Ольга Резниченко - Черта

(Лера)

— Юля! Юленька! Подожди!

— Отвали от меня!! — нервно дернулась, вырывая свой локоть из моих рук. — Я не хочу с тобой разговаривать!

Рывок — и побежала прочь.

Замерла я.

(больно вдруг так стало в душе, запекло в груди, под сердцем…

меня, меня обвиняют в том, что я жалею, страдаю из-за гибели своего друга!!!

ДА ПРОПАДИ ВЫ ВСЕ ПРОПАДОМ… за такие слова…)

— Да!

Да, Юля!

Шаен мне была очень дорога! ОЧЕНЬ! — вдруг зарычала ей в спину.

(застыла та; резко обернулась…

… колкий взгляд в глаза, глотая слезы)

— Но она — мертва. И винить, запрещать мне страдать по ней, — это бесчеловечно!

(тут же продолжила я)

— Ну, валяй тогда! Раз она тебе важнее!

Валяй!

Жалей, страдай, сколько хочешь!

А Я ЕЕ — НЕНАВИЖУ!!!!!!

— СУКА, ты что натворил???

— Стах! Стах, прошу, отстать. Отпусти его!

— Я спрашиваю, урод паршивый, почему Юля вся в истерике?

— Отвали! — гневно дернулся, вырвался Тимур из его хватки.

Резко пнул, освобождая себе проход — и тут же выскочил долой из кабинета.

…

Кинулась я за ним.

Кинулась — да тщетно: след уже простыл.

Ищу, ищу — заглядываю в каждую комнату.

Нет Тима…

…

— Тимур! Молю, открой! Авдеев! Прошу!

Мне тоже больно!

Не надо!!!

— Уходи, Лера.

ОСТАВЬТЕ МЕНЯ В ПОКОЕ!!!!!!!

Резко стукнула ногой со всей дури в дверь — запищало полотно на петлях, зарычало, зашаталось.

Замерла, замерла, растерялась я от увиденной картины. Оторопела.

Буквально секунда — и тут же кинулась к нему.

Жадный удар — и выбила пистолет из его рук.

(невольный выстрел в ноги)

— ТЫ НЕ СДЕЛАЕШЬ ЭТО! УБЛЮДОК! НЕТ!

Я ТЕБЯ НЕ ОТПУЩУ!!!!!

Мне тоже без нее… плохо!!

… останься хоть ты со мной!!!!

(зарыдала, уткнулась своим сопливым носом ему в шею, обняла…

… завыла на всю глотку, давясь болью)

— Я тоже ее люблю…

Глава Восемьдесят Пятая

Наша семья отныне разделилась на два лагеря.

И кто прав? Кто виноват?

По-моему, обе стороны при правде.

Невольно слезы наворачиваются на глаза.

Я должна заткнуть свои чувства… далеко-подальше и лгать, чтобы не рушить прежний уклад своей жизни….

… или же быть изгнанной Юлей, Стахом, как гнусный предатель.

Света пыталась держать нейтралитет.

Но разве можно это так называть,

… когда при появлении Юли — со мной резко перестают разговаривать?

Ей больно. Ее предали.

Понимаю…

А у меня — друг погиб!! УБИЛИ!!!!!!!!!

…

Один Филатов был моей поддержкой — не сойти с ума от этих всех интриг.

Тимур замкнулся в себе — и больше ни с кем не разговаривает.

И не факт, не факт что с утра…, однажды, я не найду его с пулей в голове…

Чертовая жизнь!

Как вихрь, как ураган, ворвалась в наши будни Шаен — и камня на камне не оставила, всё разбила, разгромила вдребезги…

Но я ее люблю. Очень люблю…. и так будет всегда…

… как бы за это меня другие не ненавидели.

Новое дело.

Почти вся наша группа в деле.

Юля будет связистом, среди Ведущих.

Аристарх меня попросту игнорирует.

А значит, нервных стычек на почве прежних разногласий — будет меньше.

…

И еще… тот факт, что Венцов во всем поддержал Еременко — еще не значит, что они сошлись и вновь вместе;

Нет…

теперь каждый из этого чертового треугольника остался в одиночестве,

… испепеляясь жарким прошлым

и болезненным будущим…

(Стах)

— Ребята, смотрите в оба. Северные, Тигры, Жуки. Кто угодно может стать проблемой перед нами, но эта конференция… любой ценой должна пройти успешно. Ни что не должно ей помешать.

Увы, это — последний наш шанс. И так, группа давно уж скатилась из рядов "Элитных" в "сомнительные".

Провалим и это задание — …

…и тогда уж выдумывайте себе надгробные эпитафии.

Ладно…

С Богом!

… по местам.

(Лера)

Гости стали постепенно заполнять зал…

До торжественной речи оставалось меньше часа…

…

Самой большой вероятностью среди попыток сорвать предстоящее дело — это убийство губернатора прямо посреди его выступления, в прямом эфире, перед прессой. Какой эпатаж! Шок! Прямой удар по политической базе и финансовым ресурсам "Ириса"!

… пиковый, самый напряженный момент уже не за горами. Страсти накаляются, нервы тонкой струной натягиваются на грифе сознания…

Глубже дышать, и пытаться свои мысли сохранять ясными и непредубежденными.

Страшно?

Да…

Хоть и понимаю, что это дело — самое безопасное, "светлое", задание из тех, что выпадало на мою судьбу прежде, здесь, на Черном фронте,

но, тем не менее…. какая-то непонятливая тревога сидит в сердце и шепчет, коварным змеем ропщет о чем-то страшном, ужасном,

… что ожидает всех нас здесь, сегодня…

Может, я просто, себя сильно накручиваю? Ищу подводные камни там, где ровное, песчаное дно?

Не знаю…

Пока ничего необычного или подозрительного не наблюдалось…

— Ким? — от неожиданности невольно подпрыгнула на месте.

Застыл, замер, удивленный.

(молчит)

— Привет, — несмело прошептала я, пытаясь прожевать шок;

кривая улыбка навстречу.

Вдруг схватил меня за руку и тут же грубо, дерзко потащил за собой, от посторонних взглядов, из зала вон,

… прижал к стене.

— Что ты здесь делаешь?? — прорычал гневно в лицо.

— К-как что? — (чуть не поперхнулась собственной слюной), — М-мы, мы — сопровождающие основной группы охраны губернатора.

Ай, Ким, отпусти руку. Ты мне больно делаешь!

— Лера, марш отсюда!

— Да отпусти, говорю!! — нервно дернулась я, вырвалась из его хватки

(невольно потерла свое запястье, прогоняя зуд и боль).

Обиженно взглянула в глаза. — Что происходит?

— Пожалуйста, покинь это здание… немедленно!

Черт!