Роковая одержимость - Дрети Анис

в полицию и скажи, что Дэймон Максвелл держит меня в заложниках.

Дэймон скривился.

— Хорошая попытка. Он запрограммирован только на звонки мне.

— Мечта похитителя, — сухо ответила я.

Дэймон обнял меня за плечи и поцеловал в щеку. Невозможно было держаться отстраненно, когда он осыпал меня нежностью. Я бы предпочла сохранить свою угрюмость, потому что не хотела, чтобы он уходил.

Оказалось, что Дэймон был прав с самого начала.

Да, спасение моей компании вытеснило безумное поведение Дэймона. Но это было еще не все.

Неважно, как мы пришли к этому, я не могла отрицать фактов. Для меня не было никого лучше Дэймона. Мы подходили друг другу по всем параметрам. Наши привычки. Наша работа. Наши увлечения. Наши амбиции.

Он не раздражал меня и не требовал, чтобы я развлекала его бесконечной болтовней. Что еще больше поражало, так это растущее беспокойство в те короткие промежутки времени, когда мы были порознь. Например, когда вчера он вышел из квартиры, чтобы купить мое любимое мороженое, я не могла пережить разлуку, потому что слишком сильно по нему скучала. Я не хотела повторения этих эмоций.

Что, черт возьми, со мной происходит?

— Почему ты должен уехать? — с горечью спросила я, ненавидя себя за жалкую слабость в голосе.

Это вызвало у Дэймона улыбку.

— Я не хочу уезжать, — терпеливо объяснил он. — Но Парис очнулся. Он звонил и хотел поговорить лично.

Моя голова резко повернулась в его сторону. Дэймон рассказал обо всем, что произошло с Парисом.

— Зачем Парису понадобилось видеть тебя после того, что случилось?

— Это я и собираюсь выяснить. А еще нужно напомнить ему, чтобы он помалкивал о том, как оказался в больнице.

Я кивнула.

Если Парис обратится в полицию по поводу того, что сделали Дэймон или я, это не сулит нам ничего хорошего. Дело было неотложным. Я понимала, почему Дэймону необходимо было пресечь это в зародыше, но что-то было не так.

Зачем Парису еще одна встреча с человеком, который избил его до полусмерти?

Дэймон наклонился, чтобы поцеловать меня с такой откровенностью, что я забыла о своих опасениях. Мои пальцы дрожали на его груди, когда он отпустил меня со словами:

— Позже, Амбани.

Он неохотно схватил ключи и исчез за дверью спальни.

Пятнадцать минут спустя я была вне себя от скуки, а вчерашняя тоска вернулась в десятикратном размере. Я ненавидел эту вновь обретенную эмоцию.

Я сдалась с досадной легкостью.

— Отродье, — выплюнула я сквозь зубы. — Позвони Дэймону.

Устройство ожило, но ничего не произошло. Что за черт? В этот раз я не вызывала полицию и я думала, что номер Дэймона уже запрограммирован.

Поразмыслив с минуту, я попробовала снова.

— Отродье, позвони мужу.

Я закатила глаза, когда устройство ожило, объявив:

— Звоню Вашему мужу.

— Логично, — пробормотала я.

Дэймон взял трубку после первого гудка.

— Уже соскучилась по мне?

— Ты так отвечаешь на все звонки?

Он рассмеялся.

— Ты в больнице?

— Да. Только что припарковался. Сейчас иду пешком.

— Один? — За Дэймоном всегда следовала команда охраны на случай преследователей. Иронично, не правда ли? — Где твоя охрана?

— Присматривает за тобой, — легко ответил он.

Я лихорадочно обыскала глазами спальню в поисках мужчин, которые могли прятаться под нашей кроватью или в ванной.

Конечно, он знал, что я делаю.

— Не волнуйся, детка. Я бы не позволил кучке озабоченных мужчин войти в нашу квартиру или наблюдать за моей женой по камере видеонаблюдения. Они находятся снаружи на случай пожара.

В этом был смысл, но я не могла избавиться от зловещего чувства. Зачем Парису звонить Дэймону после того, что случилось?

— Скажи мне еще раз, почему Парис позвонил тебе, — потребовала я.

— Он не звонил. Звонил кто-то из больницы. Они сказали, что Парис спрашивал обо мне.

— Значит, ты не разговаривал с Парисом лично?

Что-то здесь не сходилось. Назовите это интуицией жены, и нет, это не сарказм.

— Нет… — Дэймон на мгновение запнулся. — Какого черта?

— Привет, Дэймон.

Я услышала другой голос на том конце провода.

Мой желудок сжался при звуке знакомого голоса.

Дядя Дэв, отец Розы.

— Мистер Амбани? — Дэймон подтвердил мои подозрения. — Опустите пистолет.

На моем лбу выступил холодный пот.

Черт. Черт. Черт.

— Дэймон, тебе нужно убираться оттуда к чертовой матери, — прошептала я.

Но Дэймон обращался только к мужчине перед ним.

— Опусти пистолет, Дэв. Это не ты.

— Не пытайся вступить с ним в разговор, Дэймон, — предупредила я. — Дэв — эмоциональный человек.

Эмоциональные люди часто принимают импульсивные решения.

Я колотила по кроватному столбику, пытаясь снять с себя наручники. Тщетно. У Дэва был пистолет, а я даже не могла позвонить в полицию.

Несмотря на мой совет, Дэймон обращался к Дэву с добротой.

— Ты выглядишь не очень хорошо, друг. Опусти пистолет, и давай поговорим об этом спокойно. Мы оба знаем, что ты не сможешь выстрелить в меня средь бела дня и остаться безнаказанным.

— Мне плевать, — крикнул Дэв дрожащим голосом. Звучало так, как будто он был пьян. — Тебе все сходит с рук. Я устал от этого. Ты разрушил мою семью, но избежал наказания. Я собираюсь это изменить, и мне все равно, что со мной будет потом.

— Проклятье, Дэймон. Не пытайся быть героем прямо сейчас. Человека невозможно переубедить, если он уже прошел через трудности с приобретением оружия.

Я снова ударила наручниками по столбику. Я пнула его, надеясь сломать. Если бы мне удалось добраться до входной двери, я могла бы позвать охранников и рассказать им, что происходит. Один из них мог бы вызвать полицию.

Дэймон продолжал говорить с Дэвом успокаивающим голосом, отказываясь верить в то, что это безнадежно. Филантроп в нем побеждал, и он стремился помочь опустошенному отцу вместо того, чтобы заботиться о собственной жизни.

Я закрыла глаза, желая прогнать этот кошмар. Та же бесполезность, которую я ощущала много лет назад, когда умирал папа, захлестнула меня. Я больше не была той потерянной маленькой девочкой, и отказывалась позволять еще одному мужчине, который значил для меня весь мир, умереть, пока я ничего не делала.

— Есть кое-что, чего ты не знаешь о Дэве, — тихо проговорила я в трубку, надеясь, что Дэймон услышит меня за разговором с Дэвом. — Много лет назад у него был роман со своей невесткой, женой его брата, Соней.

Я знал, что Дэймон слушает, несмотря на то, что уговаривал Дэва, уверяя его, что все будет хорошо.

— Сегодня расследование было официально прекращено, — продолжила я. — И очевидно, что Дэв обезумел из-за этого. Потому что результатом его романа с Соней стал Рэян. Дэв считает, что ты убил