Робин Пилчер - Океан любви

Клайв кивнул:

— Конечно.

— Что же случилось, папа? — поинтересовалась Софи.

— Ничего, дорогая, правда, ничего страшного, — сказал он, подходя к дочери, — просто глупое недоразумение из-за того, что я выбрал неподходящее время для вечеринки. Но вечеринка продолжится позже, я обещаю тебе.

Дэвид снова пошел к воротам, но, когда дошел до них, почувствовал, как кто-то схватил его за локоть. Он повернулся и увидел Бенджи.

— Дэвид, — сказал он с взволнованным выражением лица, — я думаю, мама плачет.

Дэвид потрепал мальчика по волосам:

— Да, я знаю, Бенджи, но я разберусь с этим, хорошо?

Бенджи вернулся к Жасмин, взял ее за руку. Дэвид выскочил за ворота и побежал по улице, да так быстро, что проскочил «БМВ», не узнав машину Дженнифер. Он остановился и медленно пошел обратно, к автомобилю. Дженнифер сидела не шевелясь, глядя вперед и облокотившись на руль и устремив расстроенный и растерянный взгляд вперед. Он открыл дверцу:

— Слушай, Дженнифер, я только…

— Нет, — оборвала она, поднимая руку, и посмотрела на него взглядом, полным укора. — Я не хочу ничего слышать. — Затем завела машину и отъехала. Дэвид побежал за «БМВ» и преградил ей дорогу.

— Пожалуйста, Дженнифер. Дай мне возможность все объяснить.

— Нет! А теперь уйди с пути, пожалуйста! — сказала она, с трудом управляя собой.

Дэвид не двигался.

— Только после того, как ты позволишь мне все объяснить.

Поняв, что он не даст ей проехать, она глубоко вздохнула и, выдернув ключ зажигания, выпрыгнула из машины:

— Пожалуйста! Только оставь меня в покое! — воскликнула она, шагая прочь от него по направлению к гавани.

Дэвид догнал Дженнифер и схватил за руку. Она повернулась и выдернула руку так резко, как будто это было одним из неприятнейших прикосновений в ее жизни, и поспешно отошла.

— Никогда больше не трогай меня, слышишь? — Она гневно покачала головой, борясь с собой, чтобы подобрать нужные слова. — Я думала, что могу доверять тебе! Я считала тебя своим другом! — Она пошла прочь, но затем вернулась. — Кажется, все знали об этом, кроме меня! Даже мой собственный ребенок! Как ты думаешь, что я должна чувствовать? — Дженнифер говорила бессвязно, задыхаясь от рыданий

— Я собирался сказать тебе в четверг! Я не думал, что ты вернешься раньше!

Она скрестила руки на груди и кивнула.

— О, в четверг! Это было бы прекрасно, не так ли? Давайте держать все это в тайне до окончания вечеринки, тогда не нужно будет приглашать старую скучную Дженнифер!

— О, да ты что, это же глупо! — огрызнулся Дэвид, теряя терпение. — Все совсем не так! — Он поднял руки в знак извинения за свой тон. — Послушай, я сожалею по поводу вечеринки. Я устроил ее только потому, что день рождения Софи был еще в прошлом месяце, поэтому я хотел отметить его как можно скорее. В этом не было никакой отговорки или плохого намерения!

Дженнифер молча покачала головой и пошла к входным воротам «Мемориального Сада». Тот же маленький человек с неприветливым лицом, который был в домике, когда Дэвид приехал сюда в первый раз, оторвался от экрана телевизора и выглянул в окно.

— Эй вы! Вы оставили там свою машину? Вы не можете ее там оставить. Это блокирует вход!

Дэвид впился в него взглядом:

— Слушай, почему бы тебе не убраться к чертям собачьим?

Мужчину словно парализовало от такого ответа, но растерянность вдруг сменилась агрессией.

— Эй, ты думаешь, что можешь так со мной разговаривать, проклятый англичанин? Пошел отсюда вон, ублюдок. Не то…

— Вы что, не слышали, что он сказал? — резко прервала его Дженнифер. — Убирайтесь к черту!

Она повернулась и пошла прочь, а Дэвид, посмотрев на сторожа, понял, что тот явно ошеломлен тем, что его соотечественница говорила с ним таким тоном. Мужчина скрылся в окошке — видно, где-то там, внутри, был отвлекающий от всего на свете телевизор.

Когда Дженнифер вышла на узкий проход, ведущий к лодкам, Дэвид обогнал ее и преградил путь. Она остановилась, в глазах ее сверкал гнев.

— Почему ты не сказал мне? Я не могу поверить в то, что ты мне не сказал! Я ничего не имею против, Дэвид! Я просто чувствую себя такой униженной! Я не возражаю против того, что у тебя есть… жена и дети, но почему ты думал, что это надо от меня скрывать?

— У меня нет жены!

— О, замечательно! — воскликнула она. — А как ты объяснишь наличие тех троих детей, которых я видела, или ты собираешься навешать мне лапшу на уши о том, как ты бродил по всей Шотландии, порождая внебрачных детей?

— О, не говори глупостей! Конечно, нет.

— Так где же, черт возьми, тогда твоя жена?

— Она умерла!

Эти два слова были произнесены с такой страстью и мукой, что, казалось, они повисли в воздухе, немедленно разрушив гнев Дженнифер.

В этот момент показались двое яхтсменов, Дэвид с Дженнифер отошли молча в сторону, позволяя им пройти. Дженнифер повернулась и проводила их взглядом, благодарная за то, что они прервали поток ее мыслей, вывели ее из полутранса. Она повернулась к Дэвиду и еле-еле улыбнулась ему, но, увидев опустошение на его лице, она опустила голову и закрыла глаза.

— Когда? — спросила она тихим, прерывающимся голосом.

— В апреле, — ответил Дэвид не сразу.

— В этом апреле?

Дэвид кивнул.

Дженнифер глубоко вздохнула, в ее вдохе ощущалась дрожь.

— О, Дэвид! Почему ты не…

— Послушай! — перебил ее Дэвид, — Я хотел объяснить тебе все должным образом. Поверь мне, я никогда не хотел, чтобы ты узнала об этом вот так. Просто узнала Жасмин… Ну, в общем, на самом деле совершенно случайно, и я попросил ее, чтобы она никому об этом не говорила, потому что… — Он остановился и повернулся, посмотрев с грустью на залив, в сторону Огненного Острова. — Потому что я не был готов к тому, чтобы с кем-то об этом говорить. Это и есть та причина, по которой я здесь. Я мог потерять себя, и мне нужно было убежать от постоянных тягостных воспоминаний и разговоров людей о моем несчастье.

Дэвид пристально всматривался вдаль и вдруг внезапно почувствовал, как женщина дотронулась до него рукой. Повернувшись, увидел потрясенное выражение на лице Дженнифер.

— А ты уверен, что можешь говорить об этом сейчас — со мной? — спросила она его мягко.

Дэвид ничего не ответил, лишь медленно кивнул.

— Хорошо, тогда пойдем отсюда, — добавила она. — Давай найдем более тихое и безлюдное место.

Спустя два часа Дженнифер знала всю печальную историю Дэвида. Они сидели в тишине на небольшом причале, рассматривая свои босые ноги сквозь прозрачную воду. Теплая мгла окутала их, словно шаль. Во время рассказа Дэвида Дженнифер задавала вопросы с такой проницательностью и пониманием, что к концу их беседы он подумал о том, что теперь эта женщина знает о Рэйчел и его детях больше, чем кто-либо еще, если не считать его родителей. И именно в тот миг он ощутил такой покой и гармонию с самим собой, которые не чувствовал ни разу с тех пор, как умерла Рэйчел.