Джастин Валенти - Одна лишь ты

Мередит присела на край постели и долго задумчиво смотрела на мужа.

«Что-то с ним происходит, — напряженно думала она. — Что-то такое, о чем он не рассказывает даже мне. И я должна непременно это выяснить».

Продюсер Шерон Макьюэлл организовала ленч в ресторане «21», чтобы обсудить вопросы, связанные с предстоящей постановкой мюзикла «Елена! Елена!» в одном из лондонских театров. На ленче присутствовали два англичанина: Брайан Уитт, продюсер, и Шон Блейн, режиссер. Дженнифер сидела рядом с Шерон, внимательно слушала ее и краем глаза посматривала на Патрика, расположившегося на противоположном конце стола. Лишь один раз их взгляды встретились, но они тотчас же опустили головы.

Уже два с половиной месяца они не встречались, а Дженнифер так и не удалось вытеснить из сердца любовь к нему.

Она поселилась в квартире на Западной Семидесятой улице и впервые за многие годы жила одна. Но одиночество не пугало ее: Дженнифер часто встречалась с друзьями и даже наслаждалась недавно обретенной независимостью. И жизнь ее текла бы спокойно и размеренно, если бы не Патрик. Она подолгу думала о нем, вспоминая встречи с ним.

— Мы предполагаем расширить несколько сцен, кое-что убрать и добавить сцену битвы, — говорил Шон Блейн. — Включить два или три новых музыкальных номера.

— И мы очень хотели бы, чтобы композитор и автор либретто приехали в Лондон и в течение четырех-пяти недель поработали над новой версией мюзикла, — добавил Брайан Уитт.

— По-моему, ваше присутствие в Лондоне просто необходимо! — поддержал его Шон Блейн.

Сердце Дженнифер сильно забилось, и она вдруг поняла, что очень соскучилась по работе. В последнее время Дженнифер занималась только финансовыми и хозяйственными проблемами, связанными с переездом на новую квартиру, и не написала ни строчки для нового мюзикла.

Взглянув на Патрика, она увидела его сияющие глаза и радостную улыбку. Он молчал, ожидая, что ответит лондонским коллегам Дженнифер. Захочет ли возобновить с ним сотрудничество и снова, как прежде, проводить вместе долгие часы? Или их договоренность не видеться и не встречаться до сих пор остается в силе? К тому же в Лондон Патрик поедет один, без Мередит… А кроме того, существует и еще одна, весьма уважительная причина: Дженнифер — соавтор спектакля и, разумеется, должна интересоваться его дальнейшей сценической судьбой.

Дженнифер ответила англичанам, что согласна поехать в Лондон и поработать над мюзиклом, и только тогда Патрик кивнул. Обсуждение продолжилось, а Дженнифер и Патрик обменялись многозначительными взглядами.

Неожиданно в ресторан вошла Мередит. Пока она продвигалась между столиками, отовсюду доносились восхищенные возгласы:

— Это Мередит О'Нил! Та самая… актриса… звезда… исполнительница роли Елены!

Мередит с очаровательной улыбкой подошла к столу, села и согласилась выпить чашку кофе.

— Нет, спасибо, я не голодна, — сказала она, когда все наперебой стали угощать ее. — Я была здесь неподалеку и решила заглянуть к вам на минутку. О, как я вам завидую! — улыбаясь, добавила она. — Вот если бы я могла одновременно находиться в двух местах: и здесь, и в Лондоне!

Выражение лица Мередит, ее искусственная улыбка и тон не понравились Дженнифер и насторожили ее. Удивляло и то, что Мередит едва кивнула ей, а на мужа даже не взглянула, словно его и не было.

Выпив кофе и сказав, что с радостью посидела бы в хорошей компании, но у нее; к сожалению, назначена важная встреча, Мередит ушла.

Когда ленч закончился, Патрик подошел к Дженнифер и с надеждой заглянул ей в глаза.

