В октябре шестьдесят четвертого. Смещение Хрущева - Андрей Николаевич Артизов
Товарищ Хрущев! Вы запутали огромное дело с народнохозяйственными планами, заявив, что нельзя выполнить семилетку, а надо разработать новый план на 10 лет. Это вызвало международный скандал, так как социалистические страны работают по согласованным с СССР планам.
Наброски выступления Л. И. Брежнева на листах перекидного отрывного блокнота. 13–14 октября 1964 г.
Вы допускаете ошибку в том, что единолично держите в своих руках все вопросы обороны. Члены Совета обороны к работе не привлекаются. Неправильно вы строите взаимоотношения с друзьями из социалистических стран. Ваши крылатые фразы: “Был бы хлеб, а мыши найдутся” и другие – это оскорбительно воспринимается в соцстранах. В сельском хозяйстве вы ошибочно понуждали расширять посевы кукурузы. Кукуруза принесла, конечно, пользу для кормовой базы животноводства, но и большой вред, когда ее начали сеять в Мурманской и других областях, где она не растет. После поездки на Алтай вы подняли шум о развитии производства бобов, а в результате получился провал».
Заканчивая свое выступление, Алексей Николаевич, обращаясь к Хрущеву, сказал: «Вы, видимо, с нашими разговорами не согласитесь… Вас нужно освободить от всех постов, иначе логика культа личности приведет к печальному концу». Косыгин предложил доложить обо всем на Пленуме ЦК КПСС, отменить намеченный пленум по сельскому хозяйству и отозвать записку Хрущева как неправильную. К этому же он добавил, что надо разделить посты первого секретаря ЦК КПСС и Председателя СМ СССР, ввести должность второго секретаря ЦК КПСС, так как вакуума не должно быть в деятельности Центрального комитета. «Пленум ЦК, – сказал Косыгин, – надо провести сегодня. Поручить товарищу Брежневу открыть Пленум. Просить Суслова сделать на Пленуме сообщение о настоящем заседании и решении Президиума ЦК КПСС».
После Косыгина выступил Подгорный. Согласно версии Малина, он начал с того, что согласился с выступлениями всех, кроме Микояна, – это он отметил особо. Поддерживая ударный тезис «доклада Шелепина – Полянского» о «двух Хрущевых», озвученный Ефремовым накануне, а в среду – самим Полянским, Подгорный заявил, что все члены Президиума с уважением относились к первому секретарю до тех пор, пока не расцвел культ его личности. Справедливости ради надо отметить, что в создании культа личности активно участвовал и сам оратор со товарищи.
Рассказ Ефремова практически не отличается от версии Малина. Лишь в начале выступления содержатся кое-какие подробности. Отметив, что согласен со всеми выступавшими товарищами, кроме А. И. Микояна, «который пытался смазать вопрос и выгородить Н. С. Хрущева», Подгорный вместе с тем начал речь, по существу, с панегирика по адресу Никиты Сергеевича. Он прямо сказал, что «знал Хрущева давно и не только восхищался, но и любил его, стремился ему подражать. Товарищ Хрущев многому всех нас научил, его уважали и выполняли все указания, которые он давал. Но тогда товарищ Хрущев был другим человеком. Сейчас он сильно изменился. Появился его культ».
Продолжим цитировать рассказ Ефремова. «Создалось тяжелое положение и в промышленности, и в сельском хозяйстве. Непрерывно проводятся громоздкие реорганизации по инициативе Хрущева. Он неправильно поступает, критикуя непрерывно Сталина, а сам все делает не по Сталину, не по Ленину, а по Хрущеву, раздувая штаты, расплодив безответственность. Не лучше ли упразднить совнархозы, а создать главки, восстановить отрасли в промышленности? В сельском хозяйстве тоже надо все проанализировать, организационно восстановить, как было. Это нужно отдельно обсудить и решить особо.
По оборонным делам товарищ Хрущев сильно, – продолжал Подгорный, – критиковал Сталина, а сами вы, Никита Сергеевич, не охватываете всех вопросов. Военные говорят, что не знаете, как обстоит дело с обороной страны.
О разделении обкомов КПСС тут все единодушны, что это ошибка и ее надо незамедлительно поправлять. Во внешнеполитической деятельности первый секретарь ЦК тоже не принимает мер к сплочению соцстран, СЭВ разваливается… Смена Н. С. Хрущева вызовет какие-то издержки и в международном, и во внутреннем плане». Поэтому Подгорный высказался за то, чтобы Хрущев сам обратился с просьбой о своем освобождении от занимаемых постов или по возрасту, или по состоянию здоровья. Это смягчило бы потерю его престижа, он бы вырос в глазах членов ЦК и коммунистов. В то же время это облегчило бы и положение руководства при решении столь сложного вопроса.
Тем временем очередь дошла до Брежнева. Он, как и Шелест, подготовился к выступлению заблаговременно. У брежневского помощника Александрова-Агентова сохранился конспект этого выступления, выполненный красным фломастером. Он написан самим Брежневым. По утверждению Александрова-Агентова, тот передал ему конспект после пленума со словами: «Пусть будет у тебя, никуда не сдавай и никому не отдавай».
Вот этот текст с сохранением авторской орфографии и пунктуации и комментариями публикатора. «Я полностью согласен со всеми критическими выступлениями товарищей в адрес тов. Хрущева и разделяю точку зрения что многие крупные ошибки и промахи в нашей работе происходят по вине тов. Хрущева.
Вы Никита Сергеевич, знаете мое отношение к Вам на протяжении 25 лет.
Наброски выступления Л. И. Брежнева на листах перекидного отрывного блокнота. 13–14 октября 1964 г.
Вы знаете мое отношение, в трудную для Вас минуту – я тогда честно смело и уверенно боролся за Вас – за Ленинскую линию. Я тогда заболел: у меня [был] инфаркт миокарда, но и будучи тяжело больным, я нашел силы для борьбы.
Сегодня я не могу вступать в сделку со своей совестью и хочу по партийному высказать свои замечания.
Почему мы сегодня вынуждены говорить о крупных ошибках и промахах в работе – почему мы все отмечаем тяжелую обстановку в работе През.[идиума] ЦК.
Над этим вопросом я думал много и серьезно и твердо убежден, что, если бы Вы Н. С. не страдали бы такими пороками, как властолюбие, самообольщение своей личностью, верой в свою непогрешимость, если бы вы обладали хотя бы небольшой скромностью – вы бы тогда не допустили создание культа своей личности – а вы наоборот все делали для того чтобы укрепить этот культ.
Вы не только не принимали мер к тому, чтобы остановиться на каком-то рубеже – но наоборот, поставили радио, кино, телевидение на службу своей личности[264].
Рабочая протокольная запись заседания Президиума ЦК КПСС. 14 октября 1964 г. Выступление Н. С. Хрущева
Вам это понравилось. Вы по-своему увидели в этом свою силу и решили, что теперь вы
