Министерство обороны РФ - Реформа в Красной Армии Документы и материалы 1923-1928 гг.

Замечания т. Пугачева разберем по пунктам:

1, «Обмундирование сильно запылено и порвано».

То, что обмундирование в процессе маневров оказалось запыленным, то что нужно было понимать как совершенно естественное явление, ибо в условиях маневров частям приходилось делать крупные переходы, делать ночлеги в условиях походной обстановки, не позволяющей, очевидно, во время очистить ту пыль, какая наносится на обмундирование в процессе движения. Что обмундирование порвано, то это мне несколько непонятно. Если вопрос идет в данном случае об обмундировании, находящимся на переменном составе территориальных дивизий, также принимавших участие в маневрах, то это тоже вполне допустимо, ибо, как Реввоенсовету известно, большинство территориальных частей обеспечено обмундированием заготовки периода 1920/22 гг., в значительной степени некондиционным, кроме того, прослужившим несколько сборов и, по нашим данным, примерно 75% обмундирования на переменном составе подлежит уже полной замене и если до сего времени не заменяется, то исключительно по бюджетным условиям, которые отстают от роста числа территориальных дивизий. Что же касается состава армии, то выпускаемое войскам, начиная с 1924 года, обмундирование по своей кондиционности приближается к довоенному и из знакомства с жизнью частей и из отзывов командного состава утверждаю полную пригодность обмундирования в кадровых частях на весь тот срок носки, который установлен нашими нормами и табелями.

2. «Фуражки за лето выцвели, стали белыми…»

Срок службы фуражки до сего времени определялся в один год. Стоимость ее равняется одному рублю. Ткань, из которой изготовляется фуражка, по своему качеству, в частности в отношении окраски, требует желать лучшего. Действительно, красноармеец, пробывший все лето на солнце, вынужден к концу лагерного сбора иметь фуражку значительно выцветшей. С точки зрения снабжения, мы стремимся к удешевлению фуражки и принимаем все меры к сокращению ее стоимости путем упрощения, как постройки, так и качества материала, стремясь лишь к тому, чтобы качество материала позволяло выслуживать фуражке установленный срок носки.

Наша промышленность, в частности красильная, еще не достигла таких успехов, чтобы краска или не линяла от воды или не выгорала от солнца.

Считаю, что в вопросе выцветания фуражек в течении лета ничего худого нет и если есть опасения у т. Пугачева, что она демаскирует войска, то это опасение следует перенести и на другие предметы.

3. «Винтовки, почти, как правило, носятся на веревках, остатках от когда-то бывших брезентовых ремней».

Совершенно правильно, значительная часть винтовок у нас еще не имеет ремней по той простой причине, что средств на заведение кожаных ремней ежегодно отпускается незначительное количество, и пройдет еще 2-3 года, пока все части армии будут обеспечены этими ремнями.

4. «Непригодность снаряжения и отсутствие портативной его укладки все состоит из каких-то отдельных болтающихся обрывков, стесняющих движения и заставляющих красноармейца думать, как бы чего не потерять».

Снаряжение отпускается в войска по преимуществу из числа запасов, оставшихся от периода Гражданской войны. Новое снаряжение, как это отмечалось и в предыдущем пункте, отпускается не в значительном количестве. Наши склады имеют значительное количество различных предметов снаряжения, оставшихся от периодов Империалистической и Гражданской войн.

Снабжение ставит своей задачей в мирное время использовать все то, что осталось от прежнего времени, чтобы целиком* возможно сэкономить средства для обращения на более неотложные надобности по обеспечению армии предметами боевого снабжения. Я утверждаю, что непригодность снаряжения, в частности, что отдельные предметы «болтаются», больше происходит не из-за того, что снаряжение у нас не ременное, а оттого, что нет соответствующего внимания со стороны командного состава к тому, [чтобы] научить красноармейца делать пригонку этого снаряжения.

Центр тяжести в данном вопросе надлежит перенести на выучку красноармейцев пользоваться тем, что отпускается, а не идти по линии наименьшего сопротивления, как это пытается делать т. Пугачев т.е. по линии удержания вещей и ликвидации всего того, что мы получили в наследство от старой армии и от Гражданской войны.

5. «Полная непригодность обуви; истрепанные, выцветшие обмотки и т.п., что стесняет движения красноармейца и заставляет набивать ноги...»

