Мерил Сойер - Последняя ночь

Конечно, ей нужен только он. Она знала это и раньше, а после сегодняшней ночи мысль о том, что они могут расстаться, казалась ей просто абсурдной.

Роб повернулся к ней и окинул ее цепким, хищным взглядом репортера. Она поежилась. Ужасно неприятный взгляд! Точно так же он посмотрел на нее при первой их встрече в здании суда.

Он не стал мяться, отводить глаза в сторону, а сразу же перешел к делу:

– Поскольку я хочу быть абсолютно честным с тобой, я должен кое-что сказать…

От такого начала у Даны потемнело в глазах. Теперь она уже нисколько не сомневалась – плохое предчувствие не обмануло ее.

– Я больше не могу встречаться с тобой.

Его слова прозвучали как окончательный приговор, не подлежащий пересмотру. Дана безмолвно застыла на месте, отказываясь верить в услышанное. Она в изумлении смотрела на Роба и не узнавала его – его словно подменили. Страстный и нежный ночью, сейчас он внезапно стал холодным и жестоким. Что с ним случилось? Почему он произнес эти ужасные слова? Внезапно ее осенило.

– Ты беспокоишься за сына? Я прекрасно понимаю, у тебя будет немало забот, ты будешь проводить с ним много времени. Но если причина только в этом, то…

Роб покачал головой.

– Нет. Дело не только в моем сыне, дело в том, что я… что мне… – Роб замолчал, подыскивая нужные слова.

Она вдруг все поняла без его объяснений и сразу же почувствовала себя опустошенной. Зак сказал ей правду. Все, что между ними было, внезапно куда-то исчезло. Она не потеряла самообладания и внешне осталась абсолютно спокойной, но голос, когда она начала говорить, предательски дрогнул:

– Значит… значит, из-за Элен, да? Зак говорил, что вы хотите наладить семейную жизнь. Это правда?

Роб опустил голову и скользнул взглядом по Молли, которая, выгнув спину, терлась о его ноги.

– Да. Мы хотим начать все заново. Ребенок должен жить в полноценной семье, с матерью и с отцом.

– А как же я? – Дане стоило немало усилий сдержать душивший ее гнев. – Ничего не понимаю. Почему ты остался у меня прошлой ночью?! – Она едва не сорвалась на крик.

29

По дороге на работу Дане удалось немного успокоиться. Унялась хотя бы неприятная дрожь в руках, на внутри у нее по-прежнему все клокотало от возмущения и обиды.

Охваченная слепой яростью, она была готова броситься на Роба с кулаками. Как он посмел остаться у нее на ночь, а утром совершенно спокойно заявить, что не будет больше встречаться с ней? Она ругала себя за слепоту, за доверчивость, за наивность – за все то, что не уберегло ее от чар этого мерзавца. Сама, дура, виновата – не прислушалась к голосу разума.

– Ну ничего, ты получила хороший урок, впредь будешь умнее, – злорадно произнесла она, припарковав машину на стоянке перед зданием суда.

Она всю жизнь будет помнить его последние слова: «Почему я остался у тебя?» – равнодушно переспросил Роб, а затем, пожав плечами, заметил: «Я не напрашивался в гости, ты сама захотела, чтобы я остался у тебя на ночь».

Задохнувшись от гнева, она выставила его из дома и захлопнула дверь с такой силой, что стены затряслись, посуда на кухне зазвенела, а Молли, испуганно мяукнув, юркнула под диван.

– Ах, какой негодяй, – презрительно процедила сквозь зубы Дана, проходя мимо видеокамеры, через которую охрана наблюдала за входом в здание. – Просто исключительный негодяй! – Но, даже выругавшись, она не почувствовала облегчения.

Через вращающиеся стеклянные двери Дана вошла в холл. Хотя у нее было тяжело на сердце, она заставила себя улыбнуться охраннику, стоявшему за стойкой металлодетектора.

Вопреки ее ожиданиям мысли о Робе не оставляли ее ни на секунду. Когда она подошла к лифту, ей пришлось собрать всю свою волю в кулак, чтобы не разрыдаться на глазах у людей, сновавших в холле.

Ее раздирали противоречивые чувства. То ей казалось, что она безумно любит Роба, то – что страшно ненавидит. Разум подсказывал Дане единственный выход. Она сможет избавиться от сердечных мук, только наполнив свою душу ненавистью.

Дана решила работать отныне до полного изнеможения и вспоминать о романе с Робом как о кошмарном сне.

Очутившись у себя в кабинете, она мрачно покосилась на кипу документов, лежащих у нее на столе, и подошла к своей любимой картине. К счастью, вчера она успела просмотреть все материалы и до полудня у нее не было срочных дел. Дана стояла перед шелковым полотном, позабыв о времени, и скользила по нему отрешенным взглядом. Из оцепенения ее вывел негромкий стук в дверь.

– Привет. – Ванесса прошла в кабинет и села в кресло у ее стола. – Вчера я не могла дозвониться до тебя весь вечер. Что у тебя с телефоном, сломался?

Дана села в кресло напротив. Вчера Роб отключил телефон, чтобы никто не мешал им заниматься любовью, но зачем об этом знать ее сестре? После секундного колебания Дана все же решила поделиться с Ванессой своими горестями.

– Вчера у меня был Роб, – со вздохом призналась она. – Это он отключил телефон.

– А, все ясно, – рассмеялась Ванесса. – Я заметила, что Роб просто без ума от тебя.

– А по-моему, он просто спятил! – возмущенно воскликнула Дана. – Раньше он говорил, что мы навеки вместе, а вчера заявил, что возвращается к своей бывшей жене. Как тебе это нравится?! – Волна гнева вновь поднялась у нее в душе. – Он самый настоящий мерзавец!

– Он возвращается к жене? – удивилась Ванесса. – Это после стольких-то лет развода? Зачем?

– Его сын ступил на скользкую дорожку. Роб считает, что только воссоединение семьи может спасти Зака от беды.

– Невероятно!

– Да? Брось, мы-то знаем – все мужчины одинаковы. Ничего хорошего от них ждать не приходится!

Ванесса внимательно посмотрела на сестру и мягко упрекнула ее:

– Как ты можешь так говорить? Ты же сама убеждала меня в том, что нельзя на всех навешивать один и тот же ярлык, забыла?

– Ты права, – согласилась Дана. – Гарт – просто сокровище. Пински, Хванг – все они чудесные люди. Ах, мне просто не везет, – со вздохом призналась она.

– Мне кажется, тут что-то не так, – продолжила Ванесса. – Вчера я случайно услышала, как Гарт по телефону спрашивал у кого-то, какие есть улики против Роба. Я не поняла, о чем шла речь, и спросила Гарта. Он сказал, что это конфиденциальная информация и он не вправе ее разглашать. Мне кажется, Роб попал в беду.

– Мне наплевать, во что он там впутался… Он меня больше не интересует.

Ванесса нежно сжала ее руку.

– Дорогая, не говори так. Гарт однажды сказал, что не надо бояться смотреть правде в глаза. Если ты сейчас прислушаешься к этому совету, то сразу же почувствуешь себя лучше. Прими как неизбежное то, что Роб ушел к своей бывшей жене, но не обманывай себя и не говори, что тебе на него наплевать. Это не так.