История Хоперского полка Кубанского казачьего войска 1696–1896 гг. - Василий Григорьевич Толстов

и, смотря по надобности, или тотчас же наряжался на очередную службу, или же временно оставался дома в полной готовности выступить по первому требованию, куда прикажут. Когда казак, по дошедшей до него очереди, зачислялся на место выбывших казаков в список штатного состава полка и командировался на службу, то с того времени он начинал получать жалованье, провиант и на лошадь фураж. Находясь же на временной льготе дома, казаку ничего не отпускалось от казны, так как довольствие полагалось и выдавалось тому, кто заменял его на службе.

Самый порядок определения на службу молодых казаков обставлялся некоторыми торжественными обрядами 153). Поступавшие на службу, молодые казаки являлись в станичное правление, одетыми по обыкновению в домашнего изделия длинные свитки-зипуны, в высоких черных шапках, неся в руках свои сабли. Там старые казаки снимали с них свитки и на дровосеке обрубали топором до положенной длины своих коротких кафтанов, приговаривая – «о так добре буде!», а затем надевали на «хлопцив» укороченные свитки, подпоясывали саблю и вели в церковь принимать присягу на верность службы. – «Гей, хлопче! не забудь свою мазницю!» – в шутку говорили старые казаки молодым, когда те, смущаясь непривычною обстановкою, забывали взять свои шапки, с виду похожия на мазницу[55]. По достижении 45-ти-летнего возраста, казаки зачислялись в разряд внутренно-служащих и при надобности наряжались на нестроевую службу в полковых и станичных правлениях без всякого содержания от казны. В возрасте же 50-ти лет они навсегда освобождались от службы и увольнялись в отставку. Для офицеров обязательный срок службы полагался 25-ти-летний.

В течение своей долголетней службы, офицеры и казаки обязывались всегда быть готовыми для выхода в поле против неприятеля конными, с собственным снаряжением, обмундированием и вооружением. Кроме определенного штатом постоянного числа служащих конных старшин и казаков, в Хоперском полку, в период 1779–1800 годов[56], постоянно находилось на службе в качестве артиллеристов при орудиях в крепостях и редутах еще 128 пеших казаков-канониров, «дабы казаки – как сказано было в положении – сами в защищение свое во всем употребляемы быть могли». В 1800 году канониры-казаки были упразднены[57], но зато с 1808 года Хоперскому полку отпустили из артиллерийского склада три полковые орудия – один единорог и две пушки – при которых определено было иметь на службе сверх штата одного офицера и 25 казаков 154). В том же году из полка выделили еще 42 казака в состав Кавказской конно-артиллерийской роты, переформированной впоследствии в две конно-артиллерийския казачьи батареи 155).

Комплектование полка офицерами со времени его образования совершалось посредством производства в это звание казаков за выдающиеся боевые отличия, за храбрость, распорядительность и примерное поведение; требовалось только, чтобы представляемый был непременно грамотным. С самых отдаленных времен и до 1800 года офицеры казачьих полков: хорунжие, сотники и есаулы, назывались, просто, старшинами 156). По старым казачьим обычаям полковые старшины и казаки сами намечали выдающихся людей из своей среды для замещения свободных старшинских вакансий. Этих избранных полковой командир аттестовал и представлял на утверждение в своих званиях в Военную Коллегию, указами которой до 1800 года они утверждались хорунжими, сотниками или есаулами[58].

С 1800 года казачьи офицеры в этих званиях утверждались уже Высочайшими указами Военной Коллегии 157), стали называться обер-офицерами[59] и приравнивались к армейским чинам: хорунжие – корнету или прапорщику, сотники – поручику, а есаулы – капитану. Но казачьи офицеры считались ниже армейских, так сказать, дешевле по качеству, и только за особые боевые подвиги и отличную службу награждались соответствующими или высшими армейскими чинами. В таких случаях, награжденному армейским чином казачьему старшине, Военная Коллегия выдавала патент на пожалованный чин. Впоследствии, с 1818 года, согласно положения комитета министров 28-го мая 1818 г., установлена была выдача патентов казачьим старшинам и на казачьи чины 158). В 1825 году Высочайшим повелением казачьи звания и чины сравнены с армейскими, но только в отношении значения самых званий и чинов однако без прав и преимуществ, которыми пользовалась армия 159). Кроме обычных обер-офицерских чинов в казачьих полках, с 1828 года были введены еще зауряд-хорунжий и зауряд-сотник 160), которые давались временно и жалуемый в таких случаях или оставался на своем прежнем казачьем денежном и прочем содержании, или же получал половину оклада нового своего звания 161).

Отставки и переводы офицеров из одной части в другую производились Высочайшими повелениями, объявляемыми указами Военной Коллегии, а впоследствии приказами военного министра. Кроме своих природных казачьих офицеров, в полку служили офицеры, переведенные из регулярных частей пехоты и кавалерии, причем число таких офицеров достигало иногда ¼ всего штатного состава. Раз казак делался офицером, он употреблял все свои старания, чтобы вывести в офицеры и своих служащих сыновей, чего достигал нередко, выдвигая их на видные места, обучая грамоте и воспитывая в требуемом направлении. В полковые командиры назначались исключительно штаб-офицеры регулярных войск. Такой порядок держался до пятидесятых годов, когда впервые стали назначать на должности полковых командиров казачьих полковников и подполковников.

Комплектование полка казаками установлено было постанично. Каждая станица, соответственно своему народонаселению и по рассчету, определенному полковым командиром, выставляла нужное число казаков, чтобы сотни постоянно находились в полном составе служащих воинских чинов. Кроме того в каждой станице велись три списка: один казакам, прослужившим 25 лет и обязанным службою по внутреннему управлению; особо отставным казакам, тем и другим способным защищать свои станицы; наконец особый список молодым казакам (малолеткам) в возрасте от 16-ти до 20-ти лет, которые обязывались быть готовыми для выхода на службу в станичные резервы, на кордонные посты, или на замену убыли в служащих казаках. Таким образом, в первые годы поселения на линии, пока число жителей было еще незначительное, на военную службу выходило почти все мужеское население в возрасте от 16-ти до 50-ти лет. Даже отставные и неслужащие казаки не пользовались льготою, так как они обязывались нести в своих станицах квартирную, подводную, дорожную, мостовую и прочия земския повинности; сверх того они содержали почту, т. е. выполняли почтовую гоньбу на собственных лошадях в районе своего полкового округа от ст. Донской и далее на Московскую и Ставропольскую станицы, редут Бешпагирский, селение Сергиевское, ст. Северную и до ст. Александровской, причем на каждой станции полагалось содержать 3-х казаков и 6 лошадей 162).

Со времени сформирования и до 1813 года Хоперский полк находился в 5-тисотенном составе и штат его несколько раз менялся, но в общем число воинских чинов в полку по переселении его на Кавказ было