Ширли Басби - Любовь возвращается

Прошлое, подумала Шелли, наверное, всегда будет возникать между ними, но их любовь достаточно сильна, чтобы одолеть его горечь.

Ее пальцы сжались в его ладони.

– Ты любишь меня? – тихо спросила она.

– Больше всего на свете, – хрипловатым голосом ответил он, целуя сжатые пальчики. – Никогда в этом не сомневайся. Я тебя очень люблю. – Тут его осенило, и он искоса взглянул на нее. – А теперь настал момент, когда ты попросишь меня доказать это, согласившись жить в доме Джоша?

– И ты бы пошел на это?

– Если бы это был единственный способ стать твоим мужем, да, черт возьми. – Он ухмыльнулся. – Но говорю тебе честно, что уже через несколько месяцев я, вероятно, отыскал бы способ сжечь эту чертову берлогу.

– Чтобы спасти тебя от превращения в поджигателя, я не буду настаивать, чтобы мы жили здесь, – засмеялась Шел-ли. – Думаю, мы можем начать с того, что поживем в твоем доме и посмотрим, что из этого получится.

– Отличная мысль. А ты тем временем подумаешь, что делать с домом Джоша. – Он помедлил в нерешительности. – Шелли, я знаю, что это твоя собственность, и не хочу, чтобы ты считала, будто я желаю, чтобы ты ее продала или что-либо подобное, но нам нужно будет прийти к какому-то соглашению… как-то устроить… хотя во что это выльется, я не представляю. У нас у обоих большие владения, но я не вижу возможности их слияния. – Он скривил губы. – У моего отца случился бы сердечный приступ при одной мысли об объединении земель Грейнджеров и Боллинджеров. – И, помрачнев, добавил: – Ему и так будет трудно принять тебя в качестве моей жены. Мы с тобой разрешили наши проблемы, но не представляю, как отнесется моя семья к нашей свадьбе.

Шелли напряглась.

– Что ж, если это для тебя проблема, можешь просто не жениться на мне!

– Никогда в жизни, – покачал головой Слоан. – Мы женимся, и никто этому не помешает. Отныне вражда Грейнджеров с Боллинджерами не наша проблема. – Он притянул ее, чуть сопротивляющуюся, в свои объятия и поцеловал, пробормотав: – Неужели ты могла подумать, что я позволю кому бы то ни было встать между нами? – И когда она промолчала, слегка встряхнул ее. – Шелли, я люблю тебя. И если из-за этой любви мне придется послать к черту все мое семейство, я сделаю это. Для меня важна ты, а не древняя вражда, зародившаяся задолго до моего рождения. Поняла?

Она сжалилась и со смешком заметила:

– Этот щекотливый вопрос будет время от времени возникать между нами. Не так ли?

– Возможно. Однако пока мы любим друг друга, мы как-нибудь с этим справимся.

Она встретила его пристальный взгляд, увидела любовь, горящую в глубине золотистых глаз, и с твердой уверенностью сказала:

– Да. Да, мы справимся.

После этого они сидели в согласном молчании, сплетя пальцы и чуть покачиваясь на качелях. Мысли их были заняты предстоящими трудностями, которые оба ясно себе представляли. Но они были сильными личностями, за плечами которых была непростая история, личная и семейная… которая всегда будет фоном их отношений и источником сложностей. Шелли вздохнула, думая о доме Джоша. Хотя… Она вдруг подумала, что, может быть, как раз решение этой проблемы существует.

– Хм. Я вот подумала, – медленно начала она, – насчет дома… – Она сделала глубокий вдох. – В нем может жить Ник. – И, все больше загораясь этой идеей, продолжала: – Все получится замечательно. Джош только сдал ему в аренду землю и дом, где он живет сейчас. А раз я буду жить с тобой, он должен находиться здесь, в центре нашей операции со скотом. Тут все у него под боком: коровники, скот, конторы, лаборатория. Ему это будет удобно. Я ведь предпочитаю заниматься бумагами и телефоном, а это можно делать и из твоего дома. А он работает руками, у него опыт скотовода. Что ты об этом думаешь?

Слоан почесал подбородок.

– Знаешь, я давно собирался поговорить с тобой о Нике.

Она настороженно посмотрела на него.

– Да? И что насчет Ника?

– Мне кажется, что вы с ним очень близки… Что довольно странно, ведь когда ты уехала, он был всего лишь подростком. Ты вернулась после семнадцатилетнего отсутствия, и вдруг вы партнеры, он ведет себя здесь как дома. Вы держитесь очень непринужденно для людей посторонних… – Он нагнул голову и заглянул ей в глаза. – Или тут есть что-то, о чем тебе хотелось бы мне сказать? Возможно, Ник не такой уж и посторонний? И поразительное сходство Ника с твоим братом не случайное совпадение? Может быть, Ник Риос на самом деле родственник?

– Ты знал? – ахнула Шелли.

– Лапушка, ты забыла, что мы живем в Дубовой долине? – сухо проговорил Слоан. – Вся долина знает… или подозревает, что Ник – сын Джоша. Это было любимой темой для разговоров всех старых сплетниц многие годы. Я услышал об этом в шестнадцать лет. Подслушал случайно, как моя мать и несколько ее друзей притворно сочувствовали твоей матери, которую Джош поставил в такое неловкое положение.

– О Господи, – вздохнула Шелли, – бедный Ник. И Мария. Неудивительно, что она не хочет об этом говорить… Ручаюсь, что эти старые ведьмы не раз в прошлом запускали в нее когти. – Она нахмурилась. – Ты думаешь, Ник знает, какие сплетни ходят о нем?

– Наверное, нет. Едва ли найдется кто-нибудь, кто подойдет к нему и прямо спросит, правда ли это. – Подняв бровь, он поинтересовался: – Так это верно? Ник – сын Джоша?

– Думаю, да, – кивнула Шелли.

– Думаешь?

Она скорчила гримаску.

– Мы ничем не можем это доказать. Мария молчит, но даже если бы она объявила, что Ник – сын Джоша, это все равно ничего бы не изменило. Моя ДНК может подтвердить, что мы родственники… но не то, что Джош – его отец. Ник выглядит как Грейнджер – Роман сразу это заметил, – но это тоже ничего не доказывает. А Джош при жизни ничего не сделал, чтобы признать Ника, и тело его было кремировано… то есть его ДНК нам не достать. И значит, никакого способа доказать его отцовство у нас нет.

– Так что же ты собираешься с этим делать?

– Не знаю. Мы с Ником все время об этом говорим. Сейчас он спокоен, потому что я ему верю и обращаюсь с ним как с племянником. – Шелли стиснула кулачки. – Я обсуждала это с адвокатом, но Сойер, осторожный хитрец, не хочет в это ввязываться… Он говорит, что Ник просто пытается отхватить часть имения. – Голос ее дрожал от гнева. – Это несправедливо… Джошу следовало завещать ему что-то. Нику полагается половина ранчо, и он должен иметь право называть Грейнджеров своими предками. Он мой племянник, но мы притворяемся, что он просто сын домоправительницы. И сейчас он живет в подвешенном состоянии: не Риос и не Грейнджер. – Она бросила на Слоана взгляд из-под ресниц. – Если бы все зависело от меня, я бы признала его открыто, и дело с концом… отдала бы ему половину имения…так что помни: женясь на мне, ты тянешь жадные ручки лишь к половине грейнджеровских земель.