Кэти Келли - Мужчины свои и чужие

Хью кивнул.

– Точно. Я никогда не шучу с людьми, которых не знаю. На самом деле я довольно робкий и с незнакомыми людьми веду себя очень официально. И по работе так удобнее. Невоз­можно говорить об инвестициях и шутить напропалую. Но с вами я чувствую себя очень комфортно.

– Я тоже. Значит, вы не были душой компании, когда водили ту даму в роскошный ресторан? – поддразнила она его.

Хью откинул ладонью волосы со лба и состроил обижен­ную мину.

– Нет, черт, возьми. Это больше походило на интервью при приеме на работу. Я рассказал, чем занимаюсь, какие у меня хобби. Еще до того, как мы заказали выпивку. Если бы у нас было время, я бы поведал ей о своих карьерных планах и о том, чего я собираюсь добиться через пять лет. Ужас! По­разительно, что после такого фиаско я рискнул снова.

– А какая она и почему ты ответил на ее объявление? – спросила Лиони, внезапно переходя на «ты». – Кстати, по­чему ты ответил на мое?

– Она написала, что работает с деньгами и полагает, что было бы приятно встретиться с человеком сходной профес­сии, – пояснил он. – Это было ошибкой, потому что теперь я буду работать и думать, как бы случайно не столкнуться по службе с ней. Крутая дамочка! Не каждый сможет посреди ужина встать и заявить, что мы явно не подходим друг другу, поэтому нет смысла зря терять вечер.

– Действительно, круто.

– И не очень приятно, сидеть одному в ресторане, когда . моя дама внезапно удалилась. Наверняка все решили, что мы женаты, и я только что сказал ей, что завел себе другую.

Он выглядел таким грустным, вспоминая эту неудачу, что Лиони снова улыбнулась.

– Это было в ноябре, – добавил он, – так что я пару ме­сяцев сидел дома и зализывал раны.

Подошел официант, и они принялись за еду.

– Так легко ты не отделаешься, – сказала Лиони, утолив первый голод. – Теперь выкладывай, почему ты ответил на мое объявление?

– Мне показалась, что ты симпатичная и дружелюбная, да еще и животных любишь. Я их тоже люблю, вот и ответил. К тому же я не могу устоять перед крупными блондинками. Шучу, – добавил он. – Но только по поводу последнего.

– Если ты пытаешься с помощью цветастых комплимен­тов заставить меня заплатить целиком за ужин, зря стараешь­ся, – предупредила Лиони.

– Как вы могли такое подумать, мисс?! – Он посмотрел ей в лицо и мягко добавил: – В жизни не видел таких пре­красных глаз. Такие синие, просто невероятно! И мне очень хорошо с тобой. Честно.

В животе у Лиони что-то задрожало. Если не в животе, то, во всяком случае, в нижней половине. Она глубоко вздох­нула и объявила:

– Ту вечеринку в десять часов отменили.

– Прекрасно. Когда без четверти десять мне по мобиль­нику позвонит приятель, который якобы потерял ключи от квартиры и только у меня есть запасные, я скажу ему, что все в порядке. Ты просто прелесть.

Китайская еда им очень понравилась. Они успешно справились с пекинской уткой и отдали должное говядине на углях. В конце концов Лиони сказала, что придется расстегивать пуговицы на юбке, а то отлетят. Ей бы даже в голову не пришло высказаться подобным образом при другом мужчине, но она чувствовала себя так спокойно с Хью, что ничуть не смущалась. Разумеется, помогла и вторая бутылка вина.

– Я не слишком большая любительница крепких напит­ков, – призналась Лиони, подвигая свой бокал, чтобы он его еще раз наполнил. – Но вино люблю, хотя обычно я напива­юсь быстрее.

– Надеюсь, ты не просекла мои хитрые планы, – заме­тил Хью с абсолютно серьезным лицом. – А то у меня джип в переулке, и я собираюсь увезти тебя к себе и нехорошо себя повести.

– Ну, вряд ли тебе это удастся – до такого состояния я еще не допилась, – Лиони погрозила ему пальцем. – Силь­нее всего я напилась один раз, когда еще училась в колледже. На вечеринке студентов-медиков. Они сделали очень креп­кий пунш, чего только туда не налили. Я была пьяна в стель­ку после четырех бокалов и привязалась с разговорами к одному парню, будущему гинекологу. – Она хихикнула, чувствуя, что все-таки пьяна. – И, разумеется, я задала ему этот сакраментальный вопрос.

Хью явно не понимал, о чем она толкует. Лиони накло­нилась вперед и понизила голос:

– Ну, знаешь, как они могут целый день смотреть жен­щинам… сам понимаешь куда, в потом дома заниматься лю­бовью с женами или подружками.

Хью очень развеселился.

– И что он сказал?

– Не помню. Была жутко пьяная. Господи, как же мне было стыдно на следующий день! Люди подходили ко мне и рассказывали, что я делала, и это было ужасно. Просто не знала, куда деваться. А напилась я потому, что страшно хоте­ла стать там своей и полагала, что алкоголь поможет.

– Бедняжка, – пожалел ее Хью и погладил по руке. – Мне стыдно признаться, но в мои сорок семь лет я ненамно­го лучше. В тот день, когда твоя предшественница бросила меня одного в ресторане, я допил вино, которое мы только начали, и затем присовокупил три порции бренди. Ты, по крайней мере, тогда была ребенком.

Пришла очередь Лиони гладить его руку.

– Все объяснимо, Хью. Я бы от расстройства выпила пару бутылок вина или же пошла бы в туалет, вылезла бы в окно и сбежала бы от позора.

Он кивнул:

– То, что ты взрослый и у тебя дети, вовсе не означает, что ты защищен от тех же эмоций, какие испытывает подрос­ток.

– У тебя есть дети? – обрадовалась Лиони. – Ты не говорил.

«Замечательно, – подумала она. – Разведенный мужчи­на с детьми – идеальный вариант, он способен понять, как важны для меня дети».

– У меня их двое: Джейн двадцать один, а Стивену – во­семнадцать. Он живет с матерью, а Джейн уже самостоятель­ная, у нее квартира тут недалеко. Они замечательные. Я не знаю, что бы без них делал, – добавил он с теплотой в голосе.

– Расскажи мне все! – попросила Лиони.

Для рассказа «обо всем» потребовалось выпить по паре чашек кофе – спиртного больше решили не пить, жалея здо­ровье.

– Хотелось бы завтра проснуться без похмелья, – заметил Хью.

Он не рассказал, почему разошелся с женой три года назад, а Лиони постеснялась спросить. Если ему когда-нибудь захочется, он расскажет сам. Но о детях он говорил с удовольствием.

Джейн работала в страховой компании клерком и была прекрасна.

– Не знаю, в кого она пошла, но она потрясающая, – сказал Хью. – Очень умна и замечательно рисует. Я все советую ей показать свои картины в галереях, но она отказывает­ся. Ну а Стивен слегка отбился от рук и сейчас копит деньги, чтобы на год бросить занятия и попутешествовать по свету. Каждый раз, когда он начинает говорить о Дальнем Востоке, с Розмари – это моя бывшая жена – случается истерика.

– Могу ее понять, – сказала Лиони, искренне сочувствуя Розмари. Если бы Дэнни объявил, что собрался на Даль­ний Восток, с ней бы точно была истерика.