Оливия Карент - И назову тебя Альба Эстер

Все дружно захохотали, а девушка скептично посмотрела на Елену и насмешливо сказала:

— Ты — очень наивная? Да? Почему ты уверена, что не такая, как все?

— Потому что здесь я — хозяйка, — с ослепительной улыбкой пояснила Елена.

Гости изумленно уставились на нее, а девушка осмотрелась вокруг и уточнила:

— Но это же — яхта Майкла Кренстона? Я не ошибаюсь?

— Да! — раздался его громкий голос. — Моя и моей жены — Елены Кренстон, которая перед вами. У нас — свадебное путешествие.

Воцарилось всеобщее молчание… Все заново оглядели Елену, а потом принялись знакомиться и поздравлять ее и Майкла.

— Вы извините меня, пожалуйста, — тихо обратилась к Елене девушка. — Я болтала всякие глупости! Не обращайте внимания.

Затем она подошла к Майклу.

— Майкл, я хочу извиниться. Я — непроходимая дура! Прости!

Он удивленно посмотрел на нее и улыбнулся, не понимая ее слов. Затем, когда все выпили за счастье новобрачных, проводил гостей.

Весь день Майкл ухаживал за Еленой, используя, как никогда прежде, все свое обаяние, стараясь держаться непринужденно и спокойно. Вечером они поиграли в бильярд, от души повеселились и вволю насмеялись. Войдя в каюту, Елена удивилась, услышав просьбу Майкла войти. Только теперь она вспомнила, что они не попрощались, как делали это всегда.

— Эли, я совсем забыл!.. — быстро заговорил вошедший Майкл. Он держал в одной руке два бокала, а в другой — бутылку вина. — Я обнаружил сегодня этот чудесный напиток. Предлагаю его немедленно попробовать!

Недоумевая и смеясь, Елена возразила:

— На ночь? Майкл, ты сошел с ума!

— Эли, ты не представляешь, от чего отказываешься! — убеждал Майкл, разливая вино по бокалам. — Давай выпьем за то, чтобы это путешествие осталось незабываемым!

Елена с сомнением покачала головой, но потом все-таки взяла протянутый Майклом бокал.

— Ну что ж! Тост прекрасен! Такой сказочный отдых, действительно, невозможно забыть! — оживленно поддержала Елена.

Они дружно выпили. Вино было великолепным.

— А теперь выпьем, — не успокаивался Майкл, снова наполняя бокалы, — за счастливое плаванье нашей семейной яхты. Как говорят моряки, семь футов под килем!

Елена опять засмеялась. Но Майкл так забавно и торжественно произносил свои тосты, что она не смогла отказаться и с удовольствием выпила и этот бокал.

Щеки ее порозовели, глаза ослепительно заблестели за стеклами очков. Майкл подошел и осторожно снял их. Затем обнял Елену и приник своими губами к ее губам.

За это время она настолько привыкла к Майклу, что, игнорируя доводы рассудка, пылко отвечала на его поцелуи.

Он сразу почувствовал в ней ту ответную страсть и желание, которые таило ее восхитительное тело. Поцелуи становились все более продолжительными и неистовыми. Майкл восторженно ласкал трепещущее тело Эли, сжимая в своих объятьях. Он поднял жену на руки и, положив на кровать, жадно целовал ее, предвкушая удовольствие и счастье обладания. Потом принялся быстро раздевать ее, одновременно и с себя сбрасывая одежду.

Майкл сжимал в своих объятьях обнаженную Эли, чувствуя, как возбуждена она, с каким упоением предается наслаждению.

— Эли… любимая… моя!.. Эли…

Майкл пылко и страстно покрыл поцелуями ее лицо, шею, плечи, затем нежно дотронулся губами до ее груди…

— Нет! Боже мой! Нет!!! Нет!!!

Внезапно Елена оттолкнула Майкла. Ее начал сотрясать озноб. Она отползла в угол кровати, пытаясь натянуть на себя край одеяла.

— Опять «нет»?!! — задохнулся от ярости и гнева Майкл. — Что… черт побери!.. происходит? Я хочу… знать!.. Теперь-то в чем дело?.. Ты что, издеваешься надо мной?!! Немедленно объяснись, иначе я… я… за себя не отвечаю!!! В чем дело, Елена?!!

