Джудит Гулд - Чертовски богат

Глава 38

– «Дом Периньон»! – воскликнула Кензи. – Мы что, грехи замаливаем?

Чарли подошел к зеркалу и, вытянув шею, поправил галстук.

– Вот так. Я классный малый, – удовлетворенно произнес он, разглядывая себя в зеркале.

– Ладно, Нарцисс, довольно охорашиваться. Займись лучше чем-нибудь полезным. Например, открой бутылку. А я пока принесу бокалы.

О Господи, устыдилась вдруг Кензи, ведь буквально те же слова она говорила, когда в последний раз виделась с Ханнесом!

Кензи прошла на кухню, ругая себя за чрезмерную чувствительность.

Когда у мужчины несколько подружек, это считается нормальным. И даже говорят: вот это парень! А когда у женщины несколько мужчин, ее называют шлюхой. А впрочем, подумала Кензи, какой смысл рассуждать о двойном стандарте? Все равно все останется, как было.

В кухню проскользнул Чарли – выбросить в мусорную корзину фольгу. Его внимание привлекла выглядывающая оттуда бутылка из-под дорогого шампанского.

– Ого! – Он нагнулся и извлек ее наружу. – Ты была права.

– Насчет чего?

– Насчет своего вкуса. Он действительно становится все изысканнее. Не дороговато ли для простой служащей?

– Эй, детектив Ферраро, – воинственно заговорила Кензи, – вы что, на задании? И мне самой придется открывать эту чертову бутылку?

– Спокойно, спокойно, – насмешливо улыбнулся Чарли, – чего это ты так разошлась?

– Слушай, ты разве видишь у меня на пальце обручальное кольцо? – Глаза Кензи опасно сузились.

– Да нет.

– Так какого же черта ты устраиваешь мне допрос? Занимайся лучше собственными делами!

Чарли бросил бутылку назад в корзинку для мусора.

– Да, этот малый явно знает, как обращаться с девчонками. Или, может, по-настоящему втюрился? Встречной-поперечной такое не приносят.

– О, Чарли, хватит, надоело, – устало сказала Кензи.

По-прежнему ухмыляясь, он вытащил пробку и, наполнив бокалы, чокнулся с Кензи:

– За нас! Я ведь тоже не какую-то дрянь принес. – Он высоко поднял бутылку «Дом Периньона».

– Чарли, а ты уверен, что в тебе нет ирландской крови?

– Абсолютно. Я – стопроцентный неаполитанец. А что?

– Просто у меня был один знакомый ирландец. Хвастун невозможный.

Кензи двинулась в гостиную. Чарли последовал за ней.

– Ну что, приготовишь свой знаменитый ризотто? – спросил он.

– Непременно. Но сначала дай допить. – Кензи уселась на диван. – А уж потом займемся стряпней.

– Разумно. – Чарли устроился рядом.

В замке заскрипел ключ. Оба удивленно уставились на дверь.

– Ждешь кого-нибудь? – спокойно спросил Чарли.

– Да нет.

– Может, это твоя соседка?

– Я же тебе говорила, она только завтра вернется.

– Хозяин? Управляющий?

– Ни у того, ни у другого нет ключей.

Раздался щелчок.

– У кого-то, стало быть, есть. Ну что ж, если ты никого не ждешь, если соседка за городом, а у приличных людей нет ключей от квартиры, то, выходит, это грабитель?

– Тогда его ждет неприятный сюрприз, – улыбнулась Кензи. Хорошо все-таки иметь знакомого – полицейского.

Второй щелчок. Чарли отставил бокал, поднялся и медленно пошел к двери. Оглянувшись на Кензи, он прижал палец к губам.

Последовали еще три щелчка, и дверь распахнулась.

– Не двигаться! – заорал Чарли, сжимая пистолет в руке.

Кензи вскочила на ноги.

– Зандра!

Это действительно была ее соседка. Швырнув чемодан на пол и ни на кого не обращая внимания, Зандра захлопнула входную дверь и стремительно прошла к себе в комнату. По щекам у нее струились слезы.

– Это еще как понять? – Чарли сунул пистолет за пояс и с упреком посмотрел на Кензи. – По-моему, ты сама мне говорила...

– Да замолчи ты! Похоже, что-то стряслось. Видишь, в каком она состоянии?

Кензи постучала и вошла к Зандре. Прошло какое-то время. Чарли допил шампанское. Открылась дверь, и Кензи вернулась в гостиную.

– Ну, что там?

– Бедняга совершенно не в себе. Знаешь что, Чарли...

– Нет, нет! – Он поднял руки и замотал головой. – Даже и слушать не желаю.

– Помолчи. За мной не заржавеет, слово даю. – Кензи легонько подтолкнула его к двери. – Ей плохо. По-настоящему плохо, и нельзя оставлять ее одну. Ну, уйдешь ты наконец? У нас сегодня девичник.

– Выходит, ризотто откладывается? – вздохнул он.

– Ничего не поделаешь. – Кензи открыла шкаф и бросила ему пальто.

– На улицу выставляешь?

– Не мели чепухи. И не топчись в коридоре, двигай. Я же ясно сказала – билет действителен на следующее представление.

– И ризотто будет?

– Да.

– Только про грибы не забудь.

– Не забуду, не забуду. Пока!

И она буквально вытолкала его на лестницу.

– Принцесса, натуральная принцесса... прямо как из сказки...

Кензи мечтательно вздохнула. К этому времени она уже приканчивала третий бокал водки со льдом. Вообще-то водка – не ее напиток, но что же поделаешь, если с шампанским они уже давно справились.

– ...вроде Ди, или Каролины, или Стефани, – продолжала она. – Да, Зандра, надо отдать тебе должное, ты знаешь, как оглоушить бедную девушку. Подумать только, моя лучшая подруга чуть не стала принцессой!

– Знаешь что, – фыркнула Зандра, – если тебя чуть было не спарили с лягушонком, который называет себя принцем, а вместо подружек на свадьбе – две ведьмы, это оглоушивает еще сильнее. Надо же быть такой дурой! Доверилась старой приятельнице – и что же? Оказывается, все это время она плела у меня за спиной целую интригу...

– Да не переживай ты так!

Кензи налила по пятой.

– Такое со всеми случается. Людям свойственно ошибаться, – философски заметила она.

– Да, но я-то хороша, угодила в ловушку с открытыми глазами...

– Ну успокойся же...

Кензи подняла руку ладонью кверху, уподобившись уличному регулировщику.

– Не терзай себя. Что случилось, то случилось. Плюнь ты на всю эту историю, вот тебе добрый совет.

– Легко сказать – плюнь! Ладно, черт с ними, с Диной и Бекки. Но как мог так поступить со мной кровный родственник, которого я чуть ли не с пеленок знаю?

– Не терзай себя, – повторила Кензи, – лучше выпей.

Но Зандра словно ее не слышала.

– Да, это самое гнусное, – продолжала она. – Правда, мы давно не виделись, и все равно Карл Хайнц всегда оставался самым любимым из родственников. Теперь-то все, конечно, изменилось.

– Это понятно, – сочувственно сказала Кензи. – Я тоже от него такого не ожидала. Сам принц Карл Хайнц... такой красавец... такой богач... Прямо-таки его королевское высочество...

– Просто «его высочество», – поправила подругу Зандра. – Его королевское высочество – это принц Чарлз. А Карл Хайнц – вроде Ренье, князя Монако, – его высочество.