TanzaLiz - Другая жизнь

— Тогда будь со мной, — Миллс встала и подошла к Эмме, — я здесь, вот она я, и тебе не придётся меня ждать. Я заберу вас, мы с тобой поженимся, и у нас будет семья.

— Ты заберёшь? — Эмма опустила глаза, и её взгляд наткнулся на едва видимое красное пятно на белой блузке Реджины, — что это такое?

Реджина опустила взгляд на свой бок, — чёрт! Царапина немного кровит, не парься. Я вас заберу, и мы на время уедем.

— Царапина? Ну-ка разденься. Что там у тебя? — забеспокоилась Свон.

— Малыш, там царапина, — Реджина отошла от Эммы, — давай поговорим о нас. Куда ты хочешь поехать? В Южную Америку или Европу, может в Канаду?!

— Я никуда не поеду, — кинула Эмма и подошла к Реджине вновь, — разденься, пожалуйста. Дай я посмотрю. Царапина так не кровит.

Реджина замерла.

— Эмма, я должна уехать, мне нельзя здесь оставаться. Хотя бы пару лет мы должны будем пожить подальше отсюда, желательно в другой стране. А потом мы вернёмся, если захотим.

— Реджи… — Эмма тяжело выдохнула, а потом покачала головой и протянула руки к блузке Миллс, начиная расстёгивать пуговички, — пожалуйста, дай я посмотрю. Пятно становится краснее, тебе, наверное, больно. Что там?!

— Дырка, — Реджина вытащила рубашку из брюк и подняла её, — в моей машине лежит сумка, там есть набор.

— Что? Ты что? Ранена? Быстро приляг, — Эмма аккуратно подтолкнула Миллс к кровати, усаживая на неё и присаживаясь перед ней на колени, чтобы лучше рассмотреть рану. Она уже распахнула блузку и была сильно шокирована, так как из-под повязки сильно кровоточило, — о, Господи. Откуда? Стоп. Так в тебя реально стреляли?!

— Один раз, хотя должны были два. У меня даже кровь для Поуп из груди шла. Так что всё хорошо. Не переживай, меня зашивал отличный хирург, и мне просто нужно сменить повязку.

— Это из-за секса. Ты перенапряглась. Лежи, — Эмма сначала взялась за повязку и хотела аккуратно её снять, но тут же убрала руки, — блин, надо же сначала их помыть и приготовить новую, — Свон стала вставать на ноги.

— Эмма, — Реджина поймала Эмму за руку и потянула на себя, так что Свон оказалась лежащей сверху, — успокойся, со мной всё хорошо, а секс с тобой для меня только лекарство.

— Так нельзя, тебе же больно, — Свон пыталась встать, — отпусти, и я поменяю тебе повязку.

— Нет, — брюнетка крепко держала любимую, — мне не больно. Малышка, скажи, что вы поедете со мной.

— Реджи, ты хоть представляешь, что ты спрашиваешь? — Эмма очень тяжело выдохнула и отвернула взгляд, — давай не сейчас. Мы поговорим утром. А сейчас ты отпустишь меня, я сделаю перевязку, уложу тебя спать и успокою маму. Она, наверное, сейчас очень переживает.

— Эмма, я не хочу с зоны на зону. Я хочу, чтобы наша жизнь стала нормальной. Мы купим свой дом, поживём так несколько лет, а потом, если захочешь, вернёмся в США. Мы, конечно, можем сейчас остаться здесь, но это опасно, и я не хочу дёргаться.

— Прошу, дай мне подумать, — Свон взглянула Реджине в глаза совсем неуверенным взглядом, — пожалуйста.

— Недолго. И кстати, я теперь Виктория Мирелис, у меня настоящие документы, и мы можем путешествовать. Я всё сделаю ради тебя и Кевина, — Реджина ослабила объятия.