Обувь, заготовляемая с начала 1924 г., по всем отзывам, что я до сих пор получал от строевых частей, является вполне удовлетворительной. В частности, наши современные сапоги значительно превышают по качеству сапоги, бывшие на снабжении в царской армии. Наши ботинки, отпускаемые пехотным частям, не только не уступают, но и значительно выше по качеству ботинок, применяемых в иностранных армиях, в частности, в Германии. Имеются дефекты в отношении ботинок, которые нам известны и к устранению которых принимаются всяческие меры, это – несоответствие ростовок. Но и в этом вопросе в другом месте доклада т. Пугачева мы находим указания, что каких-либо серьезных явлений несоответствия ростовок во время походного движения не наблюдалось.

Тов. Пугачев указывает в своем докладе, что маневрировавшие части делали 30-40-верстные переходы, и при том совершенно не указывается, что были случаи потертости ног или отставания благодаря этого красноармейцев.

Следовательно, пункт, говорящий о непригодности обуви, основан на каком-то недоразумении.

Имеющиеся к ботинкам обмотки при умелом их завертывании и завязывании не могли сползать и распускаться. Если же подобные случаи т. Пугачев и наблюдал, то их следует отнести к неумению красноармейца пользоваться данными обмотками.

Тенденция – заменить ботинки на сапоги, имеется не только у Штаба РККА, но и у Снабжения. Однако ее осуществление упирается в производственные недостатки промышленности, не могущей полностью обеспечить голенищами весь запас военного ведомства, и, кроме того, само собой разумеется, до сих пор также были и еще остаются затруднения и бюджетного порядка.

* В оригинале – «елико».

Если обратиться к истории появления в армии ботинок, то мы увидим, что даже в такой армии, как германская, в Империалистическую войну все солдаты были одеты с первого дня войны и до конца ее в ботинки. Русская армия, вышедшая на войну с сапогами, впоследствии также вынуждена была перейти на ботинки. Точно такое же положение было в армиях других стран. Очевидно, в случае военных осложнений, даже если бы мы в мирное время и смогли полностью перейти на сапоги, то с затяжением военных действий вновь будем вынуждены вернуться к ботинкам.

Повторяю, что пункт о непригодности обуви, по моему мнению, основан на каком-то недоразумении. Обувь вполне прилична не только для нашего установленного 6-ти месячного срока носки, но даже значительно большего, и мы имеем со стороны некоторых командующих, в частности т. Ворошилова, заявления о необходимости удлинить срок носки сапог, в каковом направлении в данный момент и направлена работа ВХУ.

В отношении территориальных частей мы стремимся к созданию более упрощенной обуви, и в данный момент Военно-хозяйственное управление производит ряд опытов на различных типах обуви в целях установления наиболее пригодного не только для переменного состава территориальных частей, но в частности и для отдаленных местностей, как Туркфронт и ККА.

6. «Изношенность обоза и сбруи; самые разнообразные, неуклюжие повозки с веревочными шлеями и вожжами, запыленными до последней степени…»

После окончания Гражданской войны Снабжение РККА обозы не заготовляет вовсе. Кредиты, отпускаемые на обозное довольствие, целиком поглощаются на денежные отпуски войскам на поддержание имеющегося у них и достаточно уже изношенного обоза, на заготовление подков для обеспечения текущей потребности кадровой армии, на частичную заготовку седел, нужда в коих огромна, и на ремонт специальных повозок и кухонь.

Для того чтобы удовлетворить на 100% обозным имуществом армию мирного времени, нам нужно было бы в один год затратить около 35 млн рублей, другими словами, сумму, равную содержанию и заготовлению имущества для развиваемых Военно-Воздушных Сил.

Во всех предположениях и Штаба РККА, и Снабжения в вопросе обозного довольствия на военное время мы стоим на точке зрения использования обывательских повозок, получаемых при объявлении мобилизации. Установив такой взгляд, естественно, в мирное время мы стремимся к накоплению и обновлению лишь тех видов обозного имущества, кои при мобилизации взять будет нельзя.

Следовательно, вопрос с войсковым обозом и сбруей должен будет оставаться в таком же виде, как и сейчас, не только в течение мирного времени, но таким же будет и с наступлением военного времени.