Джилл Мэнселл - Только ты и я

Ну вот. Теперь все сказано.

— Выслушай меня. — Паркер, все эти дни проявлявший исключительное терпение, устремил на нее взгляд, которого она и боялась. — Я люблю тебя. Ты значишь для меня все. Но я не могу бросить свою фирму. Это будет нечестно по отношению и к моим сотрудникам, и к моим клиентам. Я не могу их подвести. А еще я не смог бы жить с тобой и не работать. Я бы превратился в полнейшего паразита. Люди стали бы считать меня… никчемным.

Кей почувствовала, как к горлу подкатил комок. Он абсолютно прав, и ей лучше любого другого известно, как работает голливудская машина сплетен и насколько злобными эти сплетни могут быть.

— Извини. — Паркер прижал ее к себе. — Спасибо, что спросила. Думаю, тут дело в мужской гордости. Я создал успешный бизнес, и горжусь этим. Но ведь мы сможем видеться, правда? Как-нибудь уладим этот вопрос. От Нью-Йорка до Лос-Анджелеса всего шесть часов лету.

Из его уст все это звучало разумно, но шесть часов — это только в теории. А если прибавить к этому дорогу до и от аэропорта, очередь к пункту досмотра и различные задержки, которые обычно сопровождают ее во всех путешествиях как рой комаров, то получится все десять. Кей посмотрела в окно на освещенные заходящим солнцем пологие холмы под оранжево-фиолетовым небом. Она никогда не принадлежала к тем, кто любит летать. Если проанализировать рабочий день Паркера и ее очень плотный график съемок, смогут ли они найти время, чтобы побыть вместе?

Вряд ли. А если и найдут, его будет недостаточно, чтобы их отношения можно было назвать нормальными, это уж точно.

Глава 56

— Солнышко, послушай. Мне надо знать, как ты к этому относишься, и я хочу, чтобы ты была абсолютно откровенна.

— Ой, мам, взгляни на себя, ты какая-то дерганая. — Энергично замотав головой, Лу весело заявила: — Со мной все в порядке. Ты вернула то, чего лишилась, и это здорово. Они предлагают тебе такие деньги, и надо быть сумасшедшей, чтобы посылать их.

Однако Кей продолжала мучиться угрызениями совести.

— Знаю, знаю. Но мне так хорошо жилось здесь; я радовалась, что могу видеть тебя каждый день.

— Я буду прилетать к тебе на каникулы. — В отличие от Кей Лу обожала летать. — И мы же будем на связи, когда ты вернешься в Штаты, правда? Как раньше! Мам, мне здесь хорошо, с Тилли и папой. — Неожиданно покраснев, Лу сделанным безразличием добавила: — И кажется, за мной ухаживает один мальчик, поэтому я не хочу уезжать.

— Серьезно? — Кей, которую переполняли эмоции, обняла ее. — Это же замечательно. Он хороший?

— Нет, ужасный. — Лу улыбнулась и закатила глаза. — Это Кормак.

— А, так он из твоего класса. — Кей очень смутно представляла его. — Светловолосый, с хорошей фигурой?

— Капитан футбольной команды. — Лу явно была горда. — Он действительно хороший. Мы пока не встречаемся. Но много переписываемся и за обедом сидим рядом. Зато в школу ходить интереснее. Так что прекрати паниковать и спрашивать, буду ли я против, если ты переедешь в Штаты. Честное слово, не буду. Меня больше волнует, как вы с Паркером все это уладите.

Кей грустно проговорила:

— Меня тоже.

— Мам, он мне очень нравится.

— Мне тоже.

— Тебе надо убедить его передумать насчет Нью-Йорка.

Ну чем она заслужила такую дочь? Погладив Лу по щеке, Кей сказала:

— Знаю, солнышко. Я стараюсь.

Все семеро — восемь, если считать Бетти, — собрались в гостиной Бич-Хауса. Присутствие Джека нервировало Тилли. А нервное состояние, в свою очередь, пробуждало голод. Подойдя к столу, она взяла хлебную палочку, разломила на четыре части и один кусочек обмакнула в гуакамоле. Пробовать стоявшие на столе соусы было проще, чем смотреть на Джека, поэтому она принялась обмакивать обломки палочки во все соусы по очереди: сначала в сырный чили, потом в сальсу, потом в майонезный…

— Фу, от тебя несет чесноком. — Лу протестующе замахала на нее руками.

Верно, майонезный-то с чесноком. Тилли поняла, что превысила свой лимит по чесноку, по тому, что уже не ощущала его вкус.

— Эти очень вкусные. — Она указала хлебной палочкой на миски с соусами. — Тебе стоит попробовать.

— Бр, нет уж, спасибо. Мне завтра в школу. Не хочу отпугнуть Кормака.

— А вот и Эрин. Она-то уж точно не испугается запаха чеснока.

Эрин поморщилась:

— Кажется, ты немного переборщила.

— А кому какое дело? — Протянув руки к Бетти, Тилли позвала собаку: — Иди сюда, красавица моя. Ты же любишь меня, правда? — Тилли села на корточки. Бетти подбежала к ней, но в следующее мгновение отпрянула и со сдавленные лаем убежала прочь. — У меня такое чувство, будто у меня проказа. — Тилли уже жалела, что так увлеклась соусами. С другой стороны, личной жизни у нее нет, так что рисковать нечем. — Как продвигается продажа дома?

— Очень хорошо. Сегодня днем Фергус показывал его еще двум парам.

Эрин слегка поморщилась: у нее было непростое отношение к этому дому. Когда Фергус и Стелла разошлись, Фергус переехал на съемную квартиру, а теперь он — полноправный владелец дома, так как покупали они его вместе. Примерно через год, когда они с Эрин решат, что все приличия соблюдены и им можно пожениться, они купят новый дом в Роксборо.

— Итак, все здесь. Я хочу сказать несколько слов. — Кей захлопала в ладоши, привлекая к себе внимание.

Макс уточнил:

— Всего несколько? Это впервые.

— Как вы знаете, мы с Паркером завтра уезжаем. — Кей поманила к себе Паркера, он подошел и встал рядом. — Я буду очень сильно скучать по вас всех. По некоторым даже сильнее, чем по другим. — Она многозначительно посмотрела на Макса, потом улыбнулась. — Как бы то ни было, суть в том, что я приняла решение. Я не стану возобновлять контракт с «Над радугой». Я даже не вернусь в Лос-Анджелес. Потому что я поняла, что мне гораздо сильнее хочется поехать в Нью-Йорк. — Повернувшись, она увидела выражение изумления и недоверия на лице Паркера — было ясно, что ее решение стало для него полной неожиданностью, — и добавила: — Если этот человек уверен, что такой расклад его устраивает.

Паркер, лишившись дара речи, просто беспомощно закивал.

— И я предупреждаю тебя, — сказала ему Кей, — сейчас был бы не самый подходящий момент заявить мне, что тебя дома ждет жена.

Макс не удержался и вмешался:

— Или муж.

Паркер схватил Кей за руки.

— Ты уверена? Серьезно?

— А что важнее: играть в глупой, бессмысленной гламурной «мыльной опере» или жить с человеком, который значит для тебя все? — В глазах Кей заблестели слезы. — Ну, я надеюсь, что мне предложат что-нибудь в Нью-Йорке, например в театре. Но кто знает, предложат ли? Зато мне посчастливилось встретить замечательного человека. Я не настолько глупа, чтобы рискнуть потерять его.