— Я знаю. Ты вон подстрелилась ради меня, нас. А я… А я хочу промыть тебе рану, — Эмма всё же встала и стала завязывать пояс халата, чтобы выйти из комнаты.

— Ты маме скажешь, кто я? — этот вопрос Реджину тоже очень волновал.

— Я думала рассказать ей позже. Она знает про тебя, но не знает про нас, — ответила Эмма и пошла к двери.

— Она сказала, что ты рассказывала о моей помощи, — Реджина лежала и смотрела на любимую.

— Рассказывала, — подтвердила Эмма и открыла щеколду, — я сейчас. Лежи, пожалуйста, — и вышла из комнаты. Она понимала, что сейчас предстоит трудный разговор с матерью, что нужно ей рассказать про Реджину, про их взаимоотношения, про всё. Но, тем не менее, Эмма надеялась, что мать не будет расспрашивать её сейчас, что она в своей комнате уже прилегла спать. И это было так. Свон с облегчением выдохнула, не обнаружив мать ни в гостиной, ни на кухне, где была аптечка. Через десять минут Свон уже вернулась в комнату к Реджине. Она была безумно рада, что любимая здесь, но в то же время она с диким страхом смотрела в будущее, не зная, что же будет дальше.

— Тут всё совсем не страшно, — Реджина сняла повязку, когда Эмма присела на кровать, — просто дырочка.

— Это не дырочка, это ранение. Из пистолета, — поправила строгим голосом Эмма и тяжело задышала, увидев кровавую дырочку так близко. Её замутило, но всё же, взяв себя в руки, она начала промывать и накладывать новую повязку, — тебя могли убить. По-настоящему. Как ты могла пойти на такое?!

— Меня не должны были убить, — Миллс улыбалась, — всё нормально. А если тебя мутит, то давай я сама?!

— Нет, я сама, — возмутилась Свон, очень медленно делая манипуляции с раной, — ты сумасшедшая! Как меня угораздило влюбиться в тебя?!

— Не знаю, — Реджина была довольна, как мартовский кот, — но я же тоже в тебя влюбилась, а ты не подарок.

— Я не подарок? Да я ангел, а ты чертёнок, — буркнула Свон.

— Зато твой. Весь, без остатка, — Реджина привстала и чмокнула блондинку.

— Ну что ты делаешь? Сейчас опять кровить будет, — возмущалась блондинка и, наконец, прикрыла рану повязкой, при этом выдыхая, — ты будешь лежать здесь, пока окончательно не пройдёт.

— Свон, я уже всё сказала. Мы завтра обо всём поговорим и всё решим, — Реджина любовалась Эммой, но голос был строгим, — мы должны выбрать, а потом там, куда мы поедем, купить дом.

— А как мой дом, мама, бизнес? — Эмма заклеивала повязку. Голос был непонятным, но явно неспокойным.

— Эмма… если хочешь, Марта поедет с нами, да и вообще, вы с Кевином, если она сама не захочет, сможете часто её навещать. А бизнес можешь открыть новый или найти управляющего. В этом городе много людей, вышедших из нашей тюрьмы, нам нужен большой город.

— Это как-то, просто… неожиданно что ли, понимаешь? — Свон занервничала, а руки её задрожали, когда она убирала принадлежности в аптечку, — я хотела тебя устроить к себе, хотела заработать много денег и вернуть тебе долг…

— У тебя нет долга передо мной, мы семья, у нас всё общее, — Реджина вспомнила про самое главное и начала вставать.

— Просто… Ты ранена, ты сбежала из тюрьмы… Господи, ты сбежала из тюрьмы! — вдруг охнула Свон, — я до сих пор не могу в это поверить.

— Не сбежала, а вышла посмертно, — засмеялась Миллс. Она встала и, взяв свой пиджак, достала мешочек, — я уже спрашивала, но сейчас я хочу спросить официально, — девушка достала из мешочка кольцо, — ты выйдешь за меня?