Анжела Марко - Счастье Мануэлы

Он провел ладонью по лбу и проговорил:

— А теперь я вам скажу о самом важном.

Бернарда затаила дыхание.

— Дело в том, что у вашей дочери очень запущенная форма одной очень опасной болезни…

— Я знаю об этом, — с легким испугом ответила женщина, предчувствуя что-то недоброе.

— Болезнь прогрессирует, и ее необходимо срочно лечить. Иначе…

— Что иначе? — не выдержала Исабель.

— Короче, у вас в запасе еще месяц, максимум два… а потом, увы, ни я, ни кто-то другой уже не сможет вам помочь… Так что спешите.

— Нам необходима неделя на утряску финансовых дел, и мы сможем заплатить или предоставим документ, гарантирующий оплату, — пообещала Бернарда.

Маркес повернулся к Исабель и произнес:

— В прошлый раз мы проводили небольшое обследование. Для уточнения некоторых данных мы должны с вами еще немного поработать…

— Я согласна, — кивнула молодая женщина.

— Мне же необходимо отлучиться по очень важным делам на два часа, — решила воспользоваться моментом Бернарда.

— В таком случае наши планы совпадают, — улыбнулся Маркес. — За это время мы успеем провести необходимые тесты…

— Спасибо, — поблагодарила домоправительница и поспешила на встречу с Пинтосом.

Адвокат уже несколько часов рассуждал над тем, явится ли Бернарда. Аванс он уже истратил на предварительный взнос за печать и настоящую подпись настоящего нотариуса… Мысли о том, что вдруг можно остаться без гроша, наводили на Пинтоса невообразимый ужас. Он то и дело доставал платок и вытирал большие капли пота на лбу, появляющиеся через каждые пять минут.

«Если придет, то потребую сорок процентов!» — решил он и немного успокоился.

Именно в этот момент и вошла Бернарда.

— Добрый день, — небрежно бросила она и уселась на стул.

— Добрый, добрый, — заискивающе кивнул Пинтос.

— Как идут у нас дела? — сразу же заговорила о главном домоправительница.

Адвокат молча выдвинул шуфлядку, достал из нее какую-то бумагу и, протянув посетительнице, предложил:

— Посмотрите сами.

Бернарда схватила документ и узнала в нем листок, написанный Исабель. Однако теперь на нем стояла печать нотариальной конторы и рядом красовалась замысловатая подпись нотариуса.

— Все в лучшем виде! — с гордостью произнес Пинтос.

Бернарда положила документ на стол и холодно заметила:

— Я все равно в этом ничего не понимаю… Меня интересует другое.

— Что же?

— Как скоро решится вопрос с наследством.

— Я думаю, понадобится месяца два-три, — произнес Пинтос, стараясь придать своему голосу солидность.

— Два-три?! — растерялась Бернарда.

— Да, — кивнул адвокат. — Но если сеньор Фернандо пойдет на уступки и не будет специально затягивать решение этого вопроса, то мы управимся за полтора месяца.

— Меня это не устраивает! — категорично заявила домоправительница.

Пинтос развел руками.

— Но, что я могу поделать… — пробормотал он. — Таковы правила…

По щеке Бернарды сбежала одинокая слезинка. Адвокат, решив, что это самый подходящий момент для того, чтобы поднять цену, сделал сочувственное лицо и задумчиво протянул:

— Можно попробовать и за месяц… Но потребуются дополнительные расходы…

Бернарда резко подняла голову.

— Сколько?

Пинтос на мгновение замялся, а потом, колеблясь, проговорил:

— Мне трудно определить точную сумму…

— И все же?

Внезапно глаза адвоката заблестели, и он сделал свой победный прыжок.

— Сделаем проще, — убежденно сказал он. — Определим сумму не в тридцать процентов, а в сорок. Вас устраивает такой вариант?

— Но это же грабеж! — возмутилась Бернарда.

Пинтос усмехнулся.

— Найдите другого адвоката, который сделал бы для вас то, что делаю я.

Бернарда резко встала со стула.

— Я согласна, — холодно сказала она. — Но это последнее повышение вашей доли.

— Да разве я для себя беру? — не моргнув глазом, принялся придуриваться адвокат. — Я же хочу, чтобы вам было лучше…

— Перестаньте, вы переигрываете, — махнула рукой Бернарда и спросила: — Когда вы собираетесь сообщить сеньору Фернандо о том, кто является прямым наследником Исабель?

— На следующей неделе. Нужно еще договариваться…

Бернарда сверкнула глазами.

— Вы сделаете это сейчас, — приказала она. — А встречу назначите на послезавтра. Ясно?

Пинтос, не ожидавший такого напора со стороны домоправительницы, испугался и задрожавшей рукой потянулся к телефонной трубке.

— Но Фернандо без адвоката Морело ничего предпринимать не будет… — пробормотал он.

— Звоните! — властно произнесла Бернарда.

— Хорошо, — кивнул адвокат и через несколько секунд буркнул в трубку: — Мне сеньора Фернандо Салиноса, пожалуйста… Адвокат Пинтос беспокоит… Добрый день, сеньор Фернандо. Вы интересовались документом и личностью матери?.. Да, я готов показать вам эту бумагу послезавтра. Вас устраивает?.. Сеньор Морено приехал?.. Замечательно. Тогда я вас жду ровно в двенадцать… До встречи.

Пинтос положил трубку и вытер платком обильный пот со лба.

— Теперь вы довольны? — спросил он, уже без страха глядя Бернарде в глаза.

— Не совсем, — отозвалась та.

— Что еще соблаговолите? — с издевкой спросил хозяин кабинета.

— Я должна присутствовать при вашей встрече.

Пинтос усмехнулся.

— А вы не опасаетесь гнева Салиноса?

— Я не собираюсь сидеть с ним за одним столом. Неужели вы не поняли этого?

— В общем-то понял… — адвокат почесал затылок, пытаясь догадаться, что на уме у домоправительницы.

— Я буду вон за той дверью, — Бернарда указала на комнату, где хранились архивы.

— Меня устраивает, — поспешил согласиться Пинтос и, вспомнив о документе, взял его и положил назад в шуфлядку. — Тогда встретимся через день в одиннадцать тридцать. Договорились?

— До свидания, — бросила домоправительница уже с порога.

— До скорой встречи, — усмехнулся Пинтос и радостно потер руки…

Бернарда возвратилась в клинику немного позже назначенного времени, и Исабель ожидала ее в приемной. По дороге домой домоуправительница пыталась расспросить дочку о том, что произошло за время ее отсутствия, но Исабель упрямо молчала. Когда же они пришли в спальню, дочь, не разуваясь, упала на кровать и громко зарыдала.

— Что с тобой? — испуганно спросила Бернарда и погладила дочь по спине.

Однако та резко отпрянула и закричала:

— Не прикасайся ко мне!