Соня Мэсси - Темное зеркало

— Но ты, надеюсь, понимаешь, чем рискуешь?

— Успокойся, Броди. Я все обдумала. Не выдавай желаемое за действительное.

— Лиз, как ты можешь так говорить! Я просто беспокоюсь… и не могу до конца поверить, что ты отважилась на подобный шаг.

— Но моя идея тебе понравилась?

— Лиз, идея грандиозная! Фантастическая! Рейтинг нашего шоу вырастет до небес! Вот только меня беспокоит, что…

— Броди, не беспокойся, я обо всем подумала! — перебила его Элизабет. — Ничего страшного не произойдет, уверяю тебя. Но иного пути у нас нет, ты понимаешь?

— Да, Лиз, я понимаю, — со вздохом откликнулся Броди, и Элизабет неожиданно улыбнулась. Она представила его в домашней одежде, возможно, даже в пижаме, и это рассмешило ее. Интересно, а свой знаменитый стетсон он снимает на ночь или спит в нем? — Мы должны сделать это, — продолжал Броди. — Ты правильно сказала: иного пути у нас нет.

Элизабет кивнула. Она не тешила себя иллюзиями, что Броди поддержал ее идею, руководствуясь высокими мотивами. Нет, высокий рейтинг и прибыль для него на первом месте. А потом уж все остальное: высокие мотивы, рассуждения о единственно верном пути, беспокойство о безопасности его сценаристки…

— Лиз, а ты успеешь за столь короткое время написать полный сценарий? — спросил Броди.

— А ты сумеешь снять серию за столь короткий срок?

— Я? Разумеется!

— Ну и я тоже постараюсь тебя не подвести!

— Значит, давай договоримся так: сегодня днем мы соберем команду, все обсудим, — предложил Броди. — Договорились?

— Договорились. — Элизабет замялась. — Броди… у меня к тебе одна просьба…

Выговорив эту фразу, она внезапно ощутила, как ее охватил страх. Элизабет глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться и мысленно сказала себе: «Ты уже ступила на этот путь. Опасный путь. И должна пройти его до конца. Обратной дороги нет».

— Да, Лиз, я тебя слушаю!

— Сразу после выхода этой серии «Темного зеркала» я хочу, чтобы ты предоставил мне эфир для часового интервью.

— Ты хочешь, чтобы у тебя взяли интервью в прямом эфире? А кто именно?

— Кто-нибудь из наших журналистов.

— Хорошо, Лиз, я согласен. Знаешь, а ты все-таки необыкновенная женщина! — неожиданно воскликнул он. — Просто гениальная!

— Спасибо за комплимент, Броди, — улыбнулась Элизабет. — Мне приятно слышать твою похвалу.

— Я говорю это искренне!

— Не сомневаюсь. Значит, договорились?

— Договорились, Лиз. Все будет так, как ты хочешь.

Элизабет повесила трубку, повернулась к экрану монитора, скользнула взглядом по напечатанным там строчкам и тяжело вздохнула. Итак, она ступила на этот путь. Отступать поздно. Очень скоро они встретятся с Броди и членами съемочной группы, обсудят сценарий и приступят к съемкам. Обратной дороги нет.

Пальцы Элизабет легко забегали по клавишам, и через несколько мгновений она послала по электронной почте текст будущей серии на свой домашний компьютер. Ожидая, пока на экране появится сообщение о том, что информация полностью передана, Элизабет представила свой дом, старый подвал и тайный проем в стене, через который убийца проникал к ней.

На экране появилось сообщение, что информация, посланная по электронной почте, доставлена. Элизабет оторвала взгляд от монитора и недобро усмехнулась.

«Читай мой сценарий, внимательно читай, — мысленно обратилась она к неизвестному преступнику. — Я сочинила его специально для тебя…»

Ник остановился перед дверью кабинета Питера Макдональда и через стекло стал наблюдать на ним. Питер сидел за столом, заваленным служебными бумагами, время от времени брал одну из них, прочитывал и откладывал в сторону. Цвет его лица был землисто-серым, на лбу и вокруг глаз пролегли резкие морщины.

Но дальше продолжать наблюдение за Питером было неловко — он мог отвлечься от бумаг и заметить его. Поэтому Ник негромко постучал в дверь, распахнул ее и шагнул в кабинет. Стучать, перед тем как войти, — это тоже был новый штрих в их изменившихся за последнее время отношениях. Раньше, еще несколько месяцев назад, Нику и в голову не пришло бы стучаться в дверь его служебного кабинета или дома. А теперь…

Питер поднял голову, увидел Ника, и на его усталом лице появилось раздраженное выражение. Он и не пытался скрыть, что визит старого приятеля и коллеги ему неприятен.

— Чем обязан? — сухо спросил Питер, бросая на стол очередную бумагу и откидываясь в кресле. — У тебя какие-нибудь новости?

— Да, кое-что, о чем тебе наверняка будет любопытно узнать, старина, — небрежно проговорил Ник, подходя к столу и останавливаясь.

— Попробую догадаться, — усмехнулся Питер. — Ты, Шерлок Холмс, и твой приятель, доктор Ватсон, вычислили Зеркального убийцу и поймали его?

Ник глубоко вздохнул, пытаясь справиться с внезапно охватившей его яростью. Этот придурок еще и ехидничает!

— Нет, преступника мы пока не поймали.

— Ну и какая же у тебя новость? — холодно осведомился Питер.

— Зато мы установили, каким образом преступнику удавалось знакомиться со сценариями Элизабет Найт до того, как они выходили в эфир.

— И каким же? — В глазах Питера вспыхнуло любопытство.

— Он проникал к ней в дом через подвал, включал ее компьютер и находил там всю необходимую информацию.

— Значит, проверка и отработка персонала, работающего в телекомпании, фактически была напрасной. — Питер снова склонился над бумагами.

— Почему же напрасной?

— Ну… я неточно выразился. Конечно, ненапрасной, но… Ведь если преступник получает информацию с компьютера Элизабет Найт, это означает, что им может оказаться любой человек. И совсем не обязательно, что он работает в телекомпании. В чем же заключается твоя хорошая новость, Ник?

— А я разве сказал, что новость хорошая?

Ник развернулся и направился к двери. Когда он уже открыл ее, за его спиной раздался голос Питера:

— Ник…

— Да?

Он обернулся и взглянул на Питера.

— Скажи, какой компьютерной программой пользуется мисс Найт?

— Какой программой? — Ник приложил руку ко лбу, пытаясь вспомнить, какая же эмблема светилась на экране компьютера Элизабет. Ведь он несколько раз видел ее… Какая же? — «Maximum Word»! — наконец воскликнул он. — Да, точно! А почему ты спрашиваешь?

Питер порылся в лежащих на столе бумагах, достал одну, пробежал глазами и ответил:

— Да потому, что твои хваленые парни упустили из виду важную информацию.

— Какую же?

— Дэвид Фергюсон в течение пяти лет работал в тюремной библиотеке. Вел учет поступающих книг, размещал их, списывал старые и…