Барбара Вуд - Китайская шкатулка

— Как вы думаете, он сможет убедить ее дать показания? — спросил Гидеон.

Как всегда, он шел рядом со мной, пока мы пробирались сквозь толпу. Газеты это всячески использовали и все время говорили о «постоянном присутствии мистера Гидеона Барклея». Мистер Уинтерборн несколько раз предлагал Гидеону держаться от меня подальше, но, естественно, тот остался глух к его советам.

— Трудно сказать. Но мой человек умеет уговаривать, — ответил с улыбкой адвокат. — Особенно женщин. Я велел ему завуалированно намекнуть ей, что она получит вознаграждение, если выступит свидетельницей. Не совсем этично, но весь этот суд все равно уже превратился в фарс.

Мистер Уинтерборн попросил у судьи сделать перерыв, пока мы ждем нового свидетеля. Тот дал нам час времени.

Это был самый длинный час в моей жизни. Мы ходили взад и вперед по коридору, смотрели на оба входа и на часы, а Дракон и его заметно выросшее окружение сидели на скамьях у окна, негромко переговаривались и громко смеялись. Только однажды Дракон торжествующе посмотрел в мою сторону, и я подумала, что все-таки не могу понять, за что он меня так ненавидит.

Бетти Чан так и не пришла.

— Где же ваш свидетель, мистер Уинтерборн? — спросил судья, как только все расселись по местам.

— Ваша честь, если бы мы только могли…

— Мистер Уинтерборн, так у вас есть свидетель или его нет?

— Ваша честь, я прошу…

Двойные двери распахнулись, и в зал вошел частный детектив мистера Уинтерборна. Все завертелись и заерзали, предчувствуя драму, а детектив подошел к загородке и спокойно сказал:

— Бетти Чан мертва. Ее тело только что выловили из залива.

Вероятно, я вскрикнула, потому что судья снова стукнул своим молотком, призывая к порядку. Я увидела бледное лицо Гидеона, и мне показалось, что я заглянула за край мира. Открылась бездна, готовая поглотить меня. Я знала, что сейчас все потеряю — мою компанию, мое доброе имя, мою мечту…

Когда мой муж медленно поднялся на ноги, я решила, что он собирается выйти из зала. Вместо этого, к моему огромному удивлению, он непривычно громко произнес:

— Я свидетель, ваша честь! — и повернулся к мистеру Уинтерборну: — Я готов свидетельствовать.

Адвокат изумленно посмотрел на него, потом повернулся ко мне, выразительно подняв брови. Но я не представляла, что собирается сказать мистер Ли.

Я смотрела, как он подходит к свидетельскому месту — этот высокий человек с редеющими волосами, всегда казавшийся мне старше своих лет, — спокойный, напоминавший монахов-ученых. Встав за загородкой, он достал конверт и протянул судье. Его голос отчетливо звучал в тишине зала:

— Здесь справка, удостоверяющая отличное состояние моего здоровья. Осматривавший меня врач находится сегодня здесь. — Затем, к моему ужасу, мистер Ли достал из кармана бутылку. — Я купил этот пузырек тоника «Сильный мужчина» на Грант-стрит в магазине Фэн Юаня. Я просил владельца запечатать бутылочку. — Мистер Ли протянул ее судье. — Как вы видите, она все еще запечатана. Хозяин магазина тоже сегодня здесь.

Все задвигались и зашептались, недоумевая. Я сидела и не могла пошевелиться, когда мой муж попросил судью открыть бутылку. Засверкали вспышки, застрекотали камеры, судья открыл крышку и протянул бутылочку обратно мистеру Ли. С невозмутимым выражением лица мой муж повернулся к залу и прежде, чем я смогла остановить его, выпил всю бутылочку тоника «Сильный мужчина», произведенного компанией «Красный Дракон».

— Нет! — закричала я.

Мой голос утонул в шуме. Засверкали вспышки фотоаппаратов, репортеры бросились из зала к телефонам. Адвокат «Красного Дракона» выглядел разъяренным, он пытался что-то сказать судье, но тот все стучал и стучал молотком. А я бросилась к мужу, стоящему у стола судьи с пустой бутылочкой в руках.

Он принял тоник на пустой желудок, и его действие сказалось практически сразу. К тому времени, когда вызвали доктора, мистер Ли уже сидел на полу, оперевшись спиной о стол судьи. Его сердце билось так часто, что я не могла сосчитать пульс. Лицо моего мужа побледнело, на коже выступили капельки пота; я боялась, что он умрет прямо в зале суда. Его жизнь уходила из моих беспомощных пальцев…

Я смотрела на мистера Ли и не могла произнести ни слова. Я едва понимала, что Гидеон отталкивает зевак назад и кричит:

— Расступитесь! Приехал доктор!

Но люди с фотоаппаратами все равно старались подойти как можно ближе; я слышала, как всхлипывали женщины.

Мистера Ли отвезли в больницу.

— Зачем? — только и спросила я, пока ехала с ним туда в карете «Скорой помощи». — Зачем вы это сделали?

Он взял мои ладони в свои, нежно улыбнулся и ответил:

— Потому что моя картина закончена.

Он умер в ту же ночь в больнице. Доктора объявили, что его смерть вызвана тоником «Сильный мужчина».

После этого в суд стали приходить люди и заявлять о том вреде, который нанесли им препараты, выпущенные «Красным Драконом». Работники фабрики анонимно позвонили в полицию, и последовавшее за этим расследование доказало, что все записи, представленные в суде, были фальшивыми. Когда полиция стала спрашивать рабочих, знают ли они Бетти Чан, они подтвердили, что она на самом деле шпионила в пользу «Красного Дракона».

Расследование, проведенное национальной налоговой службой, выявило фальшивые бухгалтерские книги, доказательства уклонения от уплаты налогов, отмывания денег и связи с китайской мафией. Фабрику закрыли, Дракона арестовали без права уплаты залога — и началось расследование смертей, связанных с употреблением его продукции. Он умер в тюрьме, прежде чем дело дошло до суда. Официально объявили, что он скончался от сердечного приступа, но люди шептались, что Дракон покончил с собой, так как потерял лицо.

К моему удивлению, продажа товаров «Совершенной Гармонии» не только не упала, но, наоборот, увеличилась. Газетные публикации о судебном процессе вызвали интерес к моим лекарствам, так что даже те, кто никогда ими не пользовался, приобретали бальзам «Красота и Ум» и капсулы «Блаженства». Я смогла себе позволить анонимно оказать финансовую помощь сыну Дракона, восемнадцатилетнему Вудроу Сунгу, ставшему круглым сиротой. Я полагала, что сын не должен страдать за грехи своего отца.

Ради будущего моей дочери я все-таки стала претворять в жизнь мои планы покупки фабрики в Дейли-Сити, хотя я и была в трауре. Я знала: мистер Ли хотел бы, чтобы я это сделала.

Я наняла женщину-геоманта, чтобы она исследовала фэншуй. Она нашла протечку в трубе — «Твои деньги будут утекать отсюда!» — и заметила дверь, блокирующую доступ ци. Мы перекрасили здания, чтобы они гармонировали с окружающей обстановкой, повесили стеклянные колокольчики, чтобы ловить и задерживать хорошее ци. Когда я увидела номер 626, что в сумме составляло четырнадцать — очень плохое предзнаменование, означающее «верную смерть», — то поменяла его на 888, чтобы обрести удачу и процветание.