Диана Морьентес - Работа над ошибками

— Людмила, список! — ясно сформулировал он свое требование, и Людмила тут же предъявила ему листок бумаги.

— Я еще хотела поговорить с Вами насчет полового воспитания… — призналась Людмила непривычно робко.

— Через полчаса, — согласился Макс.

Едва за географичкой закрылась дверь, Белла с улыбкой на заплаканном лице сказала:

— По школе ходят слухи, что у Вас с ней роман.

— Что-то я не очень верю этим слухам, — хихикнул мужчина.

Взял в руки девочкино лицо и чмокнул в щечку. И добавил в продолжение разговора, стопроцентно подкупив ученицу своим вниманием к ее проблеме:

— Чтобы тебя хотели все парни, при твоей фигуре достаточно и просто короткой юбки. А чулки и проститутские тапочки прибереги для сексуальных игр с любовником. Допустим, не я веду у тебя половое воспитание, но ты учишься в моем классе; этого достаточно, чтобы мы прислушивались друг к другу? Моя позиция — колготки вместо чулок и человеческая обувь. Согласна? Кстати, ты умеешь понравиться противоположному полу и с помощью банальной заботы. Как на пикнике на Поляне гномов, когда ты делала бутерброды не только себе…

— Видели Беллу? — было первым, что сказал Максим географичке, зайдя, как обещал, к ней в кабинет. — Людмила, учить девочек не выглядеть вульгарно — это Ваша задача, а не моя! Вы — педагог по половому воспитанию у девочек!

— Я об этом и хотела поговорить. Наверно, Марина Владимировна справлялась с этой работой лучше меня. Максим, давайте переведем этот факультатив в разряд обязательных уроков! А то ко мне почти никто не ходит.

— Людмила, мы не станем делать это обязаловкой! Я так решил с самого начала и с каждым годом убеждаюсь, что это правильное решение.

— Почему? — недоумевала женщина. Казалось, сейчас в ней не было ни грамма кокетства, и Максим снизошел до терпеливого обоснования:

— Представьте, Вы идете на урок, например, по географии. Значит, Вы признаете себя учеником в этом вопросе. Дилетантом, чайником, новичком… Значит, Вы ничего не знаете о географии и идете к тому, кто умнее Вас и будет Вас учить. А теперь представьте иначе. Вы идете в кружок по интересам. Там Вы встретите людей, которым тоже нравится эта тема, Вы пообщаетесь с ними и не будете ничего должны им взамен. Вам не поставят там оценку, которая, возможно, унизит Вас перед остальными, а то и перед самой собой. Вы бы куда пошли, на урок или на кружок?

— Я бы пошла! — вздохнула учительница. — Но девчонки-то не ходят!

— Значит, Вы не даете им увлекательной темы. Может, стесняетесь сами, а может, учите их. Молодежь, начиная от подростков, любит чувствовать себя взрослыми и уж тем более опытными в вопросах пола. Это долгая тема, Людмила. А я не могу прийти поприсутствовать на ваших «женских» занятиях, иначе рухнет весь мой авторитет. Хотя иногда думаю, если бы девчонки меня не смущались, я смог бы вести воспитание и у них: у меня весьма откровенная жена; я мог бы даже отвечать на вопросы касательно менструаций или впечатлений от посещения врача-гинеколога.

— Вы все также с той девчонкой… С Вашей ученицей?

— Да. Только теперь не уверен, кто чей ученик.

«Я тебя понимаю. Я не думаю о тебе ничего плохого, мне не в чем тебя упрекать. Я уже не ревную, не обижаюсь. Мне очень спокойно, и не имеет значения — верен ли ты мне сейчас.

Просто ты стал для меня таким, как все.»

Максим пытался сосредоточиться на таблицах финансового состояния клуба, которые ему подготовил бухгалтер, но постоянно проваливался в размышления. Что Наташа хотела сказать?

Вчера днем она звонила домой и записала на автоответчик сообщение…

«Прости, что звоню на домашний, хотя знаю, что ты на работе. У меня не хватает смелости поговорить с тобой… Хотя, конечно, это касается нас обоих, и я не имею права принимать такое решение в одиночку. Давай, я позвоню тебе завтра на работу часов в семь… Все, теперь у меня нет возможности отвертеться… До завтра!»

Евгения сидела на диване, листая журнал. Она договорилась встретиться здесь с мужем. Несколько дней назад Андрюха признался Максу, что он встречается с Женей. И что им очень хорошо вместе: и в разговорах, и в постели. Никто, конечно, не подумал, в каком положении оказался Максим: теща изменяет мужу с другом зятя… Но вмешиваться Макс не стал. Андрей должен сам об этом подумать.

А Она позвонит сегодня. Она сказала, часов в семь… Максим посмотрел на часы. Без десяти… Так и провел еще где-то час: поглядывая на часы и изредка разговаривая с Женей. Да, Евгения, наверняка, не одному Андрею нравится. Она отлично выглядит: хорошая фигура, может и есть лишние килограммы, но там, где они не портят, а только украшают; ярко выражена тонкая талия. У нее длинные пушистые волосы, темные от природы, но перекрашенные в светлый тон, что явно делает ее моложе. Элегантно одевается: сейчас на ней серого цвета деловой костюм — брючный, тройка. Она сняла пиджак и осталась в жилетке, подчеркивающей фигуру. Под жилеткой — розовая блузка с расстегнутым воротничком. Но шея не голая — аккуратно повязан маленький прозрачный шарфик. И кожа — идеальная, ухоженная. Несомненно, она тщательно следит за собой…

— Любуетесь мной? — неожиданно отвлекла Максима Женя. — А я — Вами.

Максим немного смутился. Улыбнулся:

— Я иногда думаю, как бы выглядела Ваша родная дочь?

— Не оправдывайтесь, — по-доброму сказала женщина. И намекнула: — А может, Вы думали не об этом?

Максима спас телефонный звонок. Евгения наблюдала за ним, не сводя глаз. Она по первым же его фразам поняла, что это Наташа. Кому еще он мог сказать: «Привет, малыш!»? Этот мужчина никогда не откроет душу перед тещей, и ей остается только делать выводы по собственным наблюдениям. Максим говорил в трубку:

— Да. Ты не пунктуальна: уже практически восемь… Думаешь, это единственный выход? Кошечка, я понимаю, ты обижена…

Нет, она не обижена. Сосредоточенно слушал. Протер свободной рукой лоб и спрятал за ладонью глаза, поставив локоть на стол. Кошечка хорошего мнения о нем — всегда была и навсегда останется.

— Давай еще летом поговорим, когда ты приедешь? — предложил он трубке телефона. Но там видимо последовал отказ. — Ты уверена? Ну… Удачи тебе. Малыш.

— Ну, вот и все, — сказал он Евгении, положив трубку. И пояснил, обиженно передразнивая Наташу: — Она больше не хочет, чтобы я был ее парнем! А что она хочет? Женя, скажите мне! — вздохнул и откинулся в кресле. — Я все сделаю!

Женя все поняла, но покачала головой:

— Максим, мне что-то даже не верится. Она, наверно, старается помотать Вам нервы. Насколько я знаю, она Вас так любит!