Фред Стюарт - Остров Эллис

Она забеспокоилась.

— Кто вы? — спросила она.

Он повернулся и почти бегом выбежал из библиотеки.

— Это Марко, — сказала она сестре в тот же вечер.

Они сидели в спальне Джорджи на втором этаже в доме на Гроув-стрит. За ужином Джорджи была молчалива и чем-то озабочена. После кофе она попросила Бриджит подняться с ней в спальню.

— Марко? — переспросила Бриджит. — О чем ты?

— Всю последнюю неделю кто-то преследует меня, — сказала Джорджи, сидя на своей постели. — А сегодня он зашел в библиотеку. Не спрашивай, как я поняла, что это один и тот же человек — я просто поняла. Я почувствовала это. И я уверена — это Марко.

— Но зачем? Чего он хочет?

— Думаю, он хочет поговорить со мной, но боится. Его штаб-квартира за углом от библиотеки… Наверно, он увидел меня и стал ходить за мной…

Она задрожала. Бриджит села к ней на кровать и взяла ее за руку.

— Послушай, дорогая, ты не знаешь. Это все может быть воображение. Боже, может, это какой-нибудь насиль… Думаю, тебе надо сообщить об этом полиции.

— Полиции? Нет. Это Марко, и я поставлю его на место… Я заставлю его ползать… И, если он попытается как-то вернуться в мою жизнь, я причиню ему боль гораздо большую, чем он причинил мне. Большую! О, этот бесчестный, испорченный человек… со своей богатой женой…

Внезапно она разрыдалась. Бриджит крепко прижала ее к себе, и Джорджи уткнулась к ней в грудь.

— О, Бриджи, я так любила его, — всхлипывала она. — Я так любила его…

Бриджит погладила ее волосы.

— Бедная девочка, — прошептала она. — Ты все еще любишь его. Правда?

— Не знаю… Я люблю Марко, каким он был до того, как предал меня, но люди меняются. И я не знаю, какой он сейчас. Но…

— Что, дорогая?

Она подняла голову.

— Я пыталась… привыкнуть к тому состоянию, в котором я нахожусь и останусь на всю жизнь. Но, Бриджи, иногда я просыпаюсь посреди ночи, и мне так одиноко…

— Но, дорогая, ты не хочешь даже видеться с другими мужчинами…

— Я боюсь, что они тоже сделают мне больно. Понимаешь? Может, это жизнь причиняет боль? Не знаю.

Она встала, стараясь взять себя в руки.

— О, Боже, если это Марко и он снова хочет сделать мне больно, пусть его душа сгорит в огне.

Обнаженные, они стояли по пояс в лесном пруду.

Марко, протягивая руки и сгорая от желания, пошел по воде ей навстречу. Она стояла спокойно, ожидая его, ее светлые волосы рассыпались по плечам. Он обнял ее и начал целовать, лаская руками ее тело. Джорджи стонала.

— Я люблю тебя, — говорил он. — Я люблю тебя больше, чем саму жизнь…

Затем он проснулся. Он лежал в постели на третьем этаже дома на Джонс-стрит.

— О, Джорджи, — простонал Марко.

Это был его первый эротический сон с тех пор, как ему стукнуло семнадцать.

На следующее утро Нелли Байфилд Рубин, прекрасно выглядевшая в облегающем белом костюме, с белым зонтиком и в элегантной белой шляпке с белым пером, вышла из своего белого лимузина, когда ее черный шофер в белой униформе и красивых коричневых ботинках открыл перед ней дверцу. Нелли изящно поднялась по ступенькам дома на Джонс-стрит, на фасаде которого большими буквами было написано:

«Санторелли — в Конгресс».

Она вошла в офис на первом этаже. Появление известной «звезды» заставило секретарш утихнуть, а Джина Файрчайлда броситься к ней навстречу.

— Мисс Байфилд! — воскликнул он, почти не дыша. — Чем могу помочь?

Нелли подарила ему свою самую неотразимую улыбку.

— Я бы хотела поговорить с кандидатом. Мы с ним знакомы. Он здесь?

— Мы ждем его с минуты на минуту… У него митинг на Перри-стрит… Не хотите ли пройти в его кабинет?

— Спасибо.

Он провел ее в кабинет и предложил стул.

— Мисс Байфилд, не дадите ли автограф для моего сына Эдгара? Он один из ваших верных поклонников… Ему семнадцать, и он, по-моему, влюблен в вас.

— Как мило, — с улыбкой сказала она. — С удовольствием.

Джин обошел стол и из одного из ящиков достал предвыборную листовку с портретом Марко:

— Вот здесь, мисс Байфилд, — сказал он, доставая ручку из кармана.

Нелли, снисходительно глядя на него, как королева-мать, открывающая благотворительный базар, взяла ручку и написала: «Эдгару. С любовью. Нелли Байфилд».

— Вот, — сказала она, протягивая ему листовку.

— О, спасибо! Мальчик сойдет с ума!

Она улыбнулась и подумала: «Мальчик, скорее всего, кинет ее в туалет и спустит».

— А вот и Марко.

Она повернулась к входившему в дверь кандидату. На нем были плисовый костюм и соломенная шляпа.

— Нелли, — воскликнул он, беря ее за руку. — Как я рад видеть тебя. Как Джейк?

— Отлично. Мы оба так рады, что ты начал кампанию. Джейк считает, что это здорово, если ты пройдешь в Конгресс. Дело в том… — она открыла сумочку и достала оттуда свернутый листок бумаги. — Джейк написал для тебя песню. Она называется «Хотите макароны жрать, надо Санторелли выбирать».

Марко расхохотался.

— Мне нравится! — воскликнул он. — Исполнишь?

— Да, я прочитала в газете, что у тебя первая большая встреча с избирателями в следующее воскресенье. Я подумала, может, я смогу чем-то помочь тебе, если исполню ее на этой встрече?

— Нелли, это будет просто превосходно! — он повернулся к Джину. — Можно будет сообщить об этом в завтрашних газетах?

— Я уже в пути! — крикнул Джин, выходя из кабинета и закрывая за собой дверь.

Марко повернулся к Нелли.

— Чем я смогу отблагодарить вас обоих? — сказал он. — Я стольким обязан Джейку. Вы — мои самые лучшие друзья.

Нелли встала.

— Может, мы пообедаем когда-нибудь вместе? — нежно спросила она. — Я бы так хотела познакомиться с тобой поближе.

Улыбка Марко сразу стала ледяной.

— Да, может быть… может быть, после выборов. Сейчас я безумно занят.

Нелли подошла поближе, якобы разгладить какие-то невидимые морщинки на его лацкане.

— А не смог бы ты освободиться всего лишь для одного обеда?

Их глаза встретились.

— Я попрошу Джина уточнить это по моему расписанию, — сказал Марко.

Зазвонил телефон.

— Извини, — он подошел к столу. — Спасибо, Нелли.

Ее глаза следили за ним.

— Это для меня — удовольствие. В какое время ты бы хотела видеть меня в воскресенье?

— Джин сообщит тебе.

Он взял трубку:

— Алло?

Она вышла из комнаты.