— Итак, мы едем в Лондон?

— Мы едем в Лондон работать, — со значением промолвила Дженнифер. — Не забывай, ты мне обещал…

Взгляд Патрика потускнел.

— Я всегда держу свое слово, — сухо бросил он и быстрыми шагами направился к выходу.

Через несколько дней после ленча, когда Дженнифер сидела дома и просматривала либретто «Елены», раздались звонки в дверь. Дженнифер вздрогнула от неожиданности. Интересно, кто это, ведь она никого не ждет. Распахнув дверь и увидев Мередит, Дженнифер застыла от изумления.

— Ты? — растерянно промолвила она. — Заходи, пожалуйста!

Мередит молча прошла в гостиную и опустилась в кресло.

— Хочешь выпить?

— Да, налей мне виски со льдом и себе тоже.

Сердце Дженнифер гулко забилось. Ее охватило предчувствие беды. Что-то случилось с Патриком? С Лиссой? Дрожащими руками она налила виски в два стакана и один протянула Мередит. Залпом выпив, та негодующе произнесла:

— Мне все известно. Я знаю, что у вас с Патриком роман!

Дженнифер показалось, что у нее остановилось сердце и она сейчас задохнется и умрет. Судорожно глотнув виски, Дженнифер заставила себя взглянуть в лицо Мередит.

— Это Патрик тебе сказал? — Голос ее дрожал.

— Нет! Неужели, по-твоему, я способна унизиться до расспросов? — возмутилась Мередит.

— Ты ошибаешься… Поверь…

— Дженни, не морочь мне голову! Ты же влюблена в него как кошка! Думаешь, я слепая и ничего не вижу? Я еще в Бостоне заметила, как ты на него смотришь! Буквально пожираешь глазами! Но тогда я не придала этому значения, считала, что это ваши с ним обычные штучки! Ах, Райленд и Латтимор! Мы такие возвышенные, талантливые! — Мередит брезгливо поморщилась и отошла к окну. Некоторое время она молча смотрела в него, а потом обернулась и с презрением продолжила: — Полагаешь, я дурочка и ничего не понимаю? Тебя бросил муж, и теперь ты решила увести моего? Так, Дженни?

— Мередит, уверяю тебя… — пролепетала Дженнифер. — Я не…

— Не смей мне лгать! Вот, смотри! — Она обвела рукой гостиную. — Это напоминает безликий гостиничный номер, а не комнату молодой женщины! А знаешь почему? Потому что ты сняла квартиру впопыхах, на время, лишь бы дождаться поездки в Лондон и там развлекаться с чужим мужем! Вы с Патриком все очень хитро придумали: пока я каждый день работаю в театре, вы будете прохлаждаться в Лондоне и заниматься любовью!

— Мередит, это неправда…

— Я не верю тебе, Дженни! Не верю, потому что давно и хорошо тебя знаю! И вижу насквозь! Ты любишь Патрика и всегда любила его! Я никогда тебе не доверяла, с того самого дня, как вы начали с ним сотрудничать.

Дженнифер попыталась что-то сказать, но Мередит с искаженным от ярости лицом продолжала:

— Патрик — мой муж, отец нашей дочери, и если ты забыла об этом, я напомню тебе. Твоя семейная жизнь рухнула, и ты решила разрушить мою? Нет, Дженни, у тебя ничего не получится, я не позволю тебе увести моего мужа! Не позволю! Да, я всегда боялась, что его подцепит какая-нибудь юная хищница — охотница за чужими деньгами и славой, как это случилось с твоим Тони. Однако я никогда не предполагала, что ты окажешься настолько бессовестной. Конечно, ты осталась одна, и тебе надо как-то устраивать свою жизнь, но не надейся отнять у меня Патрика. Я специально тогда зашла в ресторан, на ленч, чтобы лишний раз увидеть, как ты пожираешь его глазами. И увидела!