На лице Майкла не отражалось никаких других эмоций, кроме злости и еле сдерживаемого неистового раздражения. Елена громко разрыдалась.

— Я жду!!! — нетерпеливо потребовал он.

— Майкл!.. — всхлипнула Елена. — Я ничего… не смогла с собой поделать!.. Она сказала, что эта яхта… на этой кровати… А теперь — моя очередь?.. И ты… так же… только с ними… а теперь… со мной… Я не могу не думать об этом, Майкл! Не могу!..

Он сильно потер лоб и виски, долго молчал, потом тихо заговорил:

— Эли, милая, ты говоришь ерунду. Ты — совсем другое. Особенное. Потому что я люблю тебя. Я объяснял тебе раньше и утверждаю сейчас, что никому никогда этого не говорил. Только тебе, единственной. Эли, милая, я люблю тебя. Поэтому ничего общего с тем, о чем ты говоришь, наши отношения не имеют. Пойми, Эли, секс и любовь — это совсем разные понятия. Прошу тебя, выброси все эти дурацкие мысли из головы! Пойми, есть только ты, я и наша любовь. Эли…

Он потянулся к ней, но она поспешно и категорично попросила:

— Нет, Майкл. Пожалуйста… Нет… Уходи!

Он встал, оделся, пристально посмотрел на нее и, вздохнув, сказал:

— Ты не права, Елена. Человека любят таким, какой он есть. Со всеми достоинствами и недостатками. Я такой, какой есть. Да, у меня есть прошлое. Во многом — неудачное. Но ничего изменить в нем я, увы, не в силах! Поменять все здесь, — он обвел вокруг руками, — после нашей женитьбы было гораздо проще. Так что ты напрасно волновалась из-за этой кровати и прочей обстановки. Я старался зачеркнуть свое прошлое. И очень хотел стать счастливым с любимой женщиной. Я сделал для этого все! Не получилось… Обидно, конечно!.. Но заставить тебя, Елена, полюбить меня я тоже не могу. Поверь, сейчас мне больно ничуть не меньше, чем тебе. И я ухожу. Спокойной ночи, Елена.

В кабинете Майкл лег, не раздеваясь, на диван, положил руки за голову и закрыл глаза.

«Я проиграл… — думал он с болью в душе. — Ни одной женщины я не добивался так отчаянно, как Эли. Ни одной не желал с такой неистовой страстью, как ее. И ни одну женщину я никогда не любил. Почему, почему моя первая и единственная любовь такая обреченно-безысходная, такая безнадежная? Где же те счастье и радость, что дарит любовь, о чем столько говорят и пишут? Все, все бесполезно и бессмысленно. Когда, казалось бы, счастье — вот оно, рядом, только протяни руку — Эли ускользает. Я все время бегу к ней изо всех сил, преодолевая тысячи преград, а она не становится ближе. И сегодня, сегодня… Если бы я только мог предположить, ЧТО эти идиоты успеют наговорить Эли за какие-то несколько минут!!! И выбрал именно этот проклятый вечер, чтобы назвать ее, наконец, своей! Хоть бы что-нибудь меня остановило!!! А теперь в ее голове только эта дурацкая мысль о моем прошлом. Что же делать? Наверное, необходимо, чтобы прошло какое-то время, чтобы она успокоилась, чтобы поняла, что мне нужна только она, что я забыл, забыл, забыл все то, что было раньше. Значит, снова ожидание, черт бы его побрал! Но я готов ждать. А Эли? Теперь она вновь вернется к идее развода и отъезда. Как, какими аргументами я смогу удержать ее? Ну должна же она понять, что мы можем быть счастливы, что мы любим друг друга! И почему, почему, почему должны расстаться? Миллионы людей живут вместе, многие — без всякой любви, а мы… мы… два любящих человека выберем разлуку?.. Я не знаю, что делать… Я лишь понимаю, что Эли не права, что идеальных людей нет, что она хочет чего-то невозможного… Ну почему она упорно видит лишь мои недостатки? Что, во мне нет никаких достоинств? И разве я совсем недостоин любви? Это же не так! Должна же Эли понять это, в конце концов? Или она разобьет мне сердце, да и себе заодно?.. «До самого утра Майкл так и не уснул.