Марианн Кейс - Каникулы Рейчел

– Нет, – коротко ответила Бриджит, – ты украла его. И тебя поймали. И в следующий понедельник ты должна предстать перед судом. И как только мужчина твоей мечты узнает, что ты будущая заключенная, он тут же сделает ноги.

Кажется, Бриджит надоело играть в эти игры:

– А вообще-то, тебе незачем больше заставлять меня все это придумывать. У тебя уже есть парень.

– Да брось ты, – скривилась я.

– Но это правда! – сказала она. – А кто Люк? Он твой парень, и этого нельзя отрицать.

– Прекрати.

– А что тебя не устраивает? – раздраженно спросила она. – По-моему, он просто замечательный.

– Тогда почему бы тебе самой не начать с ним встречаться?

– Рейчел, – сказала она громко. – Прекрати это. Я сказала, что он мне нравится, а не что я влюблена в него. Честное слово, надо уметь справляться со своей ревностью.

– Я вовсе не ревную! – горячо запротестовала я. Я ненавидела, когда меня называли ревнивой.

– А что же, по-твоему, ты делаешь?

Я не ответила, потому что она навела меня на мысли о Люке. Хотя мне до сих пор трудно было определить, что же именно я к нему чувствую, при упоминании о нем я всякий раз впадала в состояние, подобное гипнотическому трансу. Как будто мои мозги перегорали.

Он был считай мой официальный бойфренд. С того вечера в «Ля бон шери» мы проводили вместе почти каждые выходные. Но теперь, когда я снова заполучила его, проявилась моя обычная раздвоенность, и я уже не была так уверена, что он мне нужен.

Каждое воскресенье я давала себе обещание, что следующие выходные проведу как-нибудь иначе. Это будет что-нибудь ослепительное, со знаменитостями, со звездами, которые не чета какому-то Люку Костелло. Но через шесть дней я опять была не в силах отказать Люку, когда он спрашивал: «Ну, чем ты хотела бы заняться, детка?»

– Правильно, теперь твоя очередь, – сказала я, придя в себя. Мне очень хотелось сменить тему. – Итак, ты переболела зверским гриппом, или нет, погоди, лучше, у тебя было пищевое отравление, потому что ты съела просроченное мороженое, и тебя потом целую неделю рвало.

– От мороженого не рвет, – отрезала Бриджит.

– Разве? Я уверена, что еще как рвет. Впрочем, не имела случая проверить это. Да ладно, не все ли равно! Ты чем-то отравилась, и теперь похожа на скелет. Ты такая тощая, что к тебе подходят люди и говорят: «Бриджит, тебе надо немного набрать, а то ты выглядишь так, как будто только что из концлагеря».

– Здорово! – Бриджит от восторга замолотила пятками по постели.

– Да, люди о тебе шепчутся, и ты слышишь, как они говорят: «Она выглядит просто изможденной». Итак, мы идем на вечеринку, ты сто лет не видела Карлоса, и вот оказывается, что он здесь…

– Нет, – прерывает она, – только не Карлос…

– Почему? – удивляюсь я.

– Потому что с ним покончено.

– Разве? – я еще больше удивляюсь. – Но я не знала, что ты встретила кого-то еще.

– Я никого и не встретила.

– Тогда как же ты смогла с ним покончить?

– Не знаю, покончила и все.

– Ты меня пугаешь, Бриджит, – я посмотрела на нее, как будто видела ее впервые. – Знаешь, Клер всегда говорила: «Единственный способ покончить с одним мужчиной – найти другого». А ты больше ни с кем не спала, насколько я знаю.

– Неважно. И вообще, разве ты за меня не рада? – спросила Бриджит. – Разве ты не рада, что я больше не в разобранном виде?

– Ну да, конечно. Просто я несколько удивлена. Нет, я была не рада. Более того, мне стало как-то не по себе. Я просто не знала, что и думать: сначала это ее повышение на работе, потом разрыв с Карлосом…

Мы с Бриджит всегда были так похожи. Во всем, кроме отношения к карьере, то есть, я хочу сказать, что у Бриджит было какое-то отношение к ней. А в остальном мы примерно одинаково воспринимали окружающую действительность. Да, и еще в одной вещи мы с ней не сходились: во вкусах на мужчин. Наверно, именно поэтому наша дружба длилась так долго. Никаких столкновений интересов, никаких разборок на тему «Это я первая его заметила!». Ничто не могло разрушить нашу дружбу, длившуюся со старших классов средней школы.

Но теперь Бриджит вела себя просто загадочно. У меня в голове не укладывалось, как это она могла вот так взять и перестать страдать по Карлосу. Мне никогда не хватало духу самой отстать от мужчины. Мне всегда требовалась поддержка: чтобы появился следующий мужчина и унизил меня еще до того, как я осознала унижение, причиненное предыдущим.

Когда меня бросали, я сразу же начинала искать утешения. Обычно спала с кем-то новым. Конечно, я далеко не всегда сразу добивалась успеха, но, по крайней мере, старалась двигаться в этом направлении. И все же, я завидовала женщинам, от которых слышала:

– Когда меня бросил Алекс, я просто заперлась в четырех стенах и почти год ни на кого смотреть не могла.

Как бы я хотела тоже не мочь ни на кого смотреть! Потому что мужчины начинают сходить по тебе с ума, если видят, что ты к ним ничего не чувствуешь. И теперь Бриджит вдруг стала вести себя, как такая вот сдержанная женщина с разбитым сердцем. Да как она смеет говорить, что покончила с Карлосом, пока не нашла никого другого?

– Пойди принеси мне из холодильника чего-нибудь… покруче, – сказала она.

– А я и не знала, что Хеленка живет в холодильнике, – брякнула я, и мы обе расслабленно рассмеялись. – Не могу, Бриджит, – извинилась я. – У меня нет сил, я почти в обмороке.

– Ты, никчемная ленивая тварь! – выругала меня Бриджит, – когда приходит Люк Костелло «из семидесятых» со своей штукой наготове, силы у тебя откуда-то появляются.

Лучше бы она этого не говорила, потому что меня тут же пронзило острое желание, которое сейчас было совсем не ко времени, потому что я должна была увидеться с ним только через несколько часов. Внезапно все, что может произойти до этого времени, показалось мне заведомо скучным и бесполезным.

– Тебе что-нибудь принести? – спросила Бриджит, поднимаясь с кровати.

– Принеси-ка нам по пиву, – предложила я.

– Пиво кончилось, – крикнула она через некоторое время из кухни. По голосу я поняла, что она злится. У нее в последнее время так быстро меняется настроение. Что с ней такое, черт возьми!

Трахнуть ее нужно как следует, вот что. Это то, что всем нам нужно. Просто хотелось начать целую кампанию, шагать по улицам с плакатом: «Трахните Бриджит Ленехан!» или «Трахните лучшую девчонку Нью-Йорка!» Возможно, я возглавила бы демонстрацию от «Крутой телки» до «Болота», с криками в мегафон: «Так чего же мы хотим?» И толпа отвечала бы: «Чтобы трахнули Бриджит Ленехан». И тогда я орала бы: «А когда мы этого хотим?» И мне отвечали бы: «Прямо сейчас!»

– М-да, – злобно процедила Бриджит. – Пиво кончилось. Кто бы мог подумать!