История Хоперского полка Кубанского казачьего войска 1696–1896 гг. - Василий Григорьевич Толстов

К этому числу в 1791 году было добавлено 20 пятидесятников 164), а в 1800 году еще полковой священник и один церковник, и исключены из штата канонирские ученики 165). В этом же году, как видно из месячного рапорта за март, в полку состояло на службе:

* В 1828 году название десятников было заменено словом урядник.

Хоперские казаки, как на Хопре, так и по переселении на Кавказ, не имели форменного обмундирования и вооружения, а носили одежду народную, подобную одежде донских казаков, т. е. короткий кафтан, застегнутый на крючки, широкие шаровары поверх сапог и высокую черную барашковую шапку с длинным красным верхом, выпущенным на бок. Летом хоперцы выходили на службу в простых холщевых рубахах домашнего изделия, которые запускались в широкие, холщевые же шаровары и на поясе завязывали их очкуром; шаровары книзу были узкия и впускались в сапоги с короткими голенищами; шапка оставалась та же. В таком виде, т. е. в летней одежде, изображен казак на старинной печати Хоперского полка. Из вооружения казаки имели сабли в железных ножнах с ременною поясною портупею, длинные казацкие пики и ружья тульского изделия. Эти последние в 1812 году, при полковом конандире князе Багратионе, были заменены короткими 6-тилинейными штуцерами одного образца, выписанными из тульского оружейного завода на собственные казачьи деньги 166). Ружья носились в кожаных чехлах через правое плечо. Затем имели лядунку или патронницу, сделанную из дерева с 40-ка гнездами и обтянутую юфтью, причем на крышке патронницы прикреплялся во всю ее величину медный двуглавый орел: патронница носилась на широком ремне через левое плечо. Ремни чернились большею частью чистым дегтем. Офицерское снаряжение, вооружение и одежда были такие же как и у казаков, только офицеры не имели пики и носили на сабле серебрянный офицерский темляк.

Поселившись на Кавказе и ближе познакомившись с своими соседями, старшины и казаки Хоперского полка стали исподволь обзаводиться предметами черкесскаго снаряжения и вооружения, начали приобретать одежду и обувь одинакового с горцами образца и покроя. В начале текущего столетия у казаков появились черкески с газырями на груди для патронов и бешметы с боковыми грудными карманами, чевяки и ноговицы: сабли и штуцера постепенно исчезли, а взамен их казаки обзавелись шашками, кинжалами, винтовками и пистолетами; свою неуклюжую лядунку они забросили, а вместо нее ввели мягкий кожаный 40-кагнездный патронташ через левое плечо; пики вышли из употребления, а в 1828 году они были официально отменены. В этом году, начальник Кавказской линии, генерал-лейтенант Емануель, заметив разнообразие казацкой одежды, вооружения и снаряжения, причем трудно было даже отличить офицера от казака, установил для всех казаков Кавказского линейного войска однообразное обмундирование, вооружение и снаряжение черкесского образца, подобно кабардинскому. Это нововведение было утверждено Высочайшим повелением 16-го января 1831 года. С тех пор и по настоящее время кавказские казачьи войска имеют обмундирование, вооружение и снаряжение черкесского образца с некоторыми изменениями в цвете и размерах покроя мундира, бешмета и шапки[60]. Казаки переняли также от черкесов их военныя игры – скачки, джигитовку, выправку и много других приемов ловкого и лихого наездничества. Выступая в дальний или ближний поход большими частями или мелкими командами, казаки запасались необходимою одеждою, обувью и возможно большим количеством домашнего провианта. Все это возилось частью с собой на коне, если кладь была небольшая, а преимущественно в переметных сумах на вьючной лошади, которая велась в поводу. Хотя по закону каждому казаку полагалось иметь свою вьючную лошадь, но в поход брали сперва на 2–3 казака, а впоследствии на 10 человек только по одной лошади. На ней возилось продовольствие, коновязь, топор, лопата, а летом сенокосная коса, которая, кроме своего прямого назначения, приспособлялась так, чтобы при нужде могла служить оружием в рукопашном бою. Если во время исполнения служебных обязанностей на кордонных постах, в походах и делах с неприятелем офицер или казак лишался своего боевого коня, то обязан был, взамен павшей или убитой лошади, немедленно приобрести себе другую, вполне годную к службе.

Только с 20 – х годов офицерам и казакам стали назначать пособия из барантовой суммы на покупку строевых лошадей, вместо павших во время службы. Средства к существованию дома и на службе казаки и офицеры получали исключительно от земледелия и скотоводства и только немногие занимались садоводством, водили пчел и имели мельницы. Хлебопашество и скотоводство служили главными средствами для прокормления и поддержания казачьей семьи. Но эти виды казацкого хозяйства шли малоуспешно, благодаря недостатку рабочих рук и самой обстановке порубежной жизни, так как хищные горцы довольно часто прорывались на линию, уводили жителей в плен, угоняли скот и вытаптывали поля; градобития и саранча также сильно вредили земледелию. Кавказское начальство, ходатайствуя об определении Хоперскому полку разных видов казенного довольствия, между прочим, так очертило обстановку казацкаго житья-бытья 167): «служба казаков здесь ежедневная, готовность их на оную ежечасная, особенно к преследованию, часто на знатное за границу расстояние, хищников, никогда не оставляющих линию в покое, а потому содержание им от казны должно быть во всяком случае; поелику они не могут иметь тех способов к хозяйственной жизни, как донские».

При ничтожном содержании от казны и при значительных сроках службы, казалось бы, что казак, в виду вышеприведенных причин, должен был впасть в нищету, а его домашнее хозяйство прийти в полный упадок, но тут на помощь казаку являлись, издавна установившиеся в казачестве порядки отбывания службы в виду избытка в служилых людях. Так было и в Хоперском полку. Первоначально, пока население полка было незначительно, почти все мужчины находились на службе. Но затем, по мере увеличения населения, в каждой станице число молодых казаков в возрасте от 16-ти до 20-ти лет стало настолько велико, что, за укомплектованием сотен до полнаго штата, еще оставалось свободных от службы 20–30 человек. Тогда явилось возможным облегчить службу казаков, в особенности старых, одиноких и бедных, обремененных многочисленными семействами, постоянно нуждавшихся в домашней льготе для поддержания своего хозяйства, единственного источника существования казацкой семьи.

Для этого был выработан такой порядок: казаки, у которых домашние нужды грозили убытками, увольнялись по распоряжению полкового начальства со службы на временную льготу домой: а чтобы служба не теряла от этого и состав полка оставался полным, то на место убывших вызывались очередные малолетки старшего возраста, или другие казаки, пользовавшиеся до этого льготою. Порядок пользования домашнею льготою соблюдался строго и по известной очереди, хотя ближайшее начальство нередко