История войны 1814 года во Франции - Модест Иванович Богданович

class="p1">10 (22) марта Наполеон с гвардией перешел Марну вброд у Фриньикура (Frignicourt) и выслал Нея с дивизией Лефоля и с кавалерией Бриша и Леритье к Витри для овладения этой крепостью, занятой 5 300 человек с 40 орудиями союзных войск15 под начальством прусского полковника Швихова. По открытии канонады с обеих сторон Ней потребовал сдачу крепости. Комендант, желая выиграть время, просил, чтобы ему было разрешено послать офицера в главную квартиру союзной армии. Французы не согласились на это предложение. Канонада возобновилась, но Наполеон, не имея в виду предпринять нападение открытой силой, отвел войска Нея к Витри-ле-Брюле (Vitry-le-Brûlé); дивизии Фриана, Генриона и Летора встали у Фаремона (Faremont), на дороге из Витри в Сен-Дизье; Макдональд с 2-м и 11-м корпусами, кавалерийской дивизией Трельяра и кавалерией Себастиани – на высотах у Донона (Dosnon); наконец, Удино с дивизиями Леваля и Ротембурга – на правой стороне Обе, против Арси. Граф Вреде мог бы атаковать неприятеля на марше его к Витри, но князь Шварценберг положительно запретил ему вдаваться в бой до прибытия прочих союзных корпусов. Главнокомандующий сперва хотел сосредоточить армию за речкой Пюи (Puis), но потом, когда обнаружилось движение главных сил Наполеона к Витри, положено было для сохранения сообщений с сей крепостью двинуться к Корбейль, где к вечеру собрались 4-й и 5-й корпусы; за ними, между Доннеманом и Доммартеном, встали резервы; 6-й корпус Раевского расположился у Дампьер; 3-й, Гиулая, оставался на левой стороне Обе, под Арси16.

11-го (23-го) Наполеон, оставив Нея с двумя пехотными и двумя кавалерийскими дивизиями17 близ Витри, двинулся с гвардией и четырьмя кавалерийскими дивизиями18 к Сен-Дизье, где шедшая в голове колонны дивизия Пире захватила понтонную роту подполковника Шишкина (корпуса Ланжерона) и несколько сот человек в плен. Макдональд с 2-м и 7-м пехотными корпусами также выступил на рассвете вслед за прочими войсками. Его артиллерийский парк, остававшийся под прикрытием дивизии Амея (11-го корпуса) у Сен-Сатюрнен, получил приказание подняться вверх по течению речки до Плер (Pleurs) и идти далее на Семуан (Semoine) и Соммепюи. Генерал Амей, долженствовавший прикрывать парк, вместо того, по недоразумению, повернул из Плер к Сезанну. Оставленный без прикрытия парк был настигнут легкой гвардейской кавалерией под начальством графа Ожаровского у Соммепюи. Командир парка построил его в каре и хотел обороняться с четырьмя или пятьюстами канонеров и саперов; но когда несколько гранат, попавших в парк, угрожали взрывом зарядных ящиков, французы стали уходить с лошадьми, оставив на месте все орудия. Генерал Жерар, тогда двигавшийся в арьергарде корпуса Удино от Донона по направлению к Витри, ускорил марш своих войск и, подойдя к Соммепюи, заставил Ожаровского отступить по направлению к Метьерселен. Четырнадцать орудий и триста пленных были захвачены; остальные двенадцать орудий загвождены. Граф Ожаровский в донесении об этом деле приписал успех его своему адъютанту капитану Зыбину19.

В тот же день корпусы Макдональда, перейдя через Марну в Фриньикуре по мосту на козлах, расположились в окрестностях Витри, а войска Нея двинулись к Сен-Дизье20.

Союзники вовсе не ожидали, чтобы Наполеон устремился на их сообщения. Из направления, принятого Мармоном, генерал Гнейзенау заключил, что французы сосредоточивали силы на Обе, чтобы дать решительное сражение Главной союзной армии, и потому Блюхер хотел ударить им в тыл. С этой целью три русских корпуса должны были идти к Арси, а корпусы Йорка и Клейста настойчиво преследовать Мармона. Но едва лишь были сделаны распоряжения к этим действиям, как пришло в главную квартиру Силезской армии от генерала Тетенборна перехваченное казаками письмо Наполеона к супруге его Марии-Луизе21 следующего содержания:

«Mon amie! J’ai été tous ces jours-ci à cheval. Le 20 j’ai pris Arcis-sur-Aube. L’ennemi m’y attaqua à huit heures du soir le même jour; je l’ai battu et lui ai fait 4 000 mille morts; je lui ai pris 2 pièces de canon et 2 obusiers quittés.

Le 21, l’armée ennemie s’est mise en bataille, pour protéger la marche de ses armées sur Brienne et Bar-sur-Aube. J’ai pris le parti de me porter sur la Marne, afin de les pousser plus loin de Paris et me rapprocher de mes places. Je serai ce soir à St. Dizier. Adieu, mon amie, embrassez mon fils.

Napoléon».

(«Мой друг! Несколько дней не сходил я с лошади. 20-го числа я взял Арси на Обе; неприятель атаковал меня того же дня в 8 часов вечера; я разбил его, побил 4 000 человек и взял 4 орудия. 21-го неприятельская армия построилась к бою для прикрытия движения прочих войск к Бриенну и Бар-сюр-Об. Желая удалить ее от Парижа и приблизиться к моим крепостям, я пошел к Марне. Сегодня вечером буду в Сен-Дизье. Прощай, мой друг, поцелуй сына»).

Получив это письмо, Блюхер приказал снять с него копию, а оригинал послал императрице Марии-Луизе, присовокупив к нему записку на французском языке, из коей парижане могли видеть, что Наполеон был отрезан союзниками от своей столицы. Копия же с наполеонова письма была немедленно отправлена к князю Шварценбергу22.

Тогда же было перехвачено следующее письмо барона Фена к императрице Марии-Луизе:

«Madame!

L’Empereur, qui vient de se jetter sur son lit, m’ordonne d’expédier une estafette pour annoncer à Votre Majesté que l’armée a passé la Marne près Vitry et que nous sommes entrés ce soir à St. Dizier.

Le bruit se répand que notre cavalerie légère a pris un parc de 500 voitures.

Le tems est toujours très beau et quoique l’armée n’ait suivi que des routes de traverse pour venir d’Arcis à Vitry, sa marche n’a éprouvé aucun obstacle.

Je suis avec un respect profond».

(«Император только что лег отдохнуть, приказав мне послать к В. В. нарочного с известием, что армия перешла через Марну близ Витри и что мы сегодня заняли Сен-Дизье. Слух носится, что наша легкая кавалерия захватила парк в 500 повозок. Погода по-прежнему стоит прекрасная, и хотя войска двигались от Арси к Витри по проселочным дорогам, однако же совершили этот переход без остановок»)23.

В продолжение 10-го (22-го) в Главной союзной армии оставались в совершенной неизвестности и даже не знали о расположении корпусов Макдональда у Донона, в расстоянии не более 12 верст от Корбейль и Дампьер, где стояли передовые союзные корпусы. Довольно трудно объяснить, каким образом могло это случиться при множестве легких войск, двигавшихся в авангарде Главной армии. Сам фельдмаршал, находясь в неведении о неприятеле, приказал ввечеру 10-го