Связанные прошлым - Кора Рейли

которая бережно ее укачивала.

— Ох, она тяжелее, чем кажется.

Леонас закатил глаза.

— Почему бы тебе ее не подержать? — предположила я.

Он медленно кивнул и подошел ближе. Анна с гордостью продемонстрировала, как держать Беатрис, прежде чем передать ее брату.

— Мое сердце сейчас взорвется, — прошептала я, подходя к Данте.

— Это то, что я никогда не рассматривал в своем будущем, когда Карла умерла. Я был готов сдаться без боя, даже если не в моем характере признавать поражение. Я рад, что ты пришла в мою жизнь и показала мне, что любовь стоит риска.

Я улыбнулась ему снизу вверх.

— Я знаю, что ты предпочитаешь играть в безопасные игры, но я счастлива, что ты поставил на меня.

Данте усмехнулся.

— Могу поспорить, что нет. Ты держишь меня в напряжении, Вэл. Я никогда не встречал никого, кто испытывал бы мое терпение чаще, чем ты.

Я кивнула в сторону Леонаса.

— Дай ему еще несколько лет. Уверена, что он будет бороться со мной за это место.

Данте поднял глаза к потолку.

— Не искушай судьбу.

— Ты не веришь в судьбу. Но Леонас с твоим характером может быть только способом судьбы отплатить мне тем же.

— Мы все просто хотим, чтобы ты была молодой и подвижной.

Данте поцеловал меня в губы.

— Фу-у-у, неужели вы не можете делать это за закрытыми дверями? — крикнул Леонас, разбудив Беатрис, которая начала плакать.

Его глаза расширились от шока.

Данте подошел к нему с суровым выражением лица.

— Хулиган.

Он не произнёс это сердито, и Леонас только усмехнулся, когда Данте забрал у него Беатрис.

Он нежно покачивал Беатрис, а Анна стояла рядом с ним. Данте поцеловал ее в макушку, потом в лобик Беатрис.

— Можно мне называть ее Беа?

— Пока она такая маленькая, она не может сказать «нет», — усмехнулся Данте.

Анна усмехнулась, ее глаза возбужденно заблестели.

— Не могу дождаться, чтобы наряжать ее. Я видела столько милых клетчатых нарядов.

— Она не кукла, — сказал Леонас.

— Ты зануда.

Леонас напал на нее и принялся щекотать. Она вскрикнула и попыталась оттолкнуть его, но он был почти с нее ростом.

Беатрис мяукнула. Я раскрыла объятия.

— Мой выход, чтобы покормить ее. Вы можете играть в рефери.

Данте положил Беа мне на руки.

— Хорошо. Нет ничего хуже, чем слушать бесконечные истории Кларка-старшего из его юности.

Данте позволял Джованни и Дарио заниматься большей частью политической болтовни, но иногда нам требовалось появляться, особенно на светских мероприятиях. Работа в определенных кругах оказалась непростой задачей, главным образом потому, что мы все еще считались скорее странностью или притягательностью, чем частью сцены. Однако люди были любопытны, и это было лучше, чем подозрение.

Данте предпочитал наши круги, их прямоту, наши правила. Он делал это ради наших детей, гарантируя им всем более безопасное будущее, особенно Леонасу, и я была благодарна ему за это. Он был настоящим семьянином, лучшим мужем и отцом, какого я только могла себе представить.

* * *

Беа заснула. В шесть месяцев ее дневной сон работал как часы.

Анна и Леонас сидели в библиотеке и выполняли домашнее задание, которое должно было занять их на некоторое время.

Я постучала в кабинет Данте и проскользнула внутрь, не дожидаясь его ответа.

Найти время для нас стало непростой задачей с тремя детьми и нашими социальными обязанностями, поэтому я старалась использовать каждый шанс, который у нас был.

Данте посмотрел с легким раздражением, затем откинулся назад. Он знал выражение моего лица.

— Как насчет того, чтобы ненадолго подняться наверх?

Данте отодвинул свое кресло и жестом подозвал меня поближе.

Нахмурившись, я направилась к нему.

— Ты слишком занят?

Когда я оказалась рядом с ним, он схватил меня, развернул и усадил к себе на колени. Он задрал мне юбку, затем раздвинул мои ноги своими бедрами. Прижавшись горячим поцелуем к моей шее, он просунул руку в мои трусики и погрузил в меня два пальца. Моя голова откинулась назад, когда он коснулся меня пальцами.

— А если кто-нибудь войдет?

Я задохнулась, но мои стенки крепко сжались вокруг пальцев Данте, нуждаясь в большем. Я даже не заперла кабинет, и хотя дети никогда бы не врывались в нашу спальню, они могли бы войти в кабинет Данте. Его пальцы замедлились, но не остановились, и он укусил меня за горло.

— Они всегда стучатся, прежде чем войти. Все следуют моим правилам, кроме тебя, Вэл.

Ворчливые нотки в его голосе заставили меня вздрогнуть.

Я открыла рот, чтобы возразить, но Данте щелкнул большим пальцем по моему комочку нервов. Вскоре я уже задыхалась и бесстыдно терлась о его руку, а эрекция впивалась мне в зад.

— На колени, — приказал он, вытаскивая свои пальцы из меня прежде, чем я кончила.

Подавив свой протест, потому что это только заставило бы Данте начать дразнить меня еще больше, я повернулась и одарила его соблазнительной улыбкой, прежде чем опуститься между его ног.

Я не сводила с него глаз, пока расстегивала молнию и доставала его член. Пальцы Данте запутались в моих волосах, когда я начала дуть на него. Дыхание Данте участилось.

По коридору прогремели шаги, а потом раздался слабый стук в дверь. Мои глаза расширились, и я резко отпрянула назад. Данте затолкнул меня под стол и придвинул свое кресло ближе, скрывая расстегнутые брюки.

— Папа, Анна…

— Разве я не говорил вам ждать, пока не дам разрешение войти? — строго сказал Данте.

Я прикрыла рот рукой, опасаясь, что мое дыхание было слишком громким. Даже хуже: истерический смех рвался наружу, даже если ситуация была совсем не смешной.

— Да, но…

Я уставилась на эрекцию Данте прямо перед моим лицом и снова с трудом подавила смешок. Это было слишком.

— Это вопрос жизни и смерти?

— Нет, — ответила Анна. — Леонас просто…

— Тогда это может подождать. Я работаю. Вы закончили свою домашнюю работу?

— Нет, — начал Леонас, но тут вмешался Данте.

— Тогда вам следует ее доделать.

— Где мама? — спросила Анна.

— Она занята.

Я прикусила нижнюю губу, уверенная, что могу сорваться в любой момент.

— В ее кабинете? — догадался Леонас.

— Не беспокойте ее. Вам нужно решать свои конфликты самостоятельно.

— Ладно, — сказали они одновременно.

Я не понимала, как Данте мог говорить с ними так, будто ничего не случилось, когда наши дети почти поймали нас на месте преступления. Я еще сильнее впилась зубами в свою губу.

— А теперь возвращайтесь к своей домашней работе.

— Хорошо, — проворчал Леонас.

Затем послышались шаги, и дверь с щелчком захлопнулась. Я тихонько вздохнула и тихо рассмеялась, уткнувшись в бедро Данте. Пальцы