Прими как есть (СИ) - Дарья Данина

его. Тогда почему? Откуда в нём эта жестокость и этот цинизм?

И почему при всех этих качествах он состоит в волонтёрской группе? Помогает животным и людям? Этот контраст личностей просто не укладывался в её голове.

Разве это… нормально?

— Ты скучаешь? — сделала ещё одну попытку пробить броню. — По маме?

Стас, сделав глоток чая, задумчиво посмотрел в окно. Некоторые время молчал, словно подбирая нужные и правильные слова.

— Это… не тоска. Я привык к тому, что её нет. Просто иногда чувствую необходимость… в ней.

Лгал. Страх показаться слабым и в какой-то степени беззащитным, не позволял ему говорить о том, как сильно он скучает. Возможно, будь она жива, всё было бы абсолютно по-другому.

Он бы заставил мать подать на развод, и увёз бы её из того дома. Она совсем чуть-чуть не дожила до его совершеннолетия. И он бы смог…

— Не представляю, что бы испытала, если бы что-то случилось с моими родителями, — тихо произнесла Кристина, вынуждая Стаса отвлечься от своих мыслей.

— Ничего хорошего, — хмыкнул Холодный и вспомнил как угрожал Тине её же отцом.

Дерьмовый поступок. Не поспоришь. И этот, и многие другие, касающиеся рыжей. Он, конечно, старается что-то исправить, но… что касается желания… тут он бессилен. Потому что до помутнения рассудка хочет касаться её. Хочет, чтобы она была рядом. Быть в ней… это не поддаётся контролю.

А в остальном? Она не знает. И, пожалуй, он не сможет ей рассказать. А как это будет выглядеть? Детский сад… я сделал хорошее дело! Можно мне теперь конфетку?

Бред.

Да и, скорее всего, ни удаление фоток, ни даже помощь с реабилитацией её отцу не смогут затмить то, что он продолжает держать Тину рядом с собой против её воли.

Он это прекрасно понимал.

И сколько бы не длилось это добровольно-принудительное присутствие Стаса в её жизни, он будет использовать это.

— Ты всё ещё работаешь официантом? — Стас ловко перевёл стрелки, вспомнив о том, что буквально с утра задавался этим вопросом. Потому что с друзьями за последние две недели был в баре уже несколько раз. И Кристины он там не видел.

— Нет, — вздохнув, она потянулась к своей чашке. Пригубила, чувствуя на языке вкус ромашки. — Я говорила, что много пропустила в универе за последнее время. Поэтому взяла перерыв на работе. Мне нужно догонять остальных.

— Перерыв? То есть — рассчиталась?

— Да.

Это решение далось нелегко. Потому что в её ситуации деньги были не просто НЕ ЛИШНИМИ. Они были необходимыми. Потому что брать их у родителей… рука не поднималась. И хорошо, что у неё есть Лилька.

— Зачем тебе это?

— Что именно? — скрутив под столом ноги, она чувствовала неловкость. Его пристальный немигающий взгляд вызывал дискомфорт. Каждый раз. Хотелось спрятаться. Стать невидимкой.

— Эта работа, — пояснил Холодный, пересчитывая веснушки на её лице.

— Как и всем, — она пожала плечами, — деньги. Они разве бывают лишними?

— Родители не помогают? — поинтересовался, и тут же выругался по себя.

Идиот. Её родители сами нуждаются в помощи. Отец без работы, и пока что всё тянет на себе её мать.

А тут он. С тупыми вопросами.

Рыжая поджала губы. И, отвернувшись, оставила по вопрос без ответа. Оно и не удивительно.

Но, спустя минуту молчания, всё же произнесла:

— Не у всех отцы зарабатывают как твой, Стас. — Не хотела, чтобы это прозвучало как упрёк. Но, кажется, именно так это и прозвучало.

Потому что Холодный, недовольно хмыкнув, встал из-за стола и вылил остатки своего чая в раковину.

А ему, не то, чтобы было обидно… скорее неприятно. Потому что поймал себя на мысли, что лучше бы его отец был простым сантехником, но был прежде всего ОТЦОМ. А не тем дерьмом, которым является. Впрочем, как оказалось, яблочко от яблоньки далеко не укатилось. Или как говорила его бабка: от осинки не родятся апельсинки.

Он так же молча проследил за тем, как Тина вымыла свою чашку, а затем стёрла крошки со стола. Бросила короткий взгляд на настенные часы и, тихо откашлявшись, уточнила:

— Можем теперь ехать?

— Можем, — кивнул Стас.

Не проронив больше ни слова, забрал папку с документами, за которой, собственно, и приезжал. И, одевшись, пропустил Кристину вперёд. Он бы, может, и остался бы здесь на ночь. Дом Тони всегда вызывал в нём тёплые чувства. Здесь было по-домашнему уютно. Спокойно. И, он бы предложил Тине остаться здесь вместе с ним, но это было бы слишком. Он не мог позволить себе делать это в доме человека, которого искренне боялся разочаровать. Именно. Пожалуй, Тоня — единственная, в чьих глазах он боялся упасть.

Дорога назад заняла не больше часа. Стас позвонил Тоне и предупредил, что скоро приедет. Предварительно узнал, дома ли его отец или его жёнушка. И, убедившись, что ни одного, ни другой дома нет, удовлетворённо вздохнул.

— Ты не торопишься? — это был риторический вопрос. На самом деле, Стас уже решил, что Тина никуда не торопится. Она больше не подрабатывала, а на подготовку к завтрашним парам время ещё останется. Не так уж и поздно ещё. Успеет. — Я быстро. Отдам папку и отвезу тебя домой.

Стиснув зубы, Кристина отвернулась от Холодного. Покосилась на дисплей телефона, что сжимала в руке и прикинула, сколько у неё останется времени на домашку. Успеет ли? Придётся постараться.

— Меня отчислят раньше, чем я попрошусь в академ, — озвучила свои мысли, глядя на грязные сугробы вдоль дороги.

— Какой академ? Не дури…

— Обычный…

— Для чего он тебе нужен? — Стас опустил стекло и достал из кармана пальто сигареты. — От меня решила спрятаться? — это звучало как шутка, но оба понимали, что всё более, чем серьёзно.

— А если так? — спросила не глядя на Холодного.

— Не хочу тебе снова напоминать, — он сделал затяжку и выпустил струю дыма в приоткрытое окно, — но у нас договор. Честное слова, чувствую себя попугаем…

— Стас, — резко повернув голову, Кристина впилась в его профиль требовательным взглядом.

— М? — мельком взглянул на девушку, а потом снова устремил взгляд на дорогу.

— Удали те фото. — уверенно произнесла свою просьбу. Но дыхание замерло где-то на уровне яремной впадины. — Пожалуйста. — выдавила из себя.

— Какие? — выгнув тёмные брови, он сбавил скорость и снова посмотрел на неё.

— Ты знаешь… — стискивая в пальцах телефон, она всё ещё надеялась, что Холодный окажется хотя бы на грамм человеком. А не бездушным существом. — Все. Из душевой. И клуба.

— А-а-а, — протянул наигранно, — эти фото?..

Свернув с главной дороги, он осторожно и не спеша вёл автомобиль. Продолжая курить, краем глаза следил за Тиной. От