Денис Куклин - Танец ангела

Мария Васильевна, почти не дыша, открыла замки на дверях и выскользнула на лестничную площадку. Отдышалась и бросилась вниз по лестничным маршам, обгоняя собственную тень.

Она замешкалась только возле входной двери, выскочила на крыльцо и побежала со двора, не чувствуя обжигающего холода. Но ее сердце оборвалось и силы оставили, когда сзади донесся знакомый голос:

- Стой!!!

Мария Васильевна остановилась под уличным фонарем, оглянулась на медленно приближающегося Артема и стянула с головы парик. Прошептала ослабевшим от страха голосом, не поднимая глаз:

- Тёма, только не бей меня, пожалуйста,- и посмотрела в глаза сыну.

А по его щекам текли слезы. Мать и сын несколько мгновений, смотрели друг на друга. Потом Артем протянул руку и погладил ее по бритой голове, по лицу и обнял.

- Что ты говоришь?..- Спросил, прижимая мать к груди.- Тебя больше не будут бить... Никто и никогда...

- Сыночек!- В голос разрыдалась Мария Васильевна.- Ты меня никогда не простишь!.. Никогда...

- Я тебя давно простил... Мама...

 Из окна наблюдала за ними Катя и щеки ее были солоны от слез.

Вернувшись с ночной смены, Новосельцев позавтракал, налил стакан чая и подошел к окну на кухне. Начинался серенький зимний день. Но не успел Дима сделать пару глотков, как в прихожей раздался звонок. Это было странно, потому что он никого в гости не ждал. А свои знали, что он будет отдыхать после работы и тревожить не стали бы.

Дима вышел в прихожую и открыл дверь.

В коридоре стояла Маша Карусельникова. Ее он не видел с осени.

- Привет,- улыбнулась она как-то несмело.- Я могу с тобой поговорить?

- Заходи,- кивнул он и помог ей снять шубу.

- Дима, я не знаю, как ты воспримешь, что я тебе скажу,- начала Маша, тщательно выбирая слова. А это было на нее не похоже.- Пойми, вы оба мне небезразличны. А пока что вы двое и еще один человек для меня, вообще, самые дорогие люди...

- Что-то я не пойму, о чем ты? Чай будешь?

- Нет. Дим, выслушай меня. Лена тебя обидела. Обидела очень сильно. Она многих обидела тогда...

- Хочешь сказать, что случилось чудо и Лебедева изменилась?!- Усмехнулся Новосельцев.

- Дима, она очень больна...- голос у Карусельниковой дрогнул.- У нее рак.

- Что?..

- Мы узнали об этом недавно. Я тоже не знала. Я узнала об этом только вчера, Дима...- еще мгновение и она расплакалась бы, но Новосельцев смотрел на нее с недоверием.

- Слушай. Если это шутка или розыгрыш очередной, то вы перешли все границы.

- Дима, это не шутка,- Карусельникова заплакала.- Лена не хотела, чтобы ты знал. Завтра ее увезут в Германию... Дима, она умирает... умирает...

Новосельцев сел на табурет и тоже опустил голову. Стакан выпал у него из рук и чай разлился по полу.

- У нее рак крови,- продолжала говорить Карусельникова.- Ты ведь знаешь ее. Сначала она не обращала внимания на недомогания. Училась. Она, вообще, изменилась после вашей ссоры. Курить бросила, не пила. Она думала, что это у нее от учебы, и спортом она занялась. Я ведь ее тоже долго не видела. Я работаю сейчас. Встретила ее отца случайно в церкви. Я сейчас встречаюсь с молодым человеком, он в церкви служит. И отец Лены мне все рассказал. Сейчас мы едем к ним. Если ты хочешь увидеть ее, поехали с нами.

- Маша,- сказал Новосельцев и снова надолго замолчал.- Мы полгода не виделись. Ленку я каждый день вспоминаю. Позавчера любил, вчера ненавидел. Думал Лебедева то-то и так-то, пьет, трахается, смеется надо мной. А она в это время умирала... Почему все так? Почему?..- Его плечи дрогнули.

- Я не знаю,- Маша взяла его за руку.- Идем, Дима. Кирилл нас ждет.

- Да, я сейчас.

- Вот и хорошо,- с явным облегчением вздохнула Карусельникова.- Вам нужно увидеться...

Спустя несколько минут они вышли на улицу. Возле подержанной "девятки" стоял высокий молодой человек в повседневном облачении православного священника. Он был похож на грека, высокий, горбоносый, черноволосый, с куцей пока бородкой.

- Здравствуйте, Дмитрий,- неожиданно сказал басом и протянул руку для пожатия.

- Здравствуйте, Кирилл.

- Крепитесь, Дмитрий. Все в руках Божьих,- Кирилл ободряюще улыбнулся и открыл перед Машей дверь.- Мы не ведаем промысла Божьего,- продолжал говорить он дорогой.- Но должны верить в лучшее и питать надежды на выздоровление Елены. Испытания даны нам, чтобы открыть сердце.

- Я не вижу смысла для таких испытаний,- покачал головой Новосельцев.

- Не каждый из нас понимает, что и радости и печали наши источает не этот по сути своей равнодушный мир, а наше живое и теплое человеческое сердце. Только не спрашивайте меня о том, есть ли Бог?- Улыбнулся Кирилл.

- Я и не думал,- Дима отвернулся в окно.

- Душа ваша сейчас находится в смятении. В смятении от того, что любовь свою вы пытались укрыть за маской безразличия. Но любовь – это естественный позыв человеческой души, ибо Отец наш любит нас и жизнь нам дает просто потому что ОН таков! Верьте, Дмитрий, верьте в лучшие исходы и они обязательно наступят! Молитесь вместе с нами.

Услышав это, Новосельцев с трудом перевел дыхание. Маша смотрела на Кирилла с обожанием, другого слова не подберешь.

- Все это хорошо, Кирилл,- после небольшой паузы сказал Дима.- Но как быть, если она все же умрет?

- А вы не думайте об этом. Вы ведь не знаете доподлинно, случится так или нет? Так не изводите себя мыслями, но надейтесь на лучшее.

- Я грешен,- уже через силу произнес Новосельцев.- Я желал ей смерти...

- Дмитрий, неужели вы думаете, что это мы решаем, кому жить, а кому умирать?- Снова улыбнулся Кирилл.- А что касается этих мыслей? Покайтесь! Сделайте это прямо сейчас. Покайтесь перед самим собой. Мы все не без греха. От того и Сын Человеческий пришел в наш мир! Я разговаривал с Еленой. Она тоже запуталась, заблудилась в своих желаниях, в бесплодных метаниях истощила сердце. Но каждому свое. На вашу долю выпало это испытание...

И Новосельцев разрыдался. Наверно, все что он тщательно таил в себе, вырвалось наружу. Дима давился слезами, зажимал рот, скорчился на заднем сидении. Но остановиться не мог.

- Дай ему напиться,- кивнул Кирилл подруге.

- Дима, возьми,- Маша протянула Новосельцеву бутылочку минеральной воды.

- Спасибо,- Новосельцев сделал несколько глотков и покачал головой.- Простите меня.

- Не нужно стыдиться этого,- Кирилл посмотрел на него в зеркало заднего вида.- Вы – живой человек. Даже к лучшему что прорвало вас сейчас, а не при встрече с Еленой. Все-таки в разговоре с ней нужно улыбаться.

- Я постараюсь,- кивнул Новосельцев. Он уже успокоился, сейчас не чувствуя уже ничего, кроме опустошения.