийской администрации или войск и, по-видимому, не возглавляемые и каким-либо местным царьком, отражают набег урартского военачальника Андарии; но все же, убив его, они посылают его голову в Ниневию в знак формальной покорности ассирийскому царю[402].

Вторжение скифов. В начале VII в. до н.э., вслед за киммерийцами, в Закавказье появились — на этот раз через Дагестан — новые кочевники из степей Северного Причерноморья — скифы[403]. Образовав свое [173] «царство», по-видимому, на территории современного Азербайджана, скифы совершали набеги на Урарту и на северо-восточные ассирийские владения[404], их вождь Партатута, — память о котором, как полагают некоторые исследователи, сохранилась в древнеармянской легендарной традиции в образе первого армянского царя Паруйра, сына Скайдори («потомка сака», то есть скифа),[405] — принял участие в восстании мидян против ассирийского владычества в 674—672 гг. до н.э. Позже он перешел на сторону Ассирии. Его сын Мадий, по-видимому, принял участие на стороне Ассирии в большой войне царя Ашшурбанапала (669—635? гг. до н.э.)[406]. Мадий либо пересек со своими скифами урартские владения, либо прошел севернее их через Закавказье и вторгся в Малую Азию, где положил конец киммерийскому владычеству[407]. Урарту было настолько ослаблено скифским нашествием, что его царь Сардури III в 643 или 639 г. до н.э. признал ассирийского царя «отцом» и, таким образом Урарту впервые [174] отказалось от положения равноправия с Ассирийской державой, которое до сих пор признавали и сами ассирийцы